Чарующий город
Шрифт:
— Никогда не разговаривайте с незнакомцами, — полушутя-полусерьезно предупредила Тесс.
— Мы не будем. И не будем есть собачье печенье, если нам его дадут незнакомые люди, правда, Эски? Мы будем вести себя хорошо…
Почти час спустя, уже лежа в постели, Тесс услышала, как Кроу и Эски вернулись из парка. Она внезапно подумала о том, что ей уже двадцать девять. Она чувствовала, что ее организм с каждым днем может сжигать все меньшее количество калорий. Выходов было два: либо тренироваться больше, либо есть меньше. Первый вариант был вряд ли возможен, второй же не вызывал энтузиазма. Тесс быстро подсчитала: если увеличить маршрут утренней
В этот момент на кровать прыгнула Эски — Тесс даже сквозь одеяло почувствовала холодную шерсть собаки — и уткнулась ей в лицо еще более холодным носом. Тесс свернулась калачиком, а борзая принялась увлеченно грызть прядь ее волос.
— Слушай, чего это она такая веселая? — спросила Тесс Кроу, повалившегося со стоном на кровать. — Похоже, она сегодня отлично провела время. — Тесс отвоевала у Эски порядком измусоленную прядь волос.
— Она — да! Даже, наверно, слишком. Я никогда не замечал, что она так агрессивно относится к другим собакам. Сегодня она пыталась подраться с ротвейлером, представляешь?! Еле ее оттащил. В общем, намаялся я с ней.
— Проституток там не заметил?
— Только несколько самых храбрых, — или отчаянных, — потому что работы у них не было никакой. Но не думаю, что это заслуга Собачьего патруля. Просто в такую погоду, если попытаться снять штаны, то все их содержимое тут же замерзнет.
Кроу, который так и не обзавелся зимним пальто, выглядел кочаном капусты. Поверх трех свитеров он натянул кожаный пиджак и замотал шею шарфом по самые уши. Тесс, пытаясь скрыть улыбку, смотрела, как он раздевается. Сняв с себя последний свитер, Кроу достал из кармана пиджака конверт из коричнево-желтой бумаги.
— Да, совсем забыл. Это лежало на капоте твоей машины, когда я возвращался назад. Я сначала подумал, что это какой-то билет.
— Может, это какая-нибудь рекламная листовка, — сказала Тесс, небрежно надорвав конверт. На пол посыпались ксерокопии документов, и два скрепленных листка бледно-розового цвета. На одном из них жирным шрифтом было написано «Розита Руиз».
— Что это? — полюбопытствовал Кроу.
— Резюме Розиты, — озадаченно протянула Тесс. — И ее сопроводительное письмо. Здесь еще копии всех ее статей, публиковавшихся в Сан-Антонио и здесь, в «Бикон-Лайт». Это полное личное дело Розиты Руиз — довольно конфиденциальная информация. Ты случайно не видел того, кто положил этот пакет на мою машину?
Кроу отрицательно покачал головой.
— Нет, все, что я видел — это пакет, прижатый «дворником» к лобовому стеклу.
Тесс заглянула в конверт, затем перебрала все бумаги.
— Никакой записки. Очевидно, что это не Колин. Стерлинг не стал бы разводить такую секретность, просто отдал бы мне ее дело, и все. Это может быть кто-то из ее непосредственных начальников — Хейли или Уитмен. Но зачем? На первый взгляд в этих бумагах нет ничего необычного.
— Редакторы, выступающие в качестве анонимных источников? Это задание начинает казаться мне все более и более странным, Тесс.
Все еще думая о тех дополнительных калориях, от которых ей теперь придется избавляться, Тесс решила, что она будет заниматься на тренажерах два раза в день, пока не станет достаточно тепло для занятий греблей. Приняв это решение, она отправилась в спортклуб Дурбана.
Занятия на силовых тренажерах всегда требовали терпения и дисциплины, — Тесс знала, что эти качества не входят в число ее достоинств, — особенно тяжело
— Ну, как идет ювелирный бизнес? — внезапно раздался рядом мужской голос.
Тесс повернула голову и увидела Пола Туччи.
— В данный момент у нас определенное затишье, — она попыталась приподнять голову, но Туччи надавил на нее ладонью, причем так сильно, что у Тесс зашумело в ушах. Туччи тем временем уселся ей на спину. Она даже не смогла бы высвободить ноги, не повредив колени. Куда же подевался служащий?
— Мне понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить, где я вас видел раньше, — сказал он. — Но когда я вспомнил, для меня не составило труда найти вас. Что вы пытались разнюхать, заявившись к Леа с этой дурацкой историей с браслетом? И к Линде вы тоже ездили. А ей вы что наврали?
— Один мой знакомый очень беспокоится о Леа, — в какой-то мере это было правдой. — Многие переживают за нее, нужно быть совершенно бессердечным, чтобы не сочувствовать женщине, оставшейся вдовой с тремя малолетними детьми на руках…
— Послушайте, если вас послали кредиторы Винка, то вам придется встать в очередь, а если вы таким способом обстряпываете какие-то свои темные делишки, то лучше и думать забудьте. Это в ваших же интересах.
— Какие такие делишки? — Тесс изобразила искреннее удивление, хотя дышать ей было невмоготу. Туччи не собирался избавлять ее тело от своей туши…
— Леа день и ночь осаждают охотники за сенсациями, хотя, конечно, им далеко до вашей изобретательности. Все надеются заполучить свеженькую новость или что-нибудь отсудить. Мне уже предлагали несколько нелепых версий. Например, что психолог Винка не заметил у него симптомов, указывающих на склонность к суициду. Или что причина смерти в несработавшей автоматике, открывающей дверь гаража. Так вот что я вам скажу: у Винка не было психиатра, он вообще к ним не ходил, и полицейские сказали, что он не пытался открыть дверь гаража. Кто-то из особенно ретивых предложил подать в суд на компанию «Форд» за то, что в «Мустанге» шестьдесят девятого года выпуска не предусмотрено автоматическое выключение двигателя, на случай, если кто-то попытается таким способом свести счеты с жизнью. Но все было гораздо проще. Винк наглотался каких-то таблеток и запил все это дело алкоголем.
— Откуда вы это знаете? В газете ничего не было сказано о том, что полицейские нашли какие-нибудь наркотики или медикаменты. Результаты токсикологической экспертизы еще не готовы, а простой тест показал только слабое наличие алкоголя в крови.
Туччи немного ослабил хватку.
— Я знаю Винка. Он не смог бы это сделать, если бы находился в сознании, наверняка в последний момент просто сорвался бы. В этом смысле Винк всегда был слабаком. Полицейские сказали Леа, что нашли в машине початую бутылку виски. Винк выпил два, ну максимум три стакана. Уровень алкоголя в крови был меньше одной десятой: с таким значением невозможно даже быть оштрафованным за вождение в нетрезвом состоянии. И это было в газете. Поэтому я и думаю, что он что-то проглотил, чтобы все закончилось как можно быстрее и безболезненнее. Это гораздо больше похоже на правду, верно?