Цена счастья
Шрифт:
– Таким и убить можно.
– Можно, – подтвердила Миранда. – Поэтому с ним надо обращаться очень осторожно. Это не игрушка, а боевое оружие.
Джес, который собирался сказать примерно то же самое, поперхнулся – и дочка постучала его по спине.
– Пап, ты в порядке?
– Да, вполне. А кто тебе его дал?
– Это мне дядя Эрик подарил. Ты не думай, мама разрешила.
– Разрешила?
– При условии, что я научусь с ним обращаться. Мало ли что. Вот если бы я умела, когда меня
Мири слезла с отцовских рук, огляделась, показала на несколько деревянных столбов:
– Вот, смотри…
Нож свистнул и вонзился в мишень. Вполне неплохо для маленькой девочки. Джерисон только головой покачал. Но ведь и не скажешь ничего. Действительно, похищение было. И лучше иметь козырь в рукаве (нож тоже подойдет), чем оказаться в решающий момент полностью беспомощной.
– Я еще поговорю об этом с мамой.
– А ты мне ничего такого не привез?
Джерисон покачал головой.
– Ты же девочка. Виконтесса…
– И что? Теперь мне себя защищать не надо?
Джес вздохнул. После похищения любые аргументы звучали бы неубедительно.
– Надо. А с кем ты играла?
– С Марком. Он сын пастора Воплера.
Тоже не самая лучшая компания, но по нижней планке подходит. Придраться сильно и не к чему.
Надо ехать к жене, в Тараль.
– Ваше сиятельство, я говорил с Анелией.
– Судя по твоему сияющему лицу, она тебя не отослала прочь?
Лонс сдвинул брови.
– Ваше сиятельство…
– Да рада я за тебя, рада… просто подумай сам. Эдоард очень хочет союза с Гардвейгом. У них уже все фактически решено.
– А не с Ивернеей? С Гардвейгом у него и так хорошие отношения…
– Анелия сказала?
– Д-да…
– Лонс, ты же бываешь при дворе, ты много слышал…
– Ваше сиятельство, если мы решим бежать…
– Ты получишь либо дорогу в Иртон, либо рекомендации в Ханганат. Амир тебя возьмет в секретари, он уже оценил твой ум. Но вот тебе мои условия. Когда вы бежать собираетесь?
– Мы с Анелией встретимся в храме…
– Там и обговорите?
– Ну да.
– Лонс, мои условия, на которых я для вас выкладываюсь, таковы. Обо мне ты Анелии и слова не скажешь. Понял?
Лонс кивнул:
– Клянусь честью.
– А еще… ты понимаешь, какой это будет скандал? Если твоя любовь водит тебя за нос…
– Ваше сиятельство!
– Что – ваше сиятельство? – ворчливо огрызнулась Лиля. – Ты понимаешь, что, если тебе врут, – это верная смерть?
– Анелия не такая. Она добрая, нежная, наивная…
– А ты понимаешь, что при выборе между тобой и принцем, в дальнейшем королем, Анелия выберет не тебя?
– Она меня любит.
– Она тебя уже раз похоронила. Значит,
– Зачем?
– Если с тобой что-то случится, я хотя бы буду знать, кому отрывать голову. – Лиля невесело ухмылялась.
Елки, ну неужели трепетность и хрупкость могут произвести такое впечатление? Неужели, чтобы вертеть мужчинами, надо активно изображать беспомощную дуру?
Тьфу!
– Ваше сиятельство, – насупился Лонс.
– Пиши. Если все будет хорошо – сама сожгу.
Из Тараля Лиля отправилась к его величеству. Король как раз обедал, но графиню Иртон провели незамедлительно.
Лиля присела в реверансе, улыбнулась Тахиру и заняла свое место неподалеку от короля. При этом, кажется, кому-то сильно наступив на ногу. А, не важно. Подвинутся.
Гардвейг и его дочь на обеде не присутствовали. Ричард куда-то умчался, кажется, проверять, как идут дела у ивернейцев. Ибо вторая невеста должна была прибыть со дня на день.
Придворные косились, ухмылялись и явно завидовали. Лилиан Иртон определенно записали в фаворитки… болваны!
Спать-то можно с любой. А вот найти хорошего медика в любые времена было сложно.
После обеда Эдоард поманил графиню пальцем.
– Ваше сиятельство, вы будете сопровождать меня на прогулке.
Лиля сдвинула брови. Королевскую прогулку она знала. Долго, утомительно… ему бы полежать. Но как оказалось, – король сократил прогулку до получаса.
– Следую вашим рекомендациям.
Лиля усмехнулась:
– Разве я могу, ваше величество?
– Графиня, я подозреваю, что и вы, и Тахир Джиаман – страшные тираны. – Эдоард явно подшучивал над графиней. – Как у вас дела в Тарале?
– Все идет полным ходом. Дней через пятьдесят мы запустим производство на полную катушку. Если никто не помешает.
– А пытаются?
– Вирмане несколько раз выдворяли с территории странных людей, которые очень хотели посидеть у огонька ночью, на морском берегу. С собой у них была легковоспламеняющаяся жидкость… в весьма удобной для метания таре.
– Вот как? И кто же эти люди?
– Ваше величество, с этим разбирается Ганц Тримейн.
– Я смотрю, вы с ним хорошо сработались, графиня.
– Он очень умен, ваше величество.
Лиля подозревала, что Ганц видит ее насквозь – во многом. Но молчит. Она выгодна, полезна, может дать многое. Так почему не закрывать глаза на некоторые ее странности? Вот если бы супруг проявил такое же понимание…
– А ваш супруг, графиня?
Серые глаза короля смотрели холодно. Лиля не дрогнула.