Ценный
Шрифт:
Нет, вместо этого я прошу о чем-то, что, надеюсь, не станет для него слишком тяжелым бременем. Теперь, после разговора о его покойной жене Саре, я лучше понимаю, почему он предпочитает жить в городе, где нет одиноких женщин.
Я, конечно, не та женщина, которая сможет разрушить его заклятие, но думаю, что это может быть полезным для нас обоих. В любом случае, я ожидала, что он пошутит и скажет «нет», но его лицо становится серьезным, когда он отвечает:
— Хорошо.
Я даже не уверена, что правильно его поняла.
—
Он кивает.
— Да.
Между нами внезапно возникло напряжение, словно гравитация тянет меня к нему. Я не могу оторвать от него глаз. Всю эту неделю я не могла игнорировать тот факт, что мы притворяемся, будто встречаемся… танцуем близко, целуемся в щеку… но все это не означает, что мы больше, чем друзья. Я знаю, что он делает это для меня, как одолжение, как друг, но мое сердце не может не откликнуться.
Черт. Если я решусь на это, мне нужно быть сильной. Помнить, что через несколько дней он улетит за две тысячи миль. Помнить, что я увижу его только еще раз на съемках второго сезона сериала. Но даже тогда меня могут перевести на другой проект, и я больше никогда не увижу этого человека. Этот поцелуй станет концом чего-то, а не началом.
Но прежде чем я успеваю обсудить последствия, Генри подносит руку к моей щеке и легко проводит по ней пальцем. Мои глаза закрываются, и я чувствую, как смачиваю губы. Стараюсь сдержать дыхание, чтобы не дрожать от волнения.
Я ощущаю его близость, когда он приближается ко мне. Затем вдыхаю запах, который так хорошо знаю, мужественный и знакомый. Наконец, его губы находятся у моих. Электрические искры пробегают от моих губ по всему телу и обратно.
Генри слегка наклоняет голову, и я делаю то же самое. Затем он начинает двигаться по моим губам своими губами. Его рот остается закрытым, но он дарит мне эти медленные, пылающие поцелуи.
Каждый раз, когда наши губы разъединяются и снова сходятся, поцелуй меняется: быстрее, медленнее, легче, сильнее, с вдохом, с выдохом. Я внимательно отмечаю каждое чудесное движение.
Не знаю, сколько продолжаются наши поцелуи, но когда мы отрываемся, мои губы легко сморщены. У Генри они припухшие и влажные. Его глаза сияют чем-то новым, таким, каким они никогда раньше не смотрели на меня. За кадром продолжаются титры фильма, но я едва замечаю их.
Сейчас мое внимание сосредоточено исключительно на Генри. На том, как его грудь вздымается при каждом вдохе, словно этот поцелуй распутал и его, и меня. Однако это всего лишь мечта, а не реальность.
Он проводит большим пальцем по моей щеке.
— Это было нормально? — спрашивает он.
Мой рот открывается от этого вопроса. Да, черт возьми, это более чем нормально. Он сдвинул мой чертов мир с оси! Он повернул вспять время и саму гравитацию! Он растопил весь лед во Вселенной! Его лицо расслабляется, как будто это его беспокоит. Неужели он не был в том же поцелуе, что и я?
— Ты в
Он делает глубокий вдох, а затем медленно выпускает воздух через губы, словно очищаясь.
— Да. Я думаю… Думаю, мне это было нужно.
Я вздергиваю бровь. То есть я оправдывала просьбу поцеловать меня, исходя из своих фантазий о том, что ему это тоже нужно, но я никогда не ожидала, что это окажется правдой. Он кивает.
— Возможно, ты просто помогаешь мне разморозить то, что я давно заморозил.
— Твое либидо? — я шучу, а потом понимаю, как грубо это звучит.
К счастью, он ухмыляется.
— Да.
— Ну, кому бы я тебя ни разморозила, ей повезет, если ты ее так поцелуешь.
На его лице на мгновение появляется страдальческое выражение, прежде чем он наклоняется и обнимает меня.
— Нам пора готовиться ко сну.
* * *
— Не. Может. Быть, — Бет ударяет по столу в кафе. Столовое серебро громко звякает, и все хмуро смотрят на нас.
— Извините, — обращаюсь я к посетителям. — Успокойcя, — призываю я Бет.
— Мне очень жаль. Просто… ты поцеловала Генри, черт возьми. Как ты сейчас не кричишь?
На этот раз ей удается тихо пискнуть.
— Как это вообще получилось? — спрашивает она, сосредоточенно опираясь на руки. — Кто кого поцеловал? Был ли это открытый или закрытый рот? Когда это произошло?
Я закрываю лицо руками и беру себя в руки.
— Я даже не уверена. В одну минуту мы говорили о том, что я бедная, а в другую — целовались. Это было несколько дней назад, и с тех пор ничего не происходило.
Бет качает головой.
— Невероятно. Как это вообще было?
Ее глаза расширились. На ее лице застыла широкая улыбка.
Я смеюсь.
— Можно подумать, это тебя поцеловали.
— Мне приходится жить через взгляды людей. Я ни с кем не была так чертовски долго. Мне кажется, я обрастаю паутиной.
— Прекрати, — рявкаю я и тянусь через стол, чтобы шлепнуть ее по руке. — У тебя нет паутины.
— Так это перерастет в нечто большее? В смысле, сначала он говорит всему миру, что ты его девушка, а теперь вы делите постель и целуетесь? По-моему, звучит подозрительно.
Я долго пью кофе.
— Когда ты так говоришь, это действительно звучит напряженно. Но это не так. Мы просто хорошие друзья.
Пока мы едим, я рассказываю ей, что Генри сказал о том, что поцелуй помог и ему.
— Девочка, ты ему нравишься, — она помешивает кофе.
Я качаю головой.
— Ни малейшего шанса. Но в любом случае я рада, что могу провести с ним все это время, пока он здесь.
— Еще бы, — она вздергивает брови.
Пока я смотрю на нее, она немного успокаивается и переходит к новой теме.
— Итак, что еще запланировано на оставшуюся часть его поездки?
— Сегодня вечером он хочет, чтобы я встретилась с его друзьями, — я чуть не проболталась, но вовремя опомнилась.