Цетаганда
Шрифт:
На следующее утро посла Форобио оторвали от сделавшегося уже привычным завтрака с молодыми барраярскими посланниками. Ко времени его возвращения Майлз и Айвен уже покончили с едой.
Вместо того чтобы сесть за стол, посол немало озадачил Майлза неожиданным заявлением:
– Лорд Форкосиган, к вам неожиданный гость.
Сердце Майлза чуть не выскочило из груди.
«Райан здесь? Не может быть…»
Мгновенно окинув взглядом свой мундир (знаки отличия на месте, галстук сидит прямо), он позволил себе спросить:
– Кто,
– Гем-полковник Даг Бенин из Имперской безопасности Цетаганды. Офицер среднего звена, ведающий внутренними делами Райского Сада. Он хочет побеседовать с вами наедине.
Майлз постарался казаться невозмутимым.
«Что-то не так? Скорее всего ничего. Успокойся».
– Он не сказал, по какому поводу?
– Насколько я понял, ему поручено расследование обстоятельств давешнего самоубийства этого раба, ба. И конечно, ваши… гм… необдуманные действия привлекли его внимание. Да вы, наверное, и сами уже жалеете, что нарушили порядок церемонии.
– Значит, мне стоит поговорить с ним?
– Мы решили оказать ему такую любезность. Мы проводили его в маленькую гостиную на первом этаже. Разумеется, она прослушивается. В помещении также будет находиться один телохранитель. Мы далеки от того, чтобы подозревать Бенина в убийственных намерениях, скорее, это должно напоминать ему о вашем статусе.
«Мы решили…» Значит, полковник Форриди, которого Майлз так еще и не встречал, а возможно, и Форобио будут слышать каждое слово. Вот черт!
– Очень хорошо, сэр. – Майлз встал и последовал за послом. Айвен смотрел ему вслед с видом человека, произносящего: «Я же говорил».
Маленькая гостиная оказалась таковой и на самом деле: небольшая, уютно обставленная комната для приватных переговоров с глазу на глаз – если не считать, конечно, незримо присутствующей посольской службы безопасности. Гем-полковник Бенин, похоже, не имел ничего против того, чтобы записывалось все, что скажет он. За дверью их ожидал барраярский гвардеец – он молча пропустил внутрь посла и Майлза и вновь занял свой пост. Он был высок и плечист даже для барраярца; лицо его не выражало ровным счетом ничего. Он носил знаки отличия младшего сержанта и нашивку корпуса коммандо, по которой Майлз заключил, что безразличный вид всего лишь маска.
Гем-полковник Бенин вежливо встал при их появлении. Он принадлежал к среднему звену гем-офицеров и, как следствие, не обладал переизбытком аут-генов – ауты предпочитают чин повыше. Нынешнее звание он получил, судя по всему, благодаря заслугам, а не социальному статусу, что, впрочем, с точки зрения Майлза, вовсе не обязательно говорило в его пользу. Темно-красная форма офицера безопасности Райского Сада была ему к лицу. Разумеется, лицо его являло всю положенную раскраску – это скорее, были цвета императорского дома, а не его клана: сложные черные завитки с красной подводкой на белом фоне, – что для Майлза ассоциировалось с окровавленной зеброй. В любом случае эта раскраска должна была вызывать уважение и обязывать к сотрудничеству на любой из восьми планет-колоний. Не на Барраяре.
Майлз попытался разглядеть лицо под раскраской. Не юное и не опытное, но и не
– Доброе утро, лорд Форкосиган, – начал Бенин. Неплохие светские манеры: сумел скрыть эмоции при виде физической неполноценности Майлза. – Ваш посол объяснил вам, зачем я здесь?
– Да, полковник Бенин. Я понял, что вам поручили расследовать смерть бедного парня… если его можно назвать парнем… которого мы видели на полу в ротонде позавчера. – «Лучшая защита – это нападение». – Вы установили окончательно, что это самоубийство?
– Разумеется, – сузил глаза Бенин. Но странный тембр его голоса поубавил доверия к этому заявлению.
– Ну, судя по тому как выглядел труп… э-э… совершенно ясно, что ба умерло на месте: то есть что его не принесли туда с уже перерезанным горлом. Но мне представлялось очевидным, что, если бы вскрытие показало, что ба умерло в оглушенном парализатором состоянии, версию самоубийства можно было бы исключить. Это довольно сложно – шок от смерти перекрывает шок от оглушения, – но если постараться, можно найти. Вы не знаете, такой тест проводили?
– Нет.
Майлз не понял, имеет ли он в виду, что его не делали, или просто не… нет, должен бы знать.
– Но почему? На вашем месте я требовал бы этого в первую очередь. Можете вы добиться этого сейчас? Хотя с запозданием на два дня шансы сильно уменьшаются.
– Вскрытие завершено. Ба кремировали, – сухо сообщил Бенин.
– Что, уже? До завершения расследования? Кто отдал приказ? Не вы, конечно?
– Нет… Лорд Форкосиган, это вас не касается. Я пришел к вам говорить вовсе не об этом. – Бенин помолчал. – И откуда такой интерес к покойному слуге Леди-Небожительницы?
– По-моему, с момента моего прилета на Эту Кита это самое интересное событие. И потом, это входит в круг моих интересов. У себя дома я веду уголовные дела. Расследую убийства, – «ну по крайней мере одно было», – кстати, довольно успешно. – «Интересно, а каков опыт по этой части у цетагандийца? Райский Сад производит впечатление такого благополучного места». – Часто у вас такое?
– Нет. – Бенин смотрел на Майлза со все возрастающим интересом.
«Ага. Похоже, парень неплохо образован, однако реального опыта у него не густо. Впрочем, схватывает на лету».
– Мне кажется, кремировать тело до окончания расследования было чертовски преждевременно. Всегда возникают вопросы, а уже поздно.
– Заверяю вас, лорд Форкосиган, живым или мертвым ба Лура не приносили в погребальную ротонду. Это заметили бы даже церемониальные гвардейцы. – По тону его следовало, что церемониальных гвардейцев, возможно, отбирают исходя из их внешности, но никак не мозгов.
– Если на то пошло, у меня есть теория, – с энтузиазмом начал Майлз. – И лучше вас никто не может подтвердить или опровергнуть ее. Кто-нибудь подтвердил, что видел, как ба Лура попало в ротонду?