Цена слова
Шрифт:
Может, не зря говорят, что противоположности находят друг друга? Наглядный пример стоял перед глазами.
— Ну не тормози? Я тебе вопрос задал.
— Не курю, — ответил я, раздумывая, стоит ли возмущаться за «рыжего» или уже повзрослеть и привыкнуть к этому слову?
— А что, спортсмен что ли? — «Хоккеист» заинтересованно присел рядом.
— Может и спортсмен, — неопределённо ответил я.
— Ха, и чем занимаешься? — Лысый сел с другой стороны.
Хорошая возможность уложить обоих локтями на землю. Или шеи в захват взять. Сил-то хватит.
Но пока агрессии не было.
— Мастер спорта по пинг-понгу! — Буркнул нехотя я.
Лысый заржал. Долго и протяжно. Не зря видать парень курит.
Хоккеист не понял шутку, застыл, как изваяние, брякнул:
— Шутник что ли?
— Вроде того. — Ответил я с вызовом и выдержал долгий взгляд.
Хоккеист первым отвёл глаза.
Победа.
1
[1] В понимании Игоря — сельский отморозок.
— Ребят, а чем у вас тут можно заниматься? Ну, секции какие-нибудь, клубы…
— Хоккей есть. Но далеко. Достало. — Почти по слогам отрапортовал широкоплечий и достал из кармана пачку сигарет. Повертел в руках, раздумывая, затем вытащил сигарету и закурил.
— А так, ничего хорошего. Всё хорошее в другом конце города, — добавил Лысый, забирая у друга пачку. Так же принялся дымить. — В компьютер играй, рыжий. Там тебе и спорт, и жизнь и всё прочее.
— Вообще-то меня Игорем зовут. И не один сломанный нос может сказать, что я не люблю, когда меня называют рыжим. Понял, лысый?
Лысый хмыкнул, протянул тощую руку:
— Алексей.
Я вздохнул. Так хотелось подраться. Но пришлось пожать руку.
— Саша, — буркнул хоккеист, протягивая свою.
Это рукопожатие было покрепче. Чувствовалась хватка. Значит, клюшку в руках держал не единожды.
— Зря куришь, Саша. Клюшку скоро выронишь.
— Да и хрен с ней. Достала. Всё равно никаких перспектив в этом занюханном городишке. Чего жилы-то рвать? — Отмахнулся спортсмен. — В Москву надо рвать.
Видимо этот город погряз в депрессии. Парни же понятия не имеют, что значит по-настоящему забытое, далёкое и в корне занюханное место. Если сравнивать этот город и нашу деревню, то словно пытаешься поставить в один ряд небо и землю.
Слово за слово, разговорились. Оба оказались жильцами моего дома.
— Ты мой номер сотового запиши, — докурил Алексей и выбросил бычок в траву, прибавив к горкам свою лепту.
Я похлопал по карманам, возмутился:
— Вот не пруха. Дома забыл. Но ты говори, я запомню.
Не хотелось сознаваться, что нет ни компьютера, ни сотового. Сплошной голяк, и чистые карманы. Есть только здоровье и стремление добиться чего-то большего. Курить и лузгать семечки — не для меня.
Лёха продиктовал десяток цифр. Конечно, я их тут же и забыл. Мозг отсекает всё лишнее, гад. Но, сделав умное лицо, обронил:
— Скину тебе смс с моим номером.
Рядом забили барабаны. Сашин карман завибрировал, оглашая всю улицу громкими визгами, криками и непонятной мне мелодией.
— Хит сезона, —
— Мама в тазик постучала, сейчас свалит, — объяснил Лёха и поднялся. — Ну, я тогда тоже пойду. Ты на днях под вечер гулять выходи. Пообщаемся, переездун. Комп заберёшь с ремонта — дисками поменяемся? Идёт?
— Да не вопрос, Леха. Конечно, поменяемся. — Ответил внешний я, пока внутренний я раздумывал, где бы достать сотовый и компьютер, чтобы не выглядеть полным ничтожеством.
Парни попрощались и пошли домой. Я остался один с невесёлыми мыслями, что с новыми знакомыми приобрёл и стимул, как можно быстрее поднять денег и кое-что прикупить, без чего в городе никак. Деревенщиной выглядеть не хотелось. Жизнь всех ставить в разные условия, но пусть меня расстреляют, если я не приложу все свои силы, чтобы сгладить это неравенство хоть чуть-чуть.
— Леха, погоди! — Я догнал тощего. — Займи двадцатку. Газетку купить. — И тут же сочинил. — Домой в лом туда-сюда ходить. Да лифт ещё не работает. А я тебе на днях отдам. С одного двора же. Идёт?
Лёха достал полтинник:
— Мелочи нет. Держи пятьдесят. Свидимся — отдашь.
Я кивнул и побрёл вдоль рядов домов, запоминая дорогу назад и разыскивая хоть какое-то подобие магазина. Это в родной деревне всё знакомо, всё в одном месте, а где тут что находиться, понятия не имел.
Печатный киоск выскочил из-за дома. Приобретя газету с объявлениями, вернулся на родную лавочку и погрузился в чтение. Падать в грязь лицом не хотелось. Во что бы то ни стало хотелось найти работу. До школы ещё два с половиной месяца. Компьютер и сотовый на первом месте. А то засмеют. Родителей напрягать не было и мысли. Они и так пожертвовали всем, влезли в долги, лишь бы я «выбился в люди». И я выбьюсь, прорвусь!
Зашуршал газетой. В жуткой смеси русского с иностранным нашёл более-менее знакомое: курьер.
«На летний период на работу требуется курьер. Оплата ежедневно».
Далее следовал адрес и телефон.
То, что надо. Денег нет уже сейчас, а не в конце месяца, так что «ежедневщина» не помешает. Позвонить неоткуда, но адрес узнать можно и у прохожих.
Я соскочил со скамейки и подбежал к ковыляющей старушке. Язык до Киева доведёт…
Фартило. Улица оказалась всего в четырёх остановках. Довольно пощупав сдачу с полтинника в кармане, я ринулся к остановке. Через полчаса полуподвальное помещение приняло нового курьера во всей красе. Это был склад. Вывеска с танцующим на волнах дельфинчиком ничего не говорила о принадлежности фирмы.
Добродушная женщина на входе расспросила о цели визита и весьма обрадовалась новому курьеру, даже простила до следующего дня отсутствие паспорта. Заполнив несколько бланков и пояснительных правил: «курьер должен быть вежливым и быстрым», «не интересоваться содержимым», «время — деньги», через четверть часа я получил в распоряжение походной рюкзак и пару бандеролей на общий вес в десяток килограмм.
Добродушная женщина — Вероника Сергеевна, оказалась моим работодателем, царём и богом склада. Выбрав из списка заказов пару пунктов, отметила мне на листочке адреса и сунула в карман вместе с необходимой суммой на проезд.