Чарли

Чехин Сергей Николаевич

Он шел без вагонов, но на этом участке дорога тянулась под большим наклоном. Карьер Уинфри находился в предгорье, на довольно внушительной для карьера высоте, и дорога от него шла как бы очень плавными сглаженными ступенями, отчего поезда разгонялись до таких скоростей, что никакое экстренное торможение не помогало. А Бейкер от верной смерти отделяла жалкая миля, вряд ли больше.

– Лора!
– заорал со всей силы, нещадно деря глотку, но рев гудка и визг колес заглушили бы даже пушку.

Машинист - совсем молодой парень в оранжевом жилете и желтой каске - высунулся из кабины и остервенело

махал руками, но девушка молча топала по шпалам, не обращая внимания ни на что. Из-под колес вылетало такое количество искр, что издали локомотив казался объятым пламенем, но об остановке не приходилось и мечтать. Многотонный монстр сотрет Лору в фарш и проедет еще не меньше полумили.

– Лора!
– вопил я, несясь к ней со всех ног и нутром понимая - не успеваю. А если и успею, то лишь для того, чтобы погибнуть за компанию.

Однако бросать ее никто не собирался. Я бежал, верещал, размахивал руками, но ни локомотив, ни Лора не собирались менять своих путей. А расстояние неумолимо сокращалось. Счет пошел на секунды. Из лесу попавшим в капкан медведем ревел Джон, но я его не слышал, а догнать и остановить меня он не мог. Земля дрожала, от визга и воя я давно оглох, ноги подкашивались, а легкие горели. Инстинкт самосохранения пытался вынудить меня спрыгнуть с насыпи, но я не прекращал попытки исправить неисправимое. Я был так близко, но горящие фары стального монстра гораздо ближе.

Лора замерла, запрокинула голову и расставила руки в стороны.

– Н-е-е-т!!!
– выпалил я, и тут девушку снесло с путей, словно могучий ветер сдул пушинку.

Тут же неведомая сила обхватила меня за талию и рванула вверх. С вытаращенными глазами и перехваченным дыханием наблюдал за пронесшимся подо мной локомотивом. С огромным трудом подняв лицо, увидел вдали знакомую фигурку - Чарли. Бродяжка стояла прямо на путях, выпрямив руки и широко растопырив пальцы. Правая ладонь указывала в мою сторону, левая - в направлении Лоры. И я, и она висели довольно высоко над землей, и Чарли не решалась нас отпустить, несмотря на смертельную опасность.

– Бросай!
– заорал я.
– Бросай!!!

Шанс выжить при падении с десятиметровой высоты, пусть даже на рельсы, значительно выше, чем при столкновении с поездом. Даже если мы переломаем кости - не страшно, зато бродяжка останется жива. Но она то ли нас не слышала, то ли решила действовать по-своему. Мы мягко приземлились, а девушка скрылась за визжащей и сыплющей искрами тушей.

– Чарли, - прохрипел я.
– Чарли...

И тут локомотив замер. Встал как вкопанный. Раздался низкий нарастающий гул, как при далеком раскате грома, и во все стороны ударили молнии. Ярко-голубые сполохи лупили в насыпь, стреляя во все стороны раскаленным щебнем, срубали верхушки деревьев, били в сгустившиеся дождевые тучи. От озоновой вони защипало в носу и заслезились глаза, каждая клеточка дрожала от насытившего все вокруг электричества. Пространство поплыло, начало искажаться, закручиваться в замысловатые спирали, порой я не понимал, где верх, а где низ, тело охватила самая настоящая невесомость. А затем все вернулось на круги своя, и воцарилась неестественная тишина (еще бы, я же оглох).

Кое-как поднявшись (чувствовал себя на удивление отдохнувшим, мысли прояснились,

ничего не болело), обогнул поезд и нос к носу столкнулся с парнишкой-машинистом. У бедолаги волосы встали дыбом так, что слетела каска, а взгляд был такой, словно в кабине появился сам сатана. Отскочив от меня как от прокаженного, он пулей умчался в лес, размахивая рукой и держась сзади за штаны.

Сочувственно кивнув ему вслед, добрался наконец до Чарли. От увиденного чуть не подкосились ноги, а желудок скрутило в бараний рог. Бродяжка сидела на коленях в жалком метре от локомотива, безвольно свесив голову на грудь. Изо рта, ушей, носа и широко распахнутых глаз стекали алые ручейки. Подавив рвотный позыв (никогда прежде не видел столько крови вживую), сел рядом и крепко обнял ее. И ощутил кожей мертвецкий холод.

– Чарли... Чарли! Ты меня слышишь?

Подруга не отвечала. Я легонько потормошил ее - окровавленная голова запрокинулась, рот открылся. Прижал ухо к груди и не услышал ничего. Сердце не билось. Осторожно уложил ее на шпалы и провел ладонью по лицу. Ненадолго задержал руку у носа, но теплое дыхание не щекотало кожу. Все кончено.

– Прости, - всхлипнул я, не в силах сдержать слезы.

– О господи..., - взобравшийся на насыпь Джон согнулся в три погибели и сплюнул желчь.
– Как она?

Отвечать не стал. Зачем? Разве не видно?

– Чарли, - совсем по-детски пискнул крепыш. Его лицо покраснело и скривилось, будто он сжевал лимон, обильно посыпанный каролина рипером.
– Как же так... Она не может просто взять и умереть! Все думали, ИП сдох, но он выжил! Он же инопланетянин, а они не мрут как люди! Так... так нельзя! Чарли! Я знаю, ты меня слышишь! Вернись к нам! Чарли! Чарли!!

– Макс?
– раздался знакомый девичий голос.

Я вздрогнул и уставился на бродяжку, но голос принадлежал не ей. К нам подошла Лора, кутаясь в грязную изодранную блузку, и привалилась спиной к локомотиву.

– Макс... Кто она? Что... что происходит?

Я взял легкое тельце на руки и зашагал к просеке.

– Какая теперь разница?

Глава 10

– Чел, что делать-то будем?
– тихо спросил Джон.

Я уложил бездыханное тело на сухую листву, подобрал рюкзак и спокойно ответил:

– Хоронить.

– Как хоронить?
– приятель вытаращил глаза и отступил на шаг.
– Но... но...

– Друг, - взял его за плечо и посмотрел в глаза.
– Все кончено. Чарли больше нет.

– Нельзя же просто взять и сдаться!
– крепыш всплеснул руками.
– Надо сделать хоть что-нибудь! Попробовать откачать ее!

– Все что мы можем - вырыть могилу, чтобы Чарли не сожрали волки. Она заслужила достойное упокоение, а не в желудках зверья.

– Но...

– Джон, - несмотря на значительную разницу в силе и весе, я буквально пригвоздил крепыша к дубовому стволу и отчетливо произнес: - Я за лопатой, а вы сторожите тело. Только умоляю, бро, не трогай его, хорошо?