Цепи грешника

Волков Александр Мелентьевич

Я решил дать ему шанс. Время покажет, конечно. Стоило относиться к нему настороженно, но не убивать.

— Пусть поможет, — одобрил я. — Думаю, под чутким присмотром он не будет делать глупостей. Я за ним присмотрю.

— Великодушная Смерть, — ухмыльнулся Галахад. — Так тому и быть. Где шестой архангел?

— Изабэль в храме Алландела на вершине Драконьего Хребта, — сказал Таламриэль. — Она там с небольшой ротой, примерно сотня ангелов, семьдесят берсерков из "Батальона Небесного грома" и тридцать музыкантов из него же.

— Но как же, господин, — изумился клерк. — Мы не

можем выделить роту для задания. В этом месяце точно. Мы не способны на это в экономическом плане, особенно теперь, когда восстановление Скида требует огромного количества ресурсов.

— У нас будет помощь, но воевать пойдут не люди, — я взглянул на клерка, а затем на Галахада. — Со мной пойдут грешники. Драконий Хребет на Западном берегу, а на Западе у меня есть дивизия. Около восьми тысяч грешников. Этого вполне хватит, чтобы ворваться в храм.

Глава 18. Черный маятник

Солнце нагревало криманитовую статую Алландела, возвышавшуюся над маленьким городком вокруг храма, а городок громоздился за прочной каменной стеной. Религиозные деятели умеют произвести архитектурное впечатление на прихожан. А если это умение смешать с ангельским самолюбием, получится грандиозное строение.

Криманит сиял подобно изумруду, и у любого при взгляде на статую возникало ощущение собственной ничтожности. Этого ангелы и добивались, когда только пришли к власти, и решили застроить Антерру храмами семи архангелов. Они хотели, чтобы их считали богами, что, впрочем, в какой-то степени так и было.

Честно сказать, образ Алландела казался наименее эффектным из всех. На фоне броскости и пафоса, присущего другим архангелам, он смотрелся скромно, и казался склонным к минимализму. Статуя была облачена в мантию, голову прикрывал просторный капюшон, а лицо скрывалось за маской с острым подбородком и узкими прорезями для глаз.

Я разглядел на стене маленькую птичку, соскочившую с края зубца и упорхнувшую в лес, покоившийся на юге. Дозорных никто не выставил. Похоже, разгром концлагеря если и научил ангелов чему-то, то уроков они усвоили немного. Из городка доносилась воинственная барабанная музыка, слышались свирепые крики.

Кто-то дрался.

Похоже, Изабэль разрешила берсеркам развлечься, и подраться за право возлечь с ангельскими девами.

И не мудрено. Наверняка Изабэль любила наблюдать за оргиями и групповыми возлияниями. В дороге я узнал, что она особа похотливая. Говаривали о ее страсти к сношениям с военнопленными, причем до тех пор, пока они не умирали.

Представлять не хотелось, каково это, умереть от секса. Что там могло убить? Остановка сердца от удовольствия? Вряд ли.

Я выглянул из-за толстого ствола дерева акцина, и оценил прочные главные ворота, вдохнув запах опавшей листвы. Створки точно были зачарованы, на них тускло мерцали волшебные печати защитной магии, а если защиту ставила сама Изабэль, то даже осадный барабан, который нам любезно предоставил Галахад, справится не сразу.

Еще и барабан такой сложный. Играть на нем можно только вдвоем, иначе айцуром его не пропитать, и инструмент станет бесполезным. Самому мне

не позволяли разнести ворота, чтобы я экономил силы перед битвой с архангелом, но теперь не факт, что битва состоится.

— Можно попытаться перелететь, — предложил я, указав на стену. — Разве это препятствие? У нас есть крылья.

— Прямой как копье, — усмехнулся Барвэлл. — Думаешь, над храмом нет защитного купола? Пусть Изабэль и похотлива, но глупой ее не наречь. Влипнем в "Болотное поле", и будем болтаться как мухи в паутине, под огнем и хохотом музыкантов.

Я хмыкнул, вообразив эту картину. Не с чего смеяться, конечно, но мне это показалось забавным. Хотелось приятных эмоций. Когда мы прибыли на Западный берег, в Вигнетт, то выяснилось, что дивизии грешников давно нет. Куда они ушли — я не знал, но, собственно, глупо было надеяться на другое. С ними никак не связаться. Командовать оставалось только по факту — пока за хвост держишь.

Нас было четверо, а ангелов, с учетом Изабэль, сто один. Жалко, что не сто один далматинец. Было бы проще. Требовалось придумать способ пробраться в храм незамеченными, найти Изабэль, и каким-то неведомым образом раздобыть третий циферблат. Сорвать его у нее с шеи.

Мысль пробраться в лагерь ночью и перерезать ангелов отпала сразу — ангелы почти не спят. Один час ангельского сна равен десяти часам сна человеческого, потому у них не было необходимости уделять много времени отдыху. Вахты они несли постоянно и почти не менялись. Спали по одному. Пока один вымотается — все успеют отдохнуть несколько раз.

И это плохо.

— Не представляю, что делать, — мы отошли подальше от храма, и уселись на влажную траву за небольшим холмом. Хорошая позиция, и сектор обстрела сверху широкий — грунтовая дорога и храм открывались как на ладони. — Как пробраться внутрь? Там же защитное заклинание на защитном заклинании, — сокрушался я. — Если в лоб полезем — поляжем все. И еще эти чертовы грешники свалили…. Так, — надо было брать себя в руки. — У кого какие идеи?

— Никаких, — вздохнул Барвэлл, и хотел закурить самокрутку с эльфийским табаком, но опомнился — дымок увидят, сразу же вышлют отряд на проверку. Синий дым видно издалека. — Если нам не повезет, то внутрь мы никак не попадем, а если попадем, то что? Вчетвером нападем на роту? Смешно думать.

— Господин Андарий в одиночку одолел меня, — задумчиво произнес Таламриэль. — По силе я незначительно уступаю шестой, но все же, теперь вы стали сильнее, если использовали мое перо. Ваша мощь сравнялась с мощью Изабэль. Но даже если вы ее убьете, то никто никуда не сбежит. Смерть в бою — честь для ангела.

— Может, бросить ей вызов? — поинтересовался я.

— Бесполезно, — отмахнулся Таламриэль, покачав головой. — Для архангелов правил нет. Любой из них мечтает завладеть вашей силой и одобрением Алландела любой ценой.

— Изабэль способна одолеть роту в одиночку? — поинтересовался я, подумывая, что придется рисковать брать храм штурмом.

— Да, — кивнул Таламриэль. — Только не забывайте, господин, что в нашей битве вы превосходили меня, а Изабэль равна вам. Силовой перевес благодаря роте на ее стороне. Попытка лобовой атаки провалится.