Час волка
Шрифт:
— Прошу извинить меня, сэр.
— Да, майор.
— У вас… нет, случайно, родственников в Германии?
— Нет, — ответил Черчилль. — Разумеется, нет. А в чем дело?
— Просто мне… довелось видеть одного человека, загримированного под вас.
— Совсем обнаглели, сволочи, — проворчал премьер-министр, выпуская облачко сизого дыма.
Когда
— Галатинов, ты сумеешь позаботиться о Златовласке, а? — Лазарь снова улыбнулся, но глаза его повлажнели. — Рядом с ней ты прямо как настоящий джентльмен… как англичанин. И даже не скажешь, что ты русский!
— Я это учту, — сказал Майкл вслух, но про себя подумал, что Лазарь и сам был джентльменом, оставаясь при этом русским. — А куда ты теперь?
Лазарь поднял голову и взглянул в безоблачную синеву. Он снова хитро улыбнулся, хлопнул Майкла по плечу и направился к дожидавшейся его машине. Шофер отъехал от тротуара, и, проезжая мимо, Лазарь отдал Майклу честь. Автомобиль влился в поток машин и затерялся среди них.
— Пойдем пройдемся, — предложил Майкл.
Он взял Чесну под руку, и они медленно пошли в сторону Трафальгарской площади. Она все еще слегка прихрамывала, но рана быстро заживала. Ему нравилось быть вместе с ней. Он хотел показать ей свой дом, и кто знает, что из этого может получиться? Может быть, это начало длительных отношений? Нет, скорее всего, нет. Их жизненные пути расходились, хотя теперь они шли, взявшись за руки. Но хотя бы на какое-то время… это было бы замечательно.
— Ты любишь животных? — спросил он.
— Что?
— Я просто так спрашиваю.
— Ну… кошек там… собак. В общем, да. А каких животных ты имеешь в виду?
— Чуть-чуть побольше, — сказал он, но развивать дальше эту тему не стал. Он не хотел пугать ее до того, как они покинут лондонский отель. — Мне
— С тобой? — Она сжала его руку в своей ладони. — А когда мы уезжаем?
— Скоро. Мой дом очень тихий. У нас там будет много времени для разговоров.
И она, казалось, была несколько озадачена.
— Разговоров? О чем?
— О… о мифах и народных преданиях, — ответил он.
Чесна засмеялась. Таких необычных и единственных в своем роде мужчин, как Майкл Галлатин, ей еще не приходилось встречать. Ее возбуждала его близость. И тогда она спросила:
— И что, мы будем только разговаривать?
Майкл остановился в тени лорда Нельсона, обнял Чесну ван Дорне и поцеловал ее.
Они крепко прижались друг к другу. Проходящие мимо лондонцы смотрели на них во все глаза, но ни Майклу, ни Чесне не было до них никакого дела. Губы их слились в страстном поцелуе, и Майкл ощутил легкое покалывание в спине.
Он знал, что это такое. Под одеждой позвоночник начинал зарастать черной лоснящейся волчьей шерстью. Он чувствовал, как жесткие волосы поднимались по спине и плечам, пощипывая кожу, в этот миг охватившей его радости и пылкой страсти, потом они стали снова уходить обратно в поры, и в теле возник легкий зуд.
Майкл целовал уголки ее губ. Душа его была полна ее ароматом: корица и кожа. Он остановил такси, и они вместе отправились с Чесной на Пикадилли, в свой отель.
По дороге он вынул из кармана конверт, сломал печать и достал сложенный листок. Все письмо состояло лишь из двух слов, написанных знакомым почерком: «Новое задание?»
Он убрал письмо в конверт и положил его в карман. Человек в нем стремился обрести наконец покой, но волк рвался в бой. Кто из них восторжествует? Этого он не знал и сам.
Чесна положила голову ему на плечо.
— Еще какое-нибудь дело, где ты нужен?
— Нет, — ответил ей Майкл. — Не сегодня.
Эта битва была им выиграна, но война продолжалась.