Час-корень
Шрифт:
– По стандарту, в общем.
– Именно так. Да, и старшеклассники вам в довесок, десятый класс – он в школе только один. Так что, если брать в общем, мы вас загрузим плотно, чтобы копеечка набегала. Думаю, справитесь.
– Постараюсь.
– И ещё…
Директриса сделала паузу, будто подчёркивая серьёзность момента, и сообщила:
– Хотим предложить вам классное руководство. Вы ведь не против?
– Раньше я этим не занимался.
– За это идёт доплата, естественно. Шесть тысяч в месяц.
– А класс какой?
– Десятый.
Она уставилась на него с такой надеждой, что Роберт понял – здесь явно скрыт какой-то подвох. Да и вообще, предложение не особенно вдохновило. Одно дело – преподавать, рассказывать что-нибудь на уроке, и совсем другое – вникать в тинейджерские проблемы, беседовать «за жизнь» и устраивать разборки с родителями (у которых, конечно же, имеется свой, единственно верный взгляд на систему образования).
Но и отказываться от прибавки к зарплате – глупо. Тем более что, учитывая отсутствие интернета, в городке особо нечем заняться, кроме работы. Во всяком случае, на первых порах…
– А вот кстати, – сказал он, оттягивая решение, – десятиклассников как-то уж совсем мало, просто на удивление. Из-за чего?
И опять ему удалось смутить собеседницу. Она нахмурилась, пожала плечами:
– Спад рождаемости. Ну так что, возьмёте ребят?
– Ну хорошо, возьму, раз такое дело.
– Вот и отлично. Добро пожаловать в коллектив, Роберт Александрович. Начинаем вас оформлять – наша секретарь подскажет, что требуется конкретно. Она сейчас тоже на обеде, но скоро должна вернуться…
– Я уже тут!
В кабинет заглянула барышня, на вид – ровесница Роберта. Высокая, костлявая и сутуловатая, в бесформенных штанах и спортивной майке. В руке у неё было надгрызенное зелёное яблоко.
– Наташа, – сказала ей директриса, – вот наш новый коллега. Нужно заявление о приёме, ну и всё остальное.
– Полную ставку оформляем или совместительство?
– Ставку. С первого сентября.
– Поняла. Пойдёмте.
Последняя фраза адресовалась Роберту. Он поднялся и сказал хозяйке кабинета:
– Спасибо. Значит, до завтра?
– Да, ждём вас с утра. Расписание уже вывешено, можете посмотреть. А сегодня – устраивайтесь, отдыхайте с дороги. Звоните, если будут вопросы.
Выходя вслед за Наташей в приёмную, Роберт мысленно спросил сам себя – правильно ли он всё-таки поступил, согласившись сюда приехать? Ответить с ходу не получилось.
Зато его посетила неожиданная догадка. А точнее, в голове сопоставились два вроде бы разрозненных факта.
Факт первый. Шестнадцать лет назад в городе нарушилась мобильная связь, а в эфире что-то завыло. Факт второй. Большинству десятиклассников, с которыми придётся работать, сейчас должно быть как раз по шестнадцать лет. То есть они – ровесники аномалии.
Глава 2
Секретарша села на своё место,
– Теперь мне от вас нужна трудовая книжка. И ещё медицинская, там должна быть отметка из санэпидемстанции – анализ на гельминты плюс инструктаж-санминимум. В поликлинике надо встать на учёт, пройти медкомиссию…
– Я в Питере медосмотр проходил недавно – плановый, ежегодный. Все отметки в бумажках есть. Можно мне как-нибудь автоматом?
– Не знаю даже – иногородних ни разу не оформляла. Позвоню в поликлинику, уточню. А вам ещё надо справку из психбольницы, что вы у них на учёте не состояли. Ну и тест на коронавирус, само собой, его рано утром можно сдать в поликлинике, там результаты быстро…
Когда Роберт вышел из школы, голова гудела и туго соображала. Слишком много впечатлений и сведений обрушилось на него за эти часы, особенно по контрасту с долгим бездельем в поезде. Он постоял у крыльца, прислушиваясь к ленивому чириканью воробьёв, и поплёлся по улице. Директриса объяснила дорогу – квартира, по её словам, находилась в пяти минутах ходьбы.
Увидев нужный адрес, он свернул во двор. Миновал детскую площадку с песочницей, качелями на цепях и теннисным столом, который был исцарапан так, что почти не осталось краски. Сорняки росли привольно и густо. Посреди площадки торчала ржавая цилиндрическая опора для карусели, но сама карусель отсутствовала.
Зато имелись деревья, которые восхитили его с первого взгляда. Дикие абрикосы с морщинистыми стволами и переспелой плодовой мякотью, которая валялась вокруг, в траве. Или грецкие орехи – высокие, до пятого этажа. Не то что в промозглом Питере, где ореховые деревья тоже иногда попадались, но, по сравнению со здешними, выглядели как недокормленные бедные родственники.
Рядом был асфальтовый пятачок с металлическими столбами в человеческий рост и проволокой для сушки белья. Роберт пригнулся, чтобы не зацепиться за эту проволоку макушкой, и подошёл к подъезду (питерское словечко «парадное» было бы тут не совсем уместно). Бабулька, сидевшая на скамейке, спросила с подозрением в голосе:
– Вы в какую квартиру?
Он подавил соблазн послать любознательную гражданку подальше – решил, что не надо портить отношения с будущими соседями. Вежливо доложил:
– В одиннадцатую.
– А, – сказала бабулька, – ясно. Это на четвёртый этаж, а там – посредине. Значит, нашли они всё-таки, кому сдать? Ну, повезло им, а то была сплошная морока…
– Спасибо за консультацию.
У собеседницы явно были ещё вопросы, но он не стал дожидаться – кивнул и юркнул в подъезд. Моргнул, привыкая к затхлому полумраку, и двинулся вверх по лестнице. На стенке между третьим этажом и четвёртым чернела надпись маркером: «Танюха the best!» Рядом неведомый полиглот изобразил кривое сердечко.