Чародей. Часть 2
Шрифт:
— Время? Время для чего?
— Пульсация.
Больше он не произнес ни слова. Только закрыл глаза. Может, опять потерял сознание, а может, таким образом велел мне просто отвязаться от него.
Аргаив и Амен хлопотали на кухне. Демон выкинул из холодильника всю протухшую еду, однако дверца по-прежнему была закрыта.
— Откроешь, когда соберемся уходить, — сказал он мне. — Иначе аппетиту не бывать. Аромат там просто царский.
Мыш рылся в шкафчике над раковиной. Его самого не было видно, только изредка оттуда вылетал какой-нибудь
— Зачем тебе столько хлама? — донесся из глубин шкафа голос жреца. — Половину лекарств давно пора выкинуть, у них истек срок годности.
— Я не пользуюсь лекарствами. С детства их не люблю. Эти еще от отца остались.
— Тем более, — мыш высунул мордочку из завалов. — Не хватает тебе женской руки.
— Вот только не надо об этом. Что у нас на ужин?
— Консервированная говядина "Ля биф" с гарниром из консервированной же фасоли в соусе "Томато", — провозгласил демон, делая жест в сторону уже накрытого стола. — На десерт могу предложить вам ананасы "Ля тропикана" в собственном соку со взбитыми сливками. Пальчики оближешь!
Мой желудок отозвался на рекламу демона нетерпеливым урчанием. До сего момента я и не осознавал, насколько проголодался.
Через полчаса Джеку значительно полегчало. Есть он отказался, но выпил два стакана воды. Он оставался таким же бледным, но выглядел гораздо лучше. В глаза вернулся блеск, дыхание выровнялось. Он мог сидеть, но вставать все еще опасался.
— Рухну и разобью себе голову об угол стола, — пошутил он.
— Обалдеть как смешно, — я скрестил руки на груди. — Рассказывай. О какой пульсации ты говорил? Или это был всего лишь бред?
Джек помотал головой.
— Никакой это был не бред. Чрезвычайно сложно объяснить мою связь с артефактом, но я постараюсь. Я, конечно, не могу сказать, откуда она взялась, но некоторые аспекты вы можете узнать.
— Джеймс Бонд, тоже мне. Почему тебе лучше? Артефакт опять телепортировался?
— Не перебивай меня, — Джек окатил меня ледяным взглядом. Кажется, он и в самом деле приходит в себя. — Нет, артефакт все еще здесь. Я чувствую его волны, они накатывают на меня, я захлебываюсь в них… а потом наступает благословенный отлив.
— Ты хочешь сказать, что излучение артефакта периодично? — переспросил я. — То появляется, то исчезает?
Джек кивнул.
— Оно как сердце. Беспрестанно пульсирует, и чем сильнее удар, тем мне хуже.
— С ловушками такого не было, — сказала Ракел. — Тебе было плохо только когда ты слишком близко к ним подходил.
— Но в последний момент ему становилось лучше, — возразил Аргаив. — Можно ли назвать это пульсацией?
— Не думаю, — Джек покачал головой. — В те разы было по-другому. Это гадостное чувство просто исчезало, и все. Теперь же я все равно чувствую легкий дискомфорт, и могу заверить вас, что это только затишье перед бурей.
— Тебе опять станет плохо? — спросил я.
— Мягко
— Но как же мы его найдем, если пульсация затухла?
— Сказал же, я все равно чувствую его, только намного слабее. Всего полчаса назад мою голову разрывало на части, теперь же это всего лишь легкая мигрень. Но, думаю, по мере приближения к артефакту боль будет нарастать, и вскоре мне опять станет худо. Ужасней этого уже ничего не может быть. Но пока этого не произошло, мы должны найти артефакт.
— Если тебе так плохо сейчас, — произнес я. — Каково же тебе будет на расстоянии вытянутой руки от него?
— Чем ближе я к нему буду, тем меньше чувствуется пульсация, — ответил Джек. — Мне будет хреново в любом случае — и при ударе, и при затишье. Возможно, я умру.
В комнате повисла напряженная тишина. Ракел скрестила руки на груди и прислонилась к книжному шкафу. Аргаив откинулся на спинку стула. Мыш перелетел на стол и с преувеличенным вниманием начал изучать старые эскизы. Я же не мог поверить в то, что услышал. Джек готов пожертвовать жизнью ради этой штуки, но что я буду с ней делать, когда его не станет?
— Ты выбрал самый простой путь, — нервно рассмеялся я. — Ты умрешь, а кто будет спасать мир?
Джек промолчал и лишь загадочно улыбнулся.
— Хочешь сказать, это опять ляжет на мои плечи?
Он ничего не ответил.
— Ладно, хочешь — молчи, только не говори потом, что я что-то не так сделал. Вдруг я случайно разрушу и этот символ, и тогда все три мира рухнут в бездну.
Кажется, это его задело. Странное выражение мелькнуло на его лице, но истолковать его у меня не получилось. Это было что-то среднее между яростью и растерянностью, ничего ближе я придумать не смог. Он хотел наорать на меня, но понимал, что ничего не может мне противопоставить. И его это жутко бесило.
— Ладно, — Аргаив поднялся и встал между мной и Джеком. — Раз уж тебе полегчало, нужно отправляться в путь. Полнолуние совсем близко, мы больше не можем ждать.
— Вы правы, Аргаив. — Джек с трудом поднялся на ноги. — Думаю, я готов.
— Не потеряешь ли ты сознание, едва выйдя из квартиры? — с сомнением произнесла Ракел.
— Нет, — ответил Джек уже тверже. — До нового удара еще далеко.
— Откуда ты знаешь?
— Уж поверьте. Кому как не мне это знать.
Наступившую тишину нарушил стук в дверь.
— Дэрриен! — крикнула из коридора миссис Стирс. — К тебе тут коллега пришел!
Все уставились на меня, как на диковинный экспонат. В их взглядах читался один-единственный вопрос: какой еще коллега? У меня же мелькнула только одна мысль: мистер Кросс хочет со мной поговорить. Что ж, значит, я его не настолько напугал.
Я пожал плечами и, сделав остальным знак соблюдать тишину, пошел открывать.
Миссис Стирс, улыбаясь, отступила в сторону, и я чуть не рухнул на коврик перед дверью.