Час до конца сентября

Меандр

– Жень, подожди немного, хорошо?

– Слушаюсь!

Александр прошел по ухоженному двору больницы, зашел в здание. В коридоре было чисто и пусто, только старенькая санитарка домывала пол.

– Здравствуйте, Бог в помощь. Почему у вас такая пустота?

– Здравствуй, милок, спасибо. До конца сентября у нас тишина, все на огородах, болячки на зиму откладывают.

– А как мне главврача найти?

– Ноги вытри и подымайся на второй этаж, третья дверь направо.

– Спасибо, мать, - последовал указаниям посетитель. Уже поднимаясь по лестнице,

услышал:

– Только Решада Маратовича в кабинете нет, он в подвале лампы меняет, если тебе срочно. Сюда иди, спускайся по лестнице осторожно, и прямо, увидишь.

Александр спустился в подвал, прошел несколько метров, завернул за угол и наткнулся на нового знакомца, стоящего на стремянке. Забрал у него из рук старую лампу, аккуратно вытащил из прислоненной к стене упаковки новую, подал наверх.

– Благодарю.

– Все самому приходится?

– Завхоз в отпуске, из-за пары светильников старика дергать?
– Решад аккуратно вставил трубку лампы на место, закрепил, протер, спустился со стремянки, щелкнул выключателем, проверяя свою работу.

– Добро. Я что заехал, Решад, - отец помолчал немного, окончательно смиряясь с выбором дочери.
– Спроси ее в лоб.

– Принял. Спасибо, Александр Рэймович.

– Учти, с нашей стороны родни много, ваш поселок по швам треснет такую толпу принимать, поэтому, расписывайтесь, где хотите, но банкет в Казани. Тебе же проще. В выходные, на моем дне рождения, жду вас с Иркой. Официально представлю тебя семье. Номер телефона продиктуй.

Мужчины обменялись контактами, пожали друг другу руки.

– Все, я уехал. До встречи.

– До встречи.

Усаживаясь за руль, Александр ответил на немой вопрос спутницы:

– Посмотрел еще раз.

– И как?

– Похоже, дочь взялась за ум. Я, конечно, не прыгаю до потолка от ее выбора, не о такой жизни я мечтал для дочери, думал, пройдет блажь деревенская. Но с этим татарином они на одной волне. Сейчас поймал себя на мысли, что ревную, представь?

– Понимаю. К Пингвиненку ты всегда относился, как к пустому месту, а с Решадом придется считаться. Саш, не переживай, он похож на тебя, понятия в его голове вдавлены намертво - честь, совесть, достоинство. Ирка будет счастлива с ним, их уже не отодрать друг от друга, только с мясом и кровью, - и неожиданно рассмеялась новой мысли.
– Вот наделают тебе внуков, буду я спать с дедушкой!

– Жень?
– вдруг вновь заглушил мотор, потянулся к подруге, поцеловал крепко.
– Меня тоже от тебя отдирать нельзя. Тебе как предложение сделать? С размахом, или просто спросить?

– А спроси с размахом, Сашенька, - улыбнулась женщина, не веря своему счастью.
– Но учти, я отвечу «да» в любом варианте.

– Добро, - ответил Александр, уже поворачивая на дорогу в город.
– Я «нет» и не рассматривал.

Как только скрылась за поворотом машина будущего тестя, Решад быстро прошел в ординаторскую, сказался Назару, что до утра не придет, звонить только в экстренных случаях,

и едва ли не бегом припустил к дому любимой женщины. По пути только молил всех Богов и божонков, чтоб не случилось чего экстренного, и так слишком много сегодня потрясений, хватит для одного дня.

Он любим… Сейчас сделает предложение, раз решился, должна же она ответить согласием, раз призналась в ответном чувстве. Все верно сказал Марсель - в их случае нужно торопиться, потом разберутся, как это все работает в семейной жизни.

– Ириш, какое необычное отчество у твоего отца, - после ужина, по складывающейся традиции, валялись на диване, наслаждаясь уютным вечером. Столько всего еще нужно узнать, рассказать друг другу, что оба, не сговариваясь, на пару часов перед сном забирались в подушки, убирая подальше телефоны.

– Так дедушка Рэймо - финн. Прадед мой молодым загорелся идеями коммунизма, всю жизнь служил на закрытом аэродроме Сааремаа, потом, когда СССР развалился, уехал в Финляндию. Так и не смог принять перемены, умер в девяносто пятом, мне всего четыре годика было. Дедушка Рэймо с бабушкой Наташей поехали на похороны, там остались. Мама периодически оставляла меня в Финке, но долго родня не выдерживала такого счастья, сдавали в деревню второй бабушке. Хорошо, рядом Бахтияр был.

– А я все думал, какой у тебя второй родной язык. Не угадал даже близко. Цвет волос с этой родни взяла?

– Да, глаза и волосы прадед «подарил». Это ты еще не видел моего дядю Артура, папиного младшего брата! И парни у него, все четверо, здоровые, кровь с молоком, ростом, как ты, все под метр девяносто, и рыжие, как огонь! Они недалеко живут от деда с бабушкой, через два дома, увидишь их в полном составе - не ржать! Мы их зовем «семейство Клири». Женька каждый раз не может удержаться от смеха, называет это семейство «Артур и минипуты». Кстати, а бабушка Наташа родом из Белоруссии.

– Любовь к драникам? А мама?

– Мамина родня - вятские кузнецы, видимо, от них мне такая тяга к земле и досталась. Одна из прабабушек - абхазка, легенда ее появления в семье звучит на каждом сборище нашего клана. Не буду рассказывать, чтоб не портить впечатление. Мама собирает родовое Древо, очень интересно выглядит, и, между прочим, я знаю своих предков до девятого колена, вот!

– И мне, булгарскому татарину, досталась эта дружба народов, - засмеялся Решад.
– Ирк, я реально хочу посмотреть, что у нас получится с такими генами.

– Застрелимся оба. Решад?

– Да, любимая.

– Переезжай ко мне уже совсем, а? Если твое эго сопротивляется, так ты ему скажи, что второй этаж надо достраивать и обустраивать, да и на первом работы еще уйма. А то на два дома, правда, бегаем, скоро тропинку асфальтировать придется. Мама твоя уже спрашивала вчера, когда мы с ней утром заготовки на зиму делали.

– Завтра в Зареченское съездим утром, перееду.

– Зачем поедем?

– Иди ко мне, расскажу, - мужчина снял очки в тонкой оправе, закрыл ноутбук, отложил на оттоманку.