Час Пик

Иванов Всеволод Вячеславович

И чего это с телохранителями?

Один из сопровождавших остался стоять в дверях; не человек, а монстр какой–то, огромный резиновый сейф, набитый мышцами, гибкими сочленениями и сухожилиями. Наверное, мигни ему невзрачный посетитель — тут же перешибет сухой стебель его, Функционера, шеи с болтающейся седовато–лысым стручком головы одним ударом.

А невзрачный посетитель, профессионально осматриваясь по сторонам, прошел на кухню, скромно так прошел, как показалось — едва ли не на цыпочках.

Поставил на стол дипломат и

сдержанным жестом восточного принца, который дарит младшему вассальному князьку половину своих земель, расстегнул его.

Прошу!

У Функционера зарябило в глазах: столько денег и за один раз он еще никогда не видел… Все стодолларовые, новенькие, в упаковках, аккуратненько так лежат, как покойнички в гробах…

— Что это?

Невзрачный скромно улыбнулся.

— Деньги. Не видите, что ли? Ведь вас спрашивали, любите ли вы наличные деньги, а вы сказали — да, очень… Да мы и так это знаем.

Странно — и с чего это?

Неужели Экономист так быстро все сделал, и Бандит теперь, попивая свой «Хенесси—Парадис» в обществе Промышленника, договариваются о передележе паёв ОРТ? Наверное, ведь деньги, такие деньги так просто не привозят…

Стало быть — комиссионно–посреднические, честно заработанные…

Но ведь он, Функционер то есть, ему, Бандиту должен, и очень должен…

Однако на всякий случай решил прикинуться:

— Кому?

Пододвинув дипломат, Невзрачный пожал плечами.

— Вам, конечно же…

— Но за что?

Функционер по–прежнему лихорадочно соображал: почему, за что все–таки ему принесли эти деньги? Ведь не Бандит должен ему, а он Бандиту, и тут — на тебе…

А вдруг не от Бандита?

Ситуация меняется с каждой минутой, торос и айсберги то сходятся, то расходятся, наскакивают друг на друга, круша молодой лед…

Интересно — сколько же их тут? Говорят, в типовой атташе–кейс, в дипломат, то есть, входит ровно миллион, если стодолларовыми. Ну, тут конечно же, миллиона не будет, но все–таки…

Полмиллиона?

Двести тысяч?

Тоже неплохо…

Да. что ни говори, а старость — если ты, конечно, обстоятельный, философски мыслящий и глубокий человек — старость не такое уже и плохое время.

Время сбора плодов и подведения итогов. А итоги — вот они, итоги: полный чемодан денег.

Наличных.

На лицо, так сказать…

Теперь предстоит выяснить главное: за что? Это частично решит другой вопрос: от кого?

Стараясь не смотреть на банковские упаковки, Функционер осторожно присел на краешек кресла — будто бы не у себя дома, а на приеме как минимум в Эр– Рияде и спросил:

— Ну, все в порядке?

— У нас всегда все в порядке, — туг же последовал ответ.

Да, и никакого удивления: у этих нервная система вообще отличается тренированной стабильностью.

Но все–таки…

Может быть, кто–нибудь из других функционеров нашел выход на Промышленника, но по каким–то причинам не хочет светиться, а Бандит (нет,

все–таки Бандит, Бандит — кто еще?) решил, что это его, Функционера работа; может быть, действительно Экономист все–таки постарался: а в самом–то деле, что ему — никакого криминала тут нет, обыкновенные комиссионно–посреднические услуги, ни к чему, кроме того, не обязывающие. Просто один банд… то есть бизнесмен хочет войти в долю с другим бизнесменом, но в силу присущей скромности и природной стеснительности не может сделать этого самостоятельно; он как девочка–целочка нецелованная, должен, чтобы их познакомили…

Так почему бы и нет?

А–а–а, какая, к черту, разница?

Главное, что перед ним — деньги.

Наличные.

Налицо или, как говорили во времена его, Функционера подъездного детства — «на рыло».

Наверное, придется немного поделиться и с Экономистом — не иначе, как он… Ему, стало быть, «на рыло»…

— Да, вот еще что, — добавил Невзрачный, достав из кармана глянцевую аптечную упаковку, — вам просили передать…

— Что это? — Функционер машинально взял упаковку в руки.

— Отличное средство, — Невзрачный фазу же взял тон главврача из правительственной лечебницы, — у вас ведь со стулом не в порядке…

— Откуда вам известно?

— Нам все известно, — столь же бесстрастно ответил посетитель. — И не только это. Замечательное лекарство, снимает запоры, нормализует обмен веществ и тонизирует. Прошу. Это — презент. Можете выпить немедленно и увидите, как это хорошо…

— Хорошо, — все так же механически повторил Функционер, — приму…

Он осторожно выдавил таблетку и, не запивая её, проглотил.

— Вам это поможет, обязательно поможет.

— Спасибо.

— Ну, всего хорошего, — Невзрачный незаметно кивнул резиновому сейфу — тот отошел от двери. — Не буду задерживать.

Хозяин мягко улыбнулся в ответ и откровенно скосил глаза в сторону остававшегося на столе атташе–кейса.

— До свидания…

* * *

Действительно, сразу после таблетки Функционер почувствовал не только облегчение, но и настойчивые позывы кишечника.

Фу–у–у, наконец–то, какое счастье! Если вдуматься — как мало человеку надо для счастья! Уверенность в том, что ты — трезвый и глубокомыслящий, что ты не зря прожил свою жизнь, что на старости лет у тебя есть что собирать и что подводить…

Ну, и отсутствие таких неприятностей, которые испытывает он, Функционер то есть — особенно по утрам.

Но главное–то — главное это чемодан денег. А теперь, к закату дня, похоже на то, решены сразу две глобальные проблемы: стул… Ну и это.

Функционер закрыл дверь и, взяв атташе–кейс в руку, зашел в туалет.

Приспустил штаны, уселся и с необычайным приятным для уха шумом, уже подзабытым, быстро и обильно испражнился.

Нет, все–таки — как мало надо человеку для счастья!