Чародей. Часть 2

Ежеменская Елена

Автомобиль Жана был в нашем распоряжении, и мы немедля отправились в путь. Заместитель Аргаива отказался нас сопровождать по вполне понятным причинам — бессмертием он не страдал. Я не виню его за это, тем более, он ни словом не обмолвился о нашем с Изабеллой поцелуе.

И вот теперь я сидел на заднем сиденье автомобиля какой-то неизвестной мне марки, и старался успокоиться, чтобы не вывести двигатель из строя. По мере приближения к мосту это давалось мне все легче, однако состояние

Джека стремительно ухудшалось. Он откинулся на спинку сиденья и тяжело дышал.

— Укачало? — заботливо, но не без доли сарказма спросил я, похлопав его по плечу.

— Сам знаешь, что нет, — процедил он сквозь зубы.

Аргаив бросил на него быстрый взгляд.

— Мы не такие дураки, какими ты нас считаешь. Тут и слепой заметил бы, что твоя связь с артефактом необычайно сильна. Изабелла была лишь средством передвижения, основная движущая сила — это ты. Твой компас, как ты его назвал.

Джек кивнул.

— Артефакт на том берегу.

— Ты уверен? — хмуро спросил Амен.

— Нет, черт побери! — заорал Джек. Я вздрогнул от неожиданности, а мыш подскочил. — Я ни в чем не уверен! Но если мы будем сидеть на месте, ожидая, пока мой компас восстановится, мир рухнет в пропасть!

— Ладно-ладно, что ты кипятишься? — я примирительно поднял руки. — Амен просто спросил. Просто ты иногда ведешь себя так, словно мы твои рабы, и ты не обязан нам ничего объяснять.

— Поменьше болтай, больше действуй.

— Помнится, ты меня с Аргаивом отругал за излишнюю самодеятельность.

— El idiota, — вздохнул Джек. — Не хочу с тобой больше говорить. У меня взрыв мозга произойдет, если услышу от тебя еще хотя бы одну фразу.

Я мог обидеться. Мог швырнуть в него огненным шаром. Мог съязвить, чтобы разозлить его еще больше. Но я не стал ничего этого делать. Просто мне самому все это жутко надоело, и я мог думать только о том, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился.

— Куда ехать? — спросил Аргаив, съезжая с моста.

— Старое кладбище помнишь?

— Еще бы, — ухмыльнулся демон.

— Рядом с ним есть пустырь. Свернешь перед ним направо и проедешь два квартала. Мой дом сразу за школой.

— Отлично, — демон вырулил на дорогу. — А потом куда?

— Понятия не имею. Может, компас все-таки соизволит сказать нам, где искать артефакт.

— Думаю, уже говорит, — выдохнул Джек. Лицо его позеленело, казалось, его вот-вот стошнит.

— Переведи.

— Неразборчивый акцент.

— Гаденыш, — буркнул я.

Мыш уцепился когтями за ручку и повис вниз головой. В крылья он завернулся плотнее, чем гусеница в кокон, и я испугался, как бы он там не задохнулся. Чем дальше мы ехали по северо-восточному берегу, тем мрачнее он становился.

"Что-то

тут не так, — протянул Двойник. — Аменохеприти с самого начала ведет себя как-то странно. Понятно, что ему не нравится Джек, но это не повод, чтобы так вести себя с нами".

"Мне кажется, он подозревает, кто такой Джек на самом деле, но почему-то не хочет об этом говорить".

"Боится его?".

"Да брось. Чтобы могущественный египетский жрец боялся какого-то шизофреника?".

"Ты сам его боишься".

Что верно, то верно. Он изрядно напугал меня при первой встрече, когда проник за мою мысленную стену. Пусть он больше не демонстрировал таких потрясающих способностей, легче от этого не становилось.

Я отбросил эти мысли. Сейчас только Джек может найти артефакт и спасти Изабеллу. Я должен радоваться тому, что ему все хуже, но не мог. Пусть он был изрядной сволочью, но он отлично осознавал, на что обрекает себя, пустившись на поиски артефакта. И я уважал его за то, что он готов был пожертвовать собой ради спасения всех остальных.

— Кто же ты такой, черт возьми?

Я не осознавал, что произнес это вслух, пока Джек мне не ответил:

— Я всего лишь бродяга, идущий во тьму, чтобы сеять свет, и выходящий на пекло, чтобы отбрасывать спасительную тень.

— Дэрриен, — с беспокойством произнесла Ракел, протянув руку вперед и положив ладонь на лоб Джека. — У него жар. И он бредит.

Джек вдруг громко расхохотался.

— Черт, Аргаив! — крикнул я. — Останови машину!

Демон еще не успел затормозить, а я уже выскочил наружу и распахнул переднюю дверцу. Амен взлетел, ничего не понимая, а Ракел выбежала из машины с другой стороны.

Я подхватил Джека под мышки и выволок на дорогу. В рану на спине словно воткнули раскаленный штырь и несколько раз провернули. Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не вскрикнуть. Я уложил Джека рядом с мусорным баком, торчащим рядом с заброшенным домом, как надгробие, и ударил по жестяной стенке кулаком. Пласт снега соскользнул с крышки и накрыл Джека. Тот на мгновение замолчал, отплевываясь от холода, рухнувшего ему на лицо, а потом вновь разразился своим жутким смехом.

— Нужно его охладить, пока он окончательно не свихнулся, — скороговоркой выпалил я.

Аменохеприти сел на мусорный бак и крыльями принялся спихивать вниз снег, оставшийся на крышке. Ракел вынула из бардачка какую-то папку и начала обмахивать ею Джека.

— Он совсем шизанулся? — спросила она.

— Откуда мне знать? Вполне возможно, он таким родился, — я запихнул горсть снега ему за шиворот.

— Раньше он так себя не вел. Даже когда мы натыкались на ловушки… Ведь ему тоже было плохо, ведь так?