Цена соблазна
Шрифт:
- Можно поговорить с Артемом Спасским? – растерянно спросила она, подумав, что все-таки номер оказался неправильным.
– А кто его спрашивает? – поинтересовались на том конце. – Артема сейчас нет дома.
– Его одноклассница, Майя Самойлова, – убито произнесла Майя. – Можете ему передать... – но тут она осеклась.
...Зачем ей что-то передавать, если чуда не случилось и номером она не ошиблась?! Зачем, если у той, кто ей ответил, оказался слишком уж хозяйский тон, словно она имела полное
И пусть у него на пальце в тот вечер не было обручального кольца и о своей невесте Артем с ней ни разу не заговорил... Только о работе и о том, какой Майя стала красивой.
Зато в телефоне она услышала совсем другое.
- Слушай меня, шалава! Никогда сюда больше не звони и его не ищи, – проникновенно сообщили ей в трубке. – Он – мой! Еще один звонок, тварь, и я тебя прикончу! Найду и придушу собственными руками. Тебе все понятно? Вразумела?
– Вразумела. Мне все понятно. Большое спасибо! – машинально отозвалась Майя, после чего нажала на «Отбой».
Больше Артему она не звонила.
Глава 3
...Случившееся на даче у Зимина давно уже было ею выстрадано, пережито, оплакано и похоронено. Майя привыкла к тому, что Никита – только ее сын, у которого никогда не было отца. Существовали лишь ее соблазн, который она и получила; быстрое зачатие, чьи детали давно стерлись из памяти, покрытые алкогольно-наркотической дымкой.
Зато Майя отлично помнила бессонные ночи, лезущие зубы, детские болячки и памперсы по цене золота на фоне полнейшего отсутствия денег. И не было никого, кто бы мог прийти ей на помощь.
Но во всех своих трудностях она винила только себя одну.
И Майя выкарабкалась, выжила, вырастила, выбилась в люди и... теперь не понимала, что делает Спасский в ее размеренной и налаженной жизни. Откуда он появился? Что ему надо?! Куда он ее тащит, в конце-то концов?! Да и зачем?
Ведь она никогда ему не была нужна – ни в школьные годы, ни после их короткой, но бурной встречи на вечеринке у Зимина. Тогда к чему это его рассерженное, такое красивое лицо?
Потому что сейчас он тоже не был нужен.
Ни ей, ни ее сыну.
...Артем тем временем уверенно вел ее к лифтам. Шагал так быстро, что она едва поспевала на высоченных каблуках. Стальные пальцы все так же впивались в ее локоть, и напрасно Майя уверяла Спасского, что никуда не сбежит – отпускать Артем ее не собирался. Ткнул в светящуюся кнопку вызова, буркнув, что они немного прокатятся. На верхний этаж, где под открытым небом находился летний ресторан.
– Зачем?! – в который раз спросила она, когда лифт покорно распахнул двери и Артем затащил ее внутрь.
–
Тут прибыл еще один лифт, из которого высыпали ее гости, и Майя окончательно заскучала. На миг даже промелькнула шальная мысль позвать на помощь, но она себя одернула.
Они просто-напросто поговорят, пообещала себе, и она что-нибудь придумает. Наврет с три короба, чтобы Спасский окончательно от нее отстал, после чего вернется к своим гостям.
Он ведь… не варвар?!
Тут Майя покосилась на Артема и, поймав ледяной взгляд его серых глаз, серьезно в этом засомневалась.
Железные створки лифта сомкнулись, и она осталась с варваром-Спасским наедине. Лифт тронулся, и ей окончательно стало не по себе. Майя, за долгие годы изучившая все оттенки его настроения, знала: Артем вне себя от злости.
Но что он от нее хочет? Неужели предъявит свои права на ее ребенка?!
От этой мысли стало настолько дурно, и она даже покачнулась на высоченных каблуках. Крепкие пальцы Спасского сильнее сдавили ее запястье, не давая упасть. Впрочем, Майя быстро пришла в себя.
Никто его у меня не заберет, сказала себе строго. Никита – только ее сын, а не этого… дикаря!
Двери снова распахнулись, и они вышли из стальной коробки в вечерний мир негромкой музыки, перезвона хрустальных бокалов и пятизвездочного вида на древние соборы и черепичные крыши Старого Города. Угодливый официант поманил их за собой к единственному свободному столику в дальнем углу.
– Предложить вам выпить? – поинтересовался любезно, как только они расселись и Майя нервно расправила подол черного платья.
– Черный кофе и мартини с водкой, – ответил за двоих Артем. – Меню не нужно.
Майя пожала плечами. Кофе без молока она терпеть не могла, а насчет мартини…
– Не рановато ли для алкоголя? – спросила у него. – Как там твои… тренировки?
– Мартини для тебя, – мрачно сообщил ей Спасский. – Пригодится.
Она собиралась было ответить, что совсем не пьет – если только пару глотков шампанского на открытии своих выставок. Того раза у Зимина за глаза хватило, да и боится она дурной наследственности... Но промолчала.
Решила, что на этот раз и в самом деле не помешает.
– Итак, я внимательно тебя слушаю! Можешь уже начинать рассказывать, – разрешил ей Артем.
– Что именно ты хочешь от меня услышать?
– Твою версию того, что случилось шесть лет назад, – заявил он, и Майя посмотрела ему в глаза.
Шесть лет не прошли для Спасского бесследно. Он возмужал, если можно так сказать. Стал куда более уверенным, спокойным, и от этой его уверенности по спине расползался противный, нервный холодок.