Чаша бытия

Никитин Геннадий Матвеевич

В а л я (в сторону окошка кассы). Три тридцать.

М у ж с к о й г о л о с. Тридцать?!

В а л я. Три рубля и тридцать копеек.

С е м е н е н к о (приоткрыв дверь, выглядывает наружу). Командировочный.

В а л я. Испугался. Все, что ль?

С е м е н е н к о. Пока все, отдыхай. (Деликатно берет Валю за руку, глядит на ее часы.) На «Льве Толстом» моя Татьяна теперь в буфете. Заказывай, чего взять —

для тебя, для твоей Валюшки.

В а л я. Это какая Татьяна?

С е м е н е н к о. У меня на турбазе была поварихой.

В а л я. Как она теперь? У нее тоже девочка…

С е м е н е н к о. Живет! В порядке. С моей легкой руки.

В а л я. Вот, Семененко, а я сижу. Как привязанная.

С е м е н е н к о. А чем тебе здесь плохо?! (Предостерегающе.) Валюша! Тебе неплохо.

В а л я. Да я не жалуюсь.

С е м е н е н к о (загибая пальцы на руке Вали). А — дом и работа вместе. Б — отпуск три месяца. В — красота, какую редко где встретишь, будем говорить прямо. Г — перспектива. И Д — я рядом. Если что. Тоже важно.

В а л я. Да все нормально, все о’кей.

С е м е н е н к о. Все-все?

В а л я. Все-все. (Улыбаясь.) А ты… пожалеть пришел?

С е м е н е н к о. А разве это плохо?

В а л я. Спасибо, не надо.

С е м е н е н к о. Ты мне улыбаешься?

В а л я. У меня сегодня настроение, Семененко. Живу хорошо.

С е м е н е н к о. А должна — еще лучше.

В а л я. Ой, ты у нас прямо гадалка. Погадаешь мне?

С е м е н е н к о. А я и так знаю. На днях у меня на турбазе начальство ночевало. Был разговор насчет будущего нашего района. Большое будущее, Валюша! Вместо этой вашей пробки (постучал ногой в настил палубы), извини, конечно, за выражение, намечается построить пристань, стационар.

В а л я. Правда, Семененко?

С е м е н е н к о. Я, Валюня, никогда не унижусь до неправды.

В а л я. И зарплату прибавят. Пристань — это ж совсем другой класс.

С е м е н е н к о. Николай — начальником, ты — его правая рука! А пониже — стайка матросни.

В а л я. А у нас и сейчас — он начальник, потом его левая нога — первый советчик, а потом — мы с Михайловной.

В окошко кассы просовывается стриженая голова.

Г о л о в а (блеющим голосом). «Ме-е-е!» (Скрылась.)

В а л я. Во дурень. Видали такого?

С е м е н е н к о (выглянув наружу). Демобилизованный.

В а л я. Это он так ухаживает. Сегодня с утра около меня мекает.

С е м е н е н к о. Думает, тебе лет восемнадцать.

В а л я. Что же я, старая?

С е м е н е н к о. Еще не старая, но все-таки тебе посолиднее кого надо.

В а л я. Где ж его взять?

С е м е н е н к о (помолчав).

Этот, свободный стрелок, Толик, отваливает, слыхал?

В а л я (легко). Да меня все бросают. И ты бы бросил. Скажи, нет?

С е м е н е н к о (серьезно, опустив глаза). Чем я тебе не нравлюсь? Время только теряешь.

В а л я. А по-твоему, мне одни женатики остались?

С е м е н е н к о (предостерегающе). Валюша, я — вариант неплохой. Для женщины с ребенком.

В а л я. А ты меня не хорони раньше времени — я еще живая!

В окошко кассы просовывается голова М и х а й л о в н ы.

М и х а й л о в н а. Валя, выйди на минутку.

С е м е н е н к о. Я выйду. (Выходит.)

М и х а й л о в н а (появляясь в помещении кассы). Слушай, Валя, ведь ты ехать собралась, я тебя поняла. Ты меня не обманывай. У меня Гриша здесь с бригадой на стройке! Как же я одна буду тут крутиться круглые сутки? И отец небось не знает. Нет? Я так и поняла. У меня ж Гриша! Ну? А если я здесь с пяти утра до ночи?.. Не нужны мне и деньги ваши, мне семейная жизнь дорога. Нет, это все как-то не по-людски. Найди сменщика — другой разговор.

В а л я. Отец пока сменит.

М и х а й л о в н а. Валентина, ты как хочешь, а я, наверное, здесь не останусь, я заявление подам.

В а л я. Все правильно — каждый за себя.

М и х а й л о в н а. А ты?! Твой отец помрет, когда узнает, чего ж ты об нем не вспомнишь?

В а л я. Разберемся… кузнец своего счастья.

С е м е н е н к о (появляясь). «Толстой» показался.

М и х а й л о в н а. Подожди, Семененко.

В а л я. А чего ему ждать? Пусть заходит. Заходи, заходи.

М и х а й л о в н а. Ну, я сказала. Смотри сама. (Уходит.)

С е м е н е н к о. Чего она?

В а л я. Да все то же. Найди нам еще одного на пристань.

С е м е н е н к о. Куда вам? Вас же и так трое.

В а л я. Михайловна бунтует. Можешь?

С е м е н е н к о. Да хоть завтра, Валечка.

В а л я. Завтра? Ой, это завтра. Скорей бы.

С е м е н е н к о. А чего ты своего знакомца не взяла?

В а л я. Уговаривала. Не идет.

С е м е н е н к о. Не идет.

В а л я. А зачем ему? У него все впереди. Не то что у нас с тобой.

С е м е н е н к о. Интересно ты рассуждаешь…

В а л я. Зачем ему сюда, в это прибежище? Он свободный.

С е м е н е н к о (распаляясь). А между прочим, прибежище не такое уж худое место для человека. У меня лично — все здесь. И между прочим, к твоему сведению, мотаться легче, чем здесь налаживать! Думаешь, по бревнам прыгать — дело большое делать? Деньги! Вот и весь интерес. А потом с этими пачками — на юг, бросать направо и налево!