Чародейка
Шрифт:
— М-м-м, — блаженно промычал тот, прикрыв глаза и даже облизнув губы, будто перед ним поставили тарелку аппетитных стейков. — Я всё гадал, что с тобой не так, — заговорил волк и пустился медленно обходить нас с Беллс по кругу. — Почему ты так отличаешься от остальных ведьм. — Он выдержал драматичную паузу, вновь вставая передо мной. — А сегодня я понял, в чём дело…
Моё сердце рухнуло вниз. Он знает. Свейн видел, как я применила магию, защищая Бьёрна. И что теперь? Будет шантажировать?
— Чего ты хочешь? — повторила вопрос. Говорить открыто я не могла, Беллс по-прежнему была рядом.
— Чтобы ты стала для меня особенной, зайчонок, —
Оборотень вновь начал лыбиться, уже всерьёз заставив меня усомниться в его ментальном здоровье.
— Тебе выпала большая честь. Ты станешь моей первой, — продолжал нести непонятную чушь задиристый старшекурсник, а после наклонился ко мне и зловеще произнёс, не шёпотом, но у самого уха: — Чародеек у меня ещё никогда не было. — После чего волк отстранился, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Внутри меня всё перевернулось. Пока он не озвучивал о моей принадлежности к чародеям, оставалась надежда, что у него есть другая теория. А теперь… теперь всё.
— Аж клыки чешутся от предвкушения. — Словно в подтверждение, парня передёрнуло от нетерпения. — Жуть как жду нового полнолуния, чтобы наконец на тебя поохотиться.
Вот тут-то всё и встало на свои места. Возникшее прозвище «зайчонок» носило не ласкательный характер, а отсылку к маленькому зверьку, за которым любят гоняться волки. До меня постепенно доползал смысл речей Свейна: этот ненормальный рассчитывал устроить самые настоящие догонялки на выживание!
— Что ты сказал? — неожиданно прогремело позади. От низкого рокочущего голоса завибрировали даже стены.
Надо было видеть лицо Свейна в этот момент. Вся уверенность парня потерялась бесследно, уступив место дикому ужасу. Волк торопливо попятился назад, стараясь мимикрировать под белоснежную стену, чем неслабо развеселил меня. Правда, когда обернулась к появившемуся свидетелю нашей «милой» беседы, веселье отступило.
Мне казалось, я видела все стадии бешенства Шейна. Но это… Это было что-то новое. В радужках мальфара пробивались янтарные искорки, будто бы сейчас там вспыхнет огонь, а на пальцах, сжатых в кулаки, трещали золотистые молнии. Магия так и рвалась из него. И щадить выбранный объект та явно не собиралась.
Повисшую угрозу почувствовали все. Если Беллс поначалу бросилась к Анварену под защиту, то теперь в растерянности застыла между нами, прикидывая, стоит ли улепётывать от преподавателя, готового в любую секунду устроить в коридоре опасное светопреставление.
— Повтори. Что. Ты. Сказал, — медленно наступая, проговорил Шейн, делая отчётливые паузы между словами, чтобы те падали, словно тяжёлые камни.
Прибьёт. Точно прибьёт. И мокрого места не оставит.
Я выступила перед Анвареном, мысленно скрипя зубами от того, что придётся сделать. Успокаивала себя лишь тем, что не Свейна защищаю, а самого Шейна от того, что тот может натворить. Его самоконтроль сходил на нет. А за нападение на ученика можно не только с позором вылететь из академии, но и понести уголовную ответственность, на минуточку.
— Шейн, он того не стоит, — обратилась я к мужчине, упираясь ладонями в его грудь и желая хоть как-то замедлить продвижение того к намеченной цели. Мальфар даже не взглянул на меня, кажется, не замечая никого вокруг кроме оборотня. Под его натиском я проскользила подошвой по плитке
Так, нужно выбирать другую тактику!
— Беллс, помоги мне. — Я схватила Шейна за руку и потянула в сторону ближайшей аудитории. Холодные как лёд пальцы вибрировали напряжением. Его самым настоящим образом колотило от ненависти и необузданного гнева. Боже, Анварен, что на тебя нашло?
— Профессор Анварен, пожалуйста, — пропищала Беллс, помогая мне оттащить к двери разъярённого мужчину.
Паника медленно подступала. Атмосфера накалялась. Всё это грозило вылиться в большие неприятности. Шейн был в шаге от того, чтобы разукрасить бледное лицо оборотня в багровые оттенки. Это в лучшем случае. В худшем — потеряет контроль и приложит магией всех присутствующих.
— Вон! Пошёл вон! — заорала я на Свейна, который как болван влип в стену, вместо того чтобы дать дёру. Но парень настолько оцепенел от страха, что даже моргнуть боялся, ни то что пошевелиться. — Да что б тебя! — прорычала, практически повиснув на руке Шейна и прилагая титанические усилия, чтобы утянуть того в нужном направлении.
Видимо, здравый смысл мальфара не весь канул в небытие — иначе бы мы его и с места не сдвинули, а так даже в один из пустых кабинетов умудрились затолкать. Но я не спешила обольщаться. Вон как желваки ходуном ходят. Бесится, не иначе.
Анварен сделал шаг в сторону двери, вероятно, не сумев принять такой расклад — я же шаг ему наперерез. Он столько раз пытался огородить меня от опрометчивых поступков, настал мой черёд отплатить тем же.
— Шейн, ты должен успокоиться. Сейчас ты — преподаватель. Любой причинённый вред студенту скажется не только на твоей репутации, но и на карьере и всей будущей жизни. — Я прижалась спиной к двери, раскинув руки в стороны, как бы показывая: не пущу! — Не стоит придавать значения глупой болтовне Свейна.
— Ты не понимаешь, — не согласился Шейн, прожигая взглядом дыру чуть выше моего плеча. Сквозившее в его голосе отчаянье дезориентировало меня на несколько мгновений, а затем я шагнула вперёд, вставая почти вплотную к нему, и обхватила ладонями за щёки.
— Тогда объясни мне, — попросила, с тревогой всматриваясь в лицо небезразличного мне мужчины. Зелёные глаза перескочили с двери на меня и немного расширились, будто бы удивляясь моему появлению.
— Всё, что он сказал, — не глупая болтовня, — вдумчиво проговорил Шейн, при этом не разрывая зрительного контакта со мной. Его глаза будто бы говорили вместе с ним, транслируя всю серьёзность и значимость сказанного. — Не все волки такие милашки, как твой друг. Есть и те, кто взаправду охотится на ведьм. Я знаю одну из таких. И судя по пепельному цвету волос и серьге в виде полумесяца — он как раз из их числа. Из волков стаи Серебряного полумесяца.
Меня словно бы хлестнули стёганным кнутом. Это ведь та самая стая, которая растерзала родителей Шейна! Целых десять лет он гонялся за ними, разыскивая по всему Мальфгарду, и вот один из них оказался прямо перед ним! В шаговой доступности. Готовый ответить если уж не за преступления, то на все его вопросы.
Теперь мне стало понятно, почему Свейн настолько перепугался их встречи. Знал, что за его стаей числятся такие грехи, которые не смыть даже кровью.
— Так, — выдохнула я, собираясь с мыслями. Затем аккуратно отняла руки от щёк мальфара, сложила в задумчивости ладони лодочкой перед своим лицом и принялась расхаживать взад-вперёд. Следовало решить, как нам поступить дальше.