Чародей поневоле
Шрифт:
– А-а, заткнись.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Рассвет застал их среди лугов, наполовину скошенных и тяжелых от росы. Род с пригорка осматривал окрестности. Перед ним раскинувшись обработанные поля и аккуратно подстриженные живые изгороди, а также беспорядочно разбросанные рощицы деревьев, темнеющие на фоне восходящего солнца.
– Большой Том!
Том оглянулся, повернувшись в седле, и натянул поводья, когда увидел, что Род остановился.
– Привал! – крикнул Род, спешившись.
Покуда Том стреножил коня и отправил его пастись, Род развел костер. Здоровяк изумленно уставился на Рода, когда тот достал сковородку и кофейник, затем недоумевающе покачал головой и, отойдя в сторону, расчистил себе место для сидения чуть ниже по склону. Он втянул в себя аромат жарящейся ветчины, вздохнул и достал пригоршню сухарей.
Род поднял взгляд и нахмурился, когда увидел, что Том сидит на влажной траве, жуя сухарь и запивая его элем.
– Эй! – крикнул он.
Зов застал Тома посредине глотка. Он поперхнулся, закашлялся и поднял голову.
– Да, хозяин?
– Разве моя пища недостаточно хороша для тебя?
Том, разинув рот, уставился на него.
– Брось, иди сюда! – нетерпеливо махнул рукой Род. – И захвати с собой сухари. Они хорошо пойдут, если их поджарить в жире.
Большой Том несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот, затем неопределенно кивнул и встал.
Вода закипела. Род приподнял крышку кофейника и бросил вовнутрь щепотку молотого кофе. Затем он поднял взгляд на Большого Тома, который, нахмурившись и выпучив глаза, подошел к нему. Род скривился.
– Ну, чего ты уставился? Неужто в первый раз видишь походный костер?
– Ты предложил мне разделить трапезу, хозяин?
– Разве это чудо из чудес? – изумился Род. – Лучше дай-ка мне хлебнуть зля. Дорога-то становится пыльной.
Том кивнул и, не отрывая взгляда от Рода, протянул ему флягу. Род сделал глоток, поднял глаза и нахмурился.
– В чем дело? Никогда не видел, как человек пьет? Я что, какое-то чудовище?
Том захлопнул рот, глаза его потемнели и стали задумчивыми. Он ухмыльнулся, затем рассмеялся и присел на камень.
– Нет, хозяин, нет. Ты на редкость хороший человек, вот и все. Да, вот и все!
Род нахмурился.
– Что же во мне такого необычного?
Том бросил два сухаря на сковородку и усмехнулся, посмотрев на Рода.
– В этой стране, хозяин, дворянин не станет есть со своим слугой.
– Ах, вот в чем дело! – отмахнулся Род. – Здесь, на дороге, только мы с тобой одни, Большой Том. Я не обращаю внимания на подобную чепуху.
– Ага, – хихикнул Том. – Я же говорил, что ты крайне странный человек.
– И на редкость глупый, да? – Род положил два ломтя ветчины на деревянные блюда. – Полагаю, мы будем есть ножами, Том. Начинай.
Ели они молча: Род – уставившись в свою тарелку, а Том откинувшись назад и не отрывая взгляда от раскинувшегося перед ними пейзажа.
Они расположились в горловине небольшой долины, которая служила ловушкой для солнечных лучей. Солнце пряталось за живыми изгородями, золотя туман.
Том усмехнулся, дожевывая, и ткнул
– Там конец радуги* [36] , хозяин.
36
Согласно преданию там, где радуга упирается в землю, закопан горшок с золотом.
– Гм? – вскинул голову Род. И кисло улыбнулся. В конце концов, это был самый большой горшок с золотом, на который он мог когда-либо рассчитывать.
Том оглушительно рыгнул и поковырял ножом в зубах.
– Золотистый туман, хозяин, а в нем, возможно, загорелые девушки.
Род судорожно сглотнул и возразил:
– О, нет! Никакой гульбы на стороне во время этой поездки, Большой Том! Мы должны попасть на Юг, и как можно быстрее!
– Эх, хозяин! – протестующе взвыл Том. – Что случится, если мы задержимся на часок-другой? И кроме того... – Он подался вперед и, ухмыляясь, ткнул Рода под ребра. – Голову даю на отсечение, что ты превзойдешь меня. Сколько девчонок может обслужить чародей, а?.. Эй, в чем дело?
Род засопел и ударил себя в грудь.
– Просто кусок сухаря повздорил с моим желудком. Том, я в последний раз вежливо повторяю – я не чародей!
– Конечно, хозяин, само собой! – сказал Большой Том, улыбнувшись во весь рот. – Можешь быть уверен, ты крайне неумелый лжец, впрочем, как и палач.
Род нахмурился.
– Я еще никого не убил за все время, что нахожусь здесь.
– Ну, именно это я и имел в виду.
– А-а, – Род повернулся и посмотрел на поля. – Ну, Том, ты вполне можешь добавить искусство любовника в список тех занятий, в которых я не силен.
Здоровяк выпрямился, нахмурил брови и попытался заглянуть Роду в глаза.
– Мне кажется, ты и впрямь не шутишь!
– Уж будь уверен.
Том откинулся назад и, уставившись на своего хозяина, принялся подбрасывать кинжал, ловя его то за рукоять, то за острие.
– Да, ты говоришь правду в глаза. – Он подался вперед. – И поэтому я осмелюсь дать тебе совет.
Род усмехнулся.
– Ну что ж, просвети меня. Расскажи мне, как это делается.
– Нет, – поднял ладонь Том. – Ни капельки не сомневаюсь, что ты сам все прекрасно знаешь. Но я должен предупредить тебя насчет этих крестьянок, хозяин.
– Вот как?
– Да. Они... – лицо Тома расплылось в улыбке. – О, они великолепны, хозяин, хотя и простоваты. Но... – он вновь нахмурился, – ...никогда не давай им ни лучика надежды.
Род тоже нахмурился.
– Почему бы и нет?
– Это будет твоей погибелью. Ты можешь спокойно баловаться с ними, хозяин, но только один раз. Потом ты должен как можно быстрее оставить их, и никогда не оглядываться.
– Почему? Я превращусь в соляной столб* [37] ?
37
По Ветхому завету, в соляной столб превратилась жена Лота, оглянувшись посмотреть на гибель городов Содома и Гоморры.