Чародей Амбермера
Шрифт:
— А! Ха-ха! — издал Дибрик, после чего шаркнул ногой и дотронулся пальцем до кончика носа. — Ха-ха! — повторил он.
Асбрак уставился на него, не понимая, что должны означать эти звуки и телодвижения. Король уже начал подозревать, что тощий горожанин попросту не умеет разговаривать, когда тот отчетливо произнес одно слово.
— Дибрик, — представился горожанин, потом оглянулся, как будто проверяя, не исчез ли куда-нибудь его стул, и уселся. Повернувшись к Асбраку, он скривился и снова встал: — Жарильщик. Жарю мясо. — Дибрик притронулся было к шляпе и тут же принялся чесать за ухом. — Ах! — сказал он и посмотрел на свою руку, словно не понимая,
— Тоббрук, — кивнул король, пытаясь вспомнить, где же он раньше видел этого тощего горожанина. — Виноторговец.
— Ха-ха! — снова хохотнул Дибрик, после чего старательно прочистил горло и надолго присосался к своей огромной кружке с пивом.
Асбрак тоже поднял кружку. Он уже начал жалеть, что отказался от мягкого кресла у очага. А когда король — буквально в следующее мгновение — припомнил наконец, где раньше видел тощего Дибрика, то пожалел об этом еще больше. Он разговаривал с жарильщиком — вернее, слушал его невразумительное бормотание — однажды ночью минувшим летом возле этой самой гостиницы. Правитель взял с блюдца маслянистую оливку, но уронил ее, услышав, что Дибрик снова прочищает горло.
— Ах… Ха-ха.
Асбрак неохотно поднял взгляд на жарильщика.
— Ха-ха-ха. — Откашлявшись, Дибрик предпринял еще одну героическую попытку опустошить кружку пива одним глотком. — Я сижу возле окна, — сообщил он, оторвавшись от кружки.
— В самом деле, — признал король. Он не хотел больше ничего говорить, но вдруг осознал, что недостаточно хорошо изменяет голос. — Да-а-а уж, — прошепелявил Асбрак, приоткрывая только один уголок рта. — Ах, ну да, конечно, из окна можно много чего увидеть.
Вместо ответа Дибрик лучезарно улыбнулся королю. В следующее мгновение Асбрак принялся за закуски. Он обмакнул хлеб в лужицу ароматного масла, собравшуюся на дне тарелки, и подумал, что надо будет позаботиться, чтобы на королевской кухне тоже был такой сыр в виноградных листьях. В таверне, которая стояла почти у самых стен дворца, подавали восхитительно вкусный сыр, которого никогда не бывало на столе у монарха — в этом Асбрак ничуть не сомневался.
Правитель оглядел зал таверны. Он вовсе не завидовал кулинарным пристрастиям своих подданных. В иных королевствах, как он знал, некоторые блюда считались исключительной привилегией аристократии. Но король Асбрак этого не одобрял. В Амбермере любой портовый рабочий, любой матрос мог сколь угодно наслаждаться любыми деликатесами. Асбрак желал только, чтобы все эти деликатесы появлялись и на королевском столе. Так что тайная вылазка в город неожиданно принесла еще и такую пользу. Король решил почаще выходить в город переодетым — хотя бы для того, чтобы опробовать побольше блюд амбермерской кухни.
А как было бы здорово, если бы вместе с ним ходил Брескин! Великан знал о еде и винах больше, чем любой другой житель Амбермера, не исключая и самого Асбрака. Подумав о Брескине, король вспомнил и о том, что хранитель погребов отправился в путешествие и, возможно, ему угрожает опасность. Когда правителя посетила эта тревожная мысль, он внезапно осознал, что у него за спиной кто-то стоит. Асбрак медленно поставил кружку с пивом на стол и оглянулся. Возле него стоял жарильщик — словно дворецкий во время банкета.
— Ваше…ство… вы говорили про окно…
Асбрак заметил, что жарильщик снял шляпу и где-то ее оставил. Дибрик вернулся к своему столу и поднял кружку с пивом.
— Прошлой ночью… — снова начал он, потом замолчал и отхлебнул пива, одновременно
Асбрак кивнул с отстраненным видом и постарался не слушать, сосредоточившись на тонком вкусе сочных, спелых оливок и молодого сыра. Такое сочетание давало поразительные вкусовые ощущения. Король поискал взглядом прислужницу, намереваясь послать за вином. Пиво, конечно, здесь тоже подавали хорошее, но, для того чтобы утолить голод, одного пива ему казалось недостаточно. Сейчас королю хотелось вина — амбермерского красного, со средних склонов, не слишком крепкого. Асбрак подумал о том, какое вино выбрал бы к такой закуске Брескин. Может быть, гигант достал бы из своих погребов сладкое белое одного из старых урожаев, долго простоявшее в бочке, густое и ароматное…
Между тем одно слово из монолога Дибрика неожиданно заинтересовало короля.
— Вы что-то сказали о ведьмах? — переспросил он.
Лицо жарильщика снова расплылось в улыбке.
— Ну, это была женщина, вы понимаете…
Асбрак кивнул.
— Ах… — сказал он, стараясь не смотреть на оскаленные в улыбке зубы Дибрика. — Какая женщина?
— Женщина под дождем.
— И вы говорите, это была ведьма?
— Судя по всему, она.
— Понятно, — сказал Асбрак. — И почему вы так решили, могу я узнать?
— Она шествовала, можно сказать, прямо посреди улицы под жутким проливным дождем. — Дибрик моргнул и снова отхлебнул из кружки. — Сразу после того, как я пробежал через улицу сюда, в таверну.
Асбрак выглянул в окно, вспоминая проливной дождь, который шел вчера ночью.
— Да… — рассеянно сказал он. — И что?
— И потом она тоже вошла сюда. Прошагала мимо меня, как солдат на плацу, в этой своей шляпе — и была совершенно сухая, как летнее утречко! — Дибрик уставился в дно своей кружки. — Знаете, мне тогда чуть пить не расхотелось. На нее ни капельки дождя не упало! Она даже ног не замочила — в такой-то дождь. Ведьмы — это хорошо, когда тебе нужен порошок от кашля или что-нибудь еще в том же духе. Но какому же человеку понравится видеть волшебство, так вдруг, совсем неожиданно, как раз тогда, когда он поднимает кружку, чтобы выпить?
Асбрак пронзил жарильщика царственным взором.
— Значит, это была ведьма… Как ее зовут?
— Ну, так… Зовут ее Ханной. Я сам ее никогда раньше не видел, но слышал про нее. Я и не знал, что она может ходить под дождем и не мокнуть, а вот теперь я видел это, так сказать, своими глазами и не буду этого отрицать, так вот.
Король позабыл о еде и поднялся из-за стола. Он пробормотал что-то невнятное Дибрику и положил несколько монет на стол, возле жбана с пивом. Шагая через зал таверны со всей скоростью, на какую был способен, Асбрак задавал себе вопрос: почему ему до сих пор не пришла в голову мысль спросить совета у ведьмы? Ведьмы, несомненно, обладают волшебной силой, однако обычно все почему-то об этом забывают. К ведьмам обращаются, как правило, страдающие каким-то недугом люди, когда прописанные лекарями снадобья либо не оказывают нужного действия, либо, наоборот, причиняют вред.