Цепная атака
Шрифт:
– Верно, доктор, но позвольте мне продолжить. Если допустить, что их значение – транспортация, то логически следуют два следующих предположения. Первое: в устройстве этих явлений должна быть предусмотрена некоторая последовательность. И второе: они должны быть легко доступны, а не располагаться в центре такой гравитационной турбулентности, которая способна разнести на кусочки любой корабль.
– Если только, – вставил Кирк, – они не спрятаны намеренно. Располагай Федерация чем-либо подобным, с помощью чего можно было перемещать корабли, скажем, в Империю Клингонов, причем мгновенно, то первым
– Верно, капитан, но при этом можно допустить, что эти аномалии созданы единственно для военных целей. Надеюсь, что создатели столь хитроумных приспособлений, явно действующих на принципе использования чистой энергии, были выше подобной нелогичности.
Кирк слегка улыбнулся.
– Многие придерживались такого же мнения в отношении гиперпереходов, пока не встретились с ромуланами и клингонами. Но продолжайте, мистер Спок.
– Спасибо, капитан. Вы ведь помните, что все зонды, перемещенные другими аномалиями, за исключением одного, появлялись на расстоянии не более пятисот парсеков. В среднем же – 98,37. А вот «Энтерпрайз» оказался отнесен по меньшей мере на несколько миллионов парсеков аномалией, которая не обладала таким признаком, как гравитационная турбулентность.
– Ну так и что, Спок? К чему вы клоните? – нетерпеливо спросил Маккой.
– Вот к чему, доктор. Вывод такой: семь аномалий с сопутствующей им турбулентностью могут быть всего лишь неустойчивыми и не правильно функционирующими вариантами той, что занесла нас сюда. Другими словами, гравитационная турбулентность не причина аномалий, а результат ошибочного действия. Утечка, если хотите. Если они действительно оперируют с искривлением самого пространства, – наши гипердвигатели действуют так же, только на более низком и ограниченном уровне – тогда, по всей вероятности, это и проявляется в гравитационных нарушениях. Вспомните, согласно некоторым теориям, гравитация – это результат искривления пространственно-временного континуума массами тел, создающих ее.
– Спок, мне не хочется это признавать, но думаю, вы ухватили суть, – добавил Маккой и повернулся к Кирку. – Как у автомобилей, Джим. Ты же знаешь, ну, те, с двигателями внутреннего сгорания. Ими пользовались в двадцатом и двадцать первом веках. Когда они новые и работают с высокой эффективностью, то тихи и быстры. Более поздние модели даже не очень загрязняли окружающую среду. Но как только перестали присматривать за ними, эти штуки превратились в шумные и ненадежные механизмы, да еще и выбрасывали в воздух всякую дрянь, весьма опасную. Было время, когда доктора могли разбогатеть, занимаясь лечением тех хворей, которые от этого возникали.
– Да, капитан, – добавил Скотт. – Припоминаю, что тоже читал об этих монстрах, когда еще бегал в школу. Трудно поверить, но если их моторы работали в закрытых помещениях, то оператор мог отравиться.
– Совершенно верно, джентльмены, – сказал Спок. – Аналогия вполне подходящая.
– Все очень интересно, – вступил наконец в разговор Кирк, – но сомневаюсь, чтобы экскурсы в историю нам помогли в нынешней ситуации. Если только предположить, что создатели этих «ворот» – лучшего термина нет –
– Учитывая, что у нас нет приборов, способных зафиксировать нахождение ворот, как вы их назвали, капитан, и информации, могущей хотя бы обозначить общее направление поисков, то наиболее перспективной линией представляется именно поиск этих гипотетических создателей.
– Как обычно, Спок, ваша логика неопровержима, – констатировал Кирк и обвел взглядом остальных. – Джентльмены? Другие теории? Предложения? Любые идеи насчет того, как с пользой провести время?
Ни Скотт, ни Маккой ничего не ответили, ограничившись кивками, и капитан продолжил:
– Хорошо, джентльмены, пусть так и будет. Мистер Скотт, вы и Спок определите, в какой из ближайших звездных систем наиболее вероятно наличие обитаемых планет. Мистер Чехов, мистер Зулу, составьте курс, предусматривающий обследование нескольких из них. И, разумеется, необходимо постоянно следить за возможным появлением других кораблей и любых признаков наличия зон гравитационной турбулентности. Последнее. Скотт, дайте мне пять минут, а затем объясните ситуацию всему экипажу.
– Есть, капитан, но почему через пять минут?
– Мы с доктором Маккоем сообщим новость нашему официальному наблюдателю, доктору Крэндаллу.
Лицо главного инженера скривилось в гримасе.
– Не завидую я вам.
Однако, когда Кирк и Маккой подошли к каюте Крэндалла, их задача оказалась не столь уж трудной. Двое из службы безопасности, разместившиеся у дверей, сообщили, что их подопечный почти совсем успокоился, выйдя из лифта, а после водворения в свои апартаменты вообще затих. Офицеры вошли. Наблюдатель сидел за столом и спокойным тоном надиктовывал что-то на свой персональный рекордер. Увидев гостей, он даже улыбнулся.
– Капитан Кирк, – торжественно сказал Крэндалл, впервые признавая ранг своего собеседника. – Чувствую, что должен извиниться за свое недостойное поведение на мостике. Думаю, вы были совершенно правы, что выставили меня оттуда. Позвольте уверить вас, я полностью поддерживаю ваши действия. – Поднявшись, Крэндалл протянул Кирку пухлую руку. Капитан пожал ее, чуть заметно подмигнув Маккою.
– Рад, что вы не затаили обиды, мистер Крэндалл.
– Конечно, нет. Вы поступили так, как считали нужным. А я, должен признать, дал волю эмоциям. Но скажите мне, в каком мы положении? Насколько я понял, и судя по тому, что вы покинули мостик, ситуация не столь серьезная, как это казалось вначале. И что, вы смогли определить положение корабля?
– Отвечая на ваш последний вопрос, могу сообщить, что точное местонахождение остается неизвестным, но вот уточнить, насколько далеко нас перенесло, удалось.
– Хорошо, хорошо, я-то знаю, что вы и ваши люди выпутаетесь. Итак, как далеко мы оказались?
Кирк колебался, прекрасно осознавая, что его сообщение выведет Крэндалла из состояния благодушия и спокойствия.
– Положение таково, что мы очутились дальше от Федерации, чем предполагали раньше.
Улыбка на лице Крэндалла тут же исчезла. На лбу пролегли морщинки – предвестницы надвигающейся бури. Переводя взгляд с Кирка на Маккоя и обратно, он спросил: