Цейтнот. Том II
Шрифт:
— Куда теперь? — спросил я.
Василь указал на соседний дом.
— Уже пришли.
— Вход со стороны набережной? — припомнил я.
— Можно с задов зайти.
Я придержал товарища за руку.
— Не суетись! — После этого попытался обратиться к ясновидению, но энергетический фон продолжал пребывать в полнейшем беспорядке, да и у меня в голове до сих пор гудело после выхваченной порции помех, ни черта не почувствовал. — Нет, полная неопределённость.
Василь вытянул из кармана пальто пистолет, покрутил его в руке и после недолгих колебаний сунул обратно. Мы ещё раз оглядели пустой переулок и перебежали через него, юркнули в арку дома напротив. Василь
— Чисто!
Но только двинулись к парадной, как из дальнего прохода вынырнули три тёмных фигуры. Встреча оказалась неожиданной, что для них, что для нас, но самое главное я разглядел сразу: никаких белых лент! И шинели не бурые армейские или серые полицейские, а синие. ВОХР!
Свои!
Я самую малость расслабился и всё же окончательно бдительности не утратил, потому и не промешкал ни единого мгновения, когда нервы вдруг острой бритвой резануло узнавание: да это же Барчук, Антон и Михей!
Последний оказался расторопней всех. Василь ещё только дёрнул из кармана пистолет, а вскинутая рука Михея уже окуталась алым свечением и в моей голове разом проявилось жёлтое пятно энергетической аномалии.
Этот гад нас поджарить решил!
— Стой! — завопил Маленский, но куда там!
Я успел прикрыться линзой уплотнённого ионизированного воздуха, вот и не полыхнул зажжённой спичкой — плазменный выплеск угодил в незримую преграду и расплескался на расстоянии вытянутой руки. В лицо повеяло нестерпимым жаром, снег начал таять, от брусчатки повалил пар. Василь дважды выстрелил из ТТ и сотворил кинетический экран, миг спустя точно такой же возник и на другой стороне. Антон метнулся куда-то в сторону, Барчук открыл ответный огонь из револьвера и попятился к выходу со двора.
С радостью приложил бы его чем-нибудь убойным, да было уже не до того: своим первым быстрым выплеском Михей лишь разметал мою воздушную линзу, после чего ударил уже в полную силу, попытался не просто поджарить нас до хрустящей корочки, а обратить в прах. На нейтрализацию потока теплового излучения я разом ухнул без малого десяток мегаджоулей, о постановке же дополнительных барьеров и речи даже не шло.
Тут бы просто успевать чужое воздействие гасить!
Быстрее! Быстрее! Быстрее!
Но попутно я всё же исхитрился отследить источники освещения, вот и толкнул Василя в сторону. Сам прыгнул следом, а за миг до того исказил лучи света таким образом, что для Михея мы остались на прежней позиции. Секунд на пять от силы, но — остались!
С кем поопытней такой номер бы не прошёл, а вот наш бывший сокурсник состряпанной на скорую руку оптической иллюзии не распознал и продолжил шагать вперёд с перекошенным от бешенства лицом, всё активней и активней пережигая потенциал в тепловое излучение и гоня перед собой настоящую волну жара. Та беспрепятственно ворвалась в арку, разом растопила весь снег, испарила воду и сначала высушила камни, а после и раскалила их едва ли не докрасна. Наружу выбросило клубы перегретого пара, меня зацепило лишь самым краем, но и так потратил на охлаждение остатки сверхсилы, пришлось даже прикрыть лицо руками, если б не перчатки — обварился.
И сразу — грохнуло! Со звоном разлетелись осколками оконные стёкла, качнула и едва не сбила с ног ударная волна!
Маленский попытался разметать нас на куски перепадом давления, но Василь не сплоховал и отразил выплеск, попутно расстрелял остатки магазина и ударил электрическим разрядом. Барчук отступил за угол, а ослепительный росчерк вильнул к громоотводу, и тот сыпанул искрами, на миг всех ослепив. Я воспользовался ситуацией и метнул в Михея шаровую молнию.
Получай,
Бывший сокурсник отреагировал как по писанному, разметав не столь уж и мощный заряд энергетической турбулентностью, но вот управляющую нить из виду упустил, за что и поплатился. Я преобразовал силовой жгут в нематериальную пику и без затей ткнул ею Михея в грудь. Намеревался прошить его насквозь, но оперировал исключительно своим входящим потоком, а сопротивление привычного к энергетическому излучению организма оказалось необычайно высоким, силовой клинок будто в незримую броню угодил — распорол шинель и соскользнул в сторону.
Зараза!
Михей перехватил моё незримое орудие обеими руками и дёрнул на себя, я не стал играть в перетягивания каната и перебросил по силовой нити дополнительный заряд.
Лови!
Мигнула электрическая дуга, запахло горелой шерстью, Михея тряхнуло и откинуло на шаг назад. Удерживай я потенциал в противофазе, пробой запросто мог привести к летальному исходу, а так бывший сокурсник даже на ногах устоял, лишь упустил энергетический жгут.
Я не преминул воспользоваться этой оплошностью, захлестнул торс Михея силовой петлёй и попытался рассечь противника надвое, но тот энергетическим выплеском разметал мою конструкцию, а ещё рванул из кобуры револьвер и что удалось ощутить со всей отчётливостью — вошёл в резонанс!
Сволочь!
Я хоть и тянул сверхсилу на пределе мощности, накопить заряд для атакующего воздействия, способного пробить естественную сопротивляемость оператора восьмого витка, никак не успевал, поэтому кинетическим импульсом кинул себя вперёд. И сразу поменял направление движения, уходя с линии стрельбы!
Револьвер плюнул огнём, пуля прошла мимо, и я рванул на сближение. На пути возникла плоскость давления, но разметал её и уже следующим рывком дотянулся до Михея — левой пробил ему в челюсть, правой ткнул кулаком чуть ниже солнечного сплетения.
Раз, два!
Увы, первый удар лишь слегка зацепил скулу, зато вторым я с помощью техники открытой руки вколотил в потроха соперника разом пару десятков килоджоулей. Этот выпад пришёлся точно в энергетический узел, и хоть Михей полностью заблокировал физический урон, его вышибло из резонанса, а очередной мой хук и вовсе разметал весь набранный соперником потенциал.
Тут-то мне и прилетело барабаном револьвера в висок! Удар наотмашь оказался достаточно силен, чтобы ошеломить, и я лишь в самый последний момент успел предупредить выстрел, ухватив и отвернув от себя ствол. Оружие полетело в снег, а Михей вцепился в меня и поставил подножку, заставил покачнуться и провёл бросок через бедро. Точнее — провести его попытался. Мы оба потеряли равновесие, и в падении я ткнул бывшего сокурсника незримым клинком давления, как дырявил на тренировках железные листы, но тот оказался много прочней — нематериальный штык пробил шинель и вспорол кожу, но силы удара не хватило, чтобы нанести проникающую рану.
Дарованная инициацией сопротивляемость вкупе с отменным владением защитными техниками позволила Михею отделаться не столь уж и глубоким порезом, а повторить тычок помешала резко возросшая сила тяжести. Мы рухнули на землю, я оказался снизу, и под весом чужого тела затрещали рёбра. Михей замахнулся, а стоило только перехватить его кулак раскрытой ладонью — будто пушечное ядро поймал! — он одним уверенным усилием передавил мой входящий канал.
Такой уж серьёзной проблемой это не стало: пусть мощностью соперник меня и превосходил, базовая техника блокировки основывалась на типовом строении внутренней энергетики, а я под стандарт не подпадал, это и помогло сбросить захват.