Цена слова
Шрифт:
– Ну, Ива, ну дождешься ты у меня! Я просто не знаю, что я сделаю, когда до тебя доберусь! Но ты будешь моя! Я. Так. Решил.
День между ночью, когда они разобрались с делом этих Бертранов, и той, что прошла в объятиях Ло, Ива почти полностью проспала. И если первая часть ее отдыха была безмятежной, то вторая… Ей мно-огое снилось. И войска, делающие последние приготовления перед переброской куда-то, и какой-то прием, где велись сложные и непонятные ей разговоры; были в ее снах и маги, сидящие над книгами и явно творящие какое-то колдовство. А потом появилась Кошка, зло на нее посмотрела и сказала:
– Тебе этого не надо видеть.
–
Ива не хотела подчиняться приказу, а именно так ей и было преподнесено то, что она должна была сделать, однако поняла - сопротивляться она не может. Травница не знала, отчего так происходит, но за эти последние два-три месяца Катерина приобрела над ней невероятно сильную власть. Нельзя сказать, что абсолютную, но противиться ее воле было даже физически сложно. И еще возникло отчетливое ощущение - лучше избавиться от этого груза сейчас, чем жить с ним еще долгие годы. Умом знахарка понимала, что лучше оказать услугу Кошке, когда она, Ива, станет куда более способным магом, приобретет достаточный опыт, однако все остальное ее существо было против этого промедления. Связь с Катериной выматывала чародейку, ослабляла ее. И она подозревала, что Кошка так или иначе добьется желаемого: Ива сделает все, что та хочет. Кошки на то и Кошки, что им не отказывают. По крайней мере, такие неопытные существа, как студентки первого курса Магического Университета.
Волшебница Природы никак не могла понять, зачем она понадобилась Катерине. Зачем та тратила на нее столько сил, показывала ей картинки своей жизни, зачем сейчас приказала ехать к ней? Этот вопрос постоянно терзал девушку, но она все же решила не медлить. Вещи были собраны еще вечером, даже провизия. Все-таки именно Ива была хозяйкой на кухне, Дэй никогда не хватится недостающего, если только Грым… Впрочем, травница отлично понимала, что друзья хватятся ее, самое позднее, к вечеру. И то если повезет.
«Я напишу им записку», - покаянно подумала она.
Осталось только одно. Подарок самой себе. И она отправилась к Ло.
Когда он заснул, девушка аккуратно высвободилась из его объятий и бросилась обратно в свою комнату. Забрала вещи, переоделась в дорожный костюм и помчалась к конюшням, где стоял ее Лоренцо.
Каурый конь скептически покосился на хозяйку. Даже с учетом того, что в последнее время его отношение к ней стало более терпимым, любовью здесь и не пахло, особенно учитывая сон про… хм… генерала. А когда он сообразил, что в этот раз они в путь отправляются вдвоем (он привык, что в последнее время знахарка решается на длительные авантюры только в компании друзей), и явно надолго, то поглядел с огромнейшим подозрением.
– И нечего на меня так смотреть!
– взвилась травница. Она сама не была уверена в правильности своей затеи.
– Твое содержание и так обходится мне в монетку! Так что будь добр, выполняй, что требуется, а свое мнение оставь при себе!
Лоренцо на это только презрительно фыркнул. Его мало волновало мнение хозяйки, но брыкаться или вытворять что-то подобное он себе никогда не позволял. Все-таки он был очень воспитанным и благородным животным. А то, что на нем ездит эта… это… в общем, он просто исполняет желание своего настоящего хозяина. Благородного, имеющего право… и тому подобное. Вот так они и жили, так и общались. По правде сказать, Иве тоже, по большей части, было
– Пошел!
– Ива не отказала себе в удовольствии покомандовать, зная, как Лоренцо этого не любит. Тот отчетливо угрожающе фыркнул и сорвался с места в галоп. Травница была готова к подобному, поэтому, несмотря на все надежды четвероногого вредины, не упала, а только покрепче сжала коленями конские бока, еще удобнее устроилась в седле.
Направлялись они к телепортам на одной из площадей Стонхэрма. Тут ей не особо повезло. Сегодня дежурил ее знакомый маг. Она всю зиму снабжала его противоревматическими мазями. Были и более деликатные заказы. Если бы чародеи, руководившие мгновенными перемещениями, ее не знали, то был бы шанс, что они не вспомнят одинокую путешественницу, ведь, даже невзирая на выходной день, работы у них было по горло. Однако такой расклад путал все ее планы. Впрочем, ничего особо страшного, подумала она, еще был шанс, что друзья не бросятся за ней в погоню, хоть раз в жизни вняв ее просьбе, высказанной в записке.
Ива не знала, что же обрадует ее на самом деле - то, что они выполнят ее волю, или то, что не сделают этого.
– О, Ива, привет, ты куда это в такую рань?
«Ну вот, началось».
– Да послал тут… учитель!
– соврала она. Впрочем, с большой натяжкой Катерину можно было так назвать, особенно учитывая сон про совращение мужчин. До сих пор щеки краснели при воспоминаниях!
– Владигор все не угомонится, да?
– Маг, разумеется, все не так понял.
– Куда на этот раз?
Травница назвала пункт назначения, перебросилась еще парой фраз со знакомым и наконец встала на телепортационную площадку.
Несколько мгновений… Магия, впившаяся в кожу иголками холода. И вот перед ней уже совсем другой пейзаж.
– Сходите, сходите, девушка!
«Интересно, почему, куда бы ты ни перемещался, первая фраза всегда такая?»
– Где она?!
– Ло ворвался в домик девушек ураганным ветром. Время было непозднее, однако вся лучшая пятерка Земли, за исключением Ивы, собралась в гостиной.
– Где она?!
– зарычал он, оглядывая уже почти красными глазами комнату. Вообще-то они у него были темно-синие, но вот от ярости… крайней ее степени. Окно в спальню Ивы оказалось закрытым ставнями.
Компания радостно сорвалась со своих мест, предвкушая отлично влияющую на аппетит утреннюю потасовку. Больше всех радовалась Дэй. И Ивы нет, мешать не будет.
– Кто она?!
– зарычала гаргулья.
– Ты же Иву имеешь в виду, упырь? Тебе что, непонятно в прошлый раз было сказано, чтобы ты держался от нее подальше?!
Ее мало волновало, что ни Ива, ни Ло этого совета не услышали и выполнять не собирались, равно как и их мнение по этому поводу. Сейчас она эффектно ударила каменным кулаком по раскрытой ладони. Вампир, тоже радуясь, что можно на ком-то сорвать злость, оскалился и решил ее спровоцировать:
– Не хочу тебя огорчать, детка, но моя возлюбленная, - произнес он таким тоном, чтобы никто не остался в неведении о новом аспекте их отношений, - сама этой ночью пришла ко мне.
Дэй так скрипнула клыками, что молоко бы скисло. Грым и Златко тоже вызверились.
– И теперь ты ее не можешь найти, - вкрадчиво произнес Синекрылый, чувствуя, как буквально вся его благородная кровь закипает в венах.
– А это значит…
– Ты ее изнасиловал!
– взвизгнула Дэй и бросилась на вампира.