Цетаганда
Шрифт:
– Ты был прав. Отрава попала через рот и быстро разлагается. Но не так быстро, чтобы медики не смогли взять пробу. – Айвен потер руку у локтя. – Они сказали, к утру от нее и следа не останется.
– Выходит, ничего необратимого?
– Если не считать моей репутации. Тебе может быть интересно, больше всех этим заинтересовался твой полковник Форриди. У нас с ним вышел длинный разговор о лорде Йенаро. Кстати, он не считает меня параноиком в армейских бутсах. – Айвен не стал договаривать, но в воздухе повисла невысказанная фраза: «А почему бы тебе самому не поговорить
Майлз оставил ее висеть где висит.
– Отлично. Надеюсь, ты не сказал ему?..
– Пока не сказал. Но если ты не снизойдешь до объяснений, я вполне могу спуститься к нему еще.
– Уговорил, – вздохнул Майлз и выпрямился.
Сжато, насколько это было возможно, он поведал Айвену о своих переговорах с аут-леди Райан Дегтиар. Единственное, что он опустил в своем рассказе, – это ее неописуемую красоту и свою реакцию на нее. Это Айвена не касалось. Совсем не касалось.
– …Вот мне и кажется, – закончил Майлз, – что единственная возможность для нас доказать, что Барраяр не имеет к этому никакого отношения, – это найти, у кого из сатрап-губернаторов находится подлинный Большой Ключ.
Айвен сидел округлив глаза.
– Мы? Мы? Майлз, мы с тобой здесь всего два с половиной дня, как можем мы решать судьбу Цетагандийской империи? Это же задача их охранки.
– Ты можешь доверить им очистить нас от подозрений? – пожал плечами Майлз и, видя нерешительность Айвена, продолжал: – У нас осталось только девять дней. Мне известно три нити, которые могли бы привести нас к нужному человеку. Одна из них – Йенаро. Еще несколько слов на ухо офицеру из спецотдела – и все силы Имперской безопасности будут брошены на то, чтобы отследить связи Йенаро, не упоминая при этом о Большом Ключе. Дальше, следующая нить – убийство ба Лура. Я еще не знаю, как ее раскрутить. Наконец, последняя нить – астро-политический анализ, и это вполне в моих силах. Глянь-ка. – Майлз высветил на дисплее трехмерную карту Цетагандийской империи с ее п-в-туннелями и ближайшими соседями.
– Ба Лура могло сунуть этот фальшивый ключ любой из инопланетных делегаций. Почему-то оно избрало для этого барраярцев. Вернее, их избрал его сатрап-губернатор. Почему?
– Может, мы просто подвернулись под руку? – предположил Айвен.
– Гм. Если ты не против, я бы отбросил фактор случайности. Я исхожу из того, что этот же человек стоит за спиной у Йенаро – иначе зачем ему подставлять нас? Смотри. – Он махнул рукой в сторону карты. – Представь себе, что Цетагандийская империя распадается и части ее начинают развиваться. Кто из них в выигрыше от конфликта с Барраяром?
Айвен наморщил брови, вглядываясь в светящуюся паутину орбит и точек над пластиной головидео.
– Ну… Ро Кита находится в выгодном положении для нападения на Комарру; вернее, находилась бы, если бы мы не перекрывали две трети п-в-туннелей между ними. Мю Кита уже получила с нашей помощью по носу, пытаясь сунуться в Ступица Хеджена через Верван. Эти две самые явные. Вот эти три, – ткнул пальцем в дисплей Айвен, – вместе с самой Этой Кита расположены в центре, так что для них я не вижу
– Остается еще другой конец Империи, – продолжал Майлз. – Сигма Кита, граничащая с группой Вега. И Кси Кита, соседствующая с Марилаком. Если они намерены отколоться, им будет выгодно, если все ресурсы Империи будут скованы Барраяром.
– Четверо из восьми. Неплохо для начала, – согласился Айвен.
Что-что, а анализировать Айвен умел ненамного хуже Майлза. Ну что ж, логично, в конце концов у них одинаковая подготовка. Тем не менее Майлз был доволен: выходит, его анализ – не плод его больного воображения, если Айвен тоже видит это.
– Остается триангуляция, – сказал Майлз. – Если мне удастся с помощью других направлений расследования отсечь все лишние пункты этого списка, в конце концов может остаться… ну, это было бы просто замечательно, если бы все свелось к одному.
– И что тогда? – без особого энтузиазма спросил Айвен. – Что, по-твоему, будем делать мы?
– Не знаю пока. Но, думаю, ты согласишься, что тихое решение проблемы предпочтительнее, а?
– Ну ладно. – Айвен, пожевав нижнюю губу, покосился на карту. – Когда мы доложим обо всем?
– Не теперь. Но мне кажется, нам стоит записать все. Не откладывая. – На всякий случай, чтобы те, кто придет за ними, – Майлз надеялся, что не после их смерти, – по крайней мере имели шанс разобраться в том, что случилось.
– Я-то делаю это с самого начала, – мрачно сообщил Айвен. – Записи заперты в моем столе.
– Вот как? Хорошо. – Майлз поколебался немного. – В разговоре с полковником Форриди ты не подкидывал ему мысли о том, что за Йенаро стоит кто-то высокопоставленный?
– Не совсем.
– Тогда я попросил бы тебя поговорить с ним еще раз. И постарайся как-нибудь навести его на сатрап-губернаторов.
– Почему бы тебе самому не поговорить с ним?
– Я… я не готов. Не сегодня. Я должен все переварить. И формально он является моим служебным начальником здесь. Мне бы не хотелось… гм…
– Тебе бы не хотелось самому врать ему? – договорил Айвен невинным тоном.
Майлз скорчил недовольную мину, но возражать не стал.
– Видишь ли, благодаря моему социальному положению мне открывается такой доступ к этому делу, какой и не снился любому другому офицеру Имперской безопасности. Мне бы не хотелось упустить такую возможность. Но это же меня и ограничивает: мне некогда заниматься рутинной работой. Мне нужно пользоваться своими сильными сторонами, в то время как другие пусть компенсируют слабые.
– Ладно, – вздохнул Айвен. – Так уж и быть, поговорю с ним. – Утомленно застонав, он поднялся из кресла и побрел к двери. – Вся сложность, приятель, – бросил он через плечо, – заключается в том, что, пока ты изображаешь из себя паука, плетущего свои сети, кто-нибудь рано или поздно вполне может добраться по этим нитям до тебя. Такая мысль тебе в голову не приходила? И что ты будешь делать тогда, лорд Умник? – Он поклонился с убийственной иронией.
Майлз зарычал и снова вызвал на дисплей список.