Цена предательства
Шрифт:
Тем временем боевая машина вновь пошла в атаку, освещая путь прожектором "ночное солнце" мощностью тридцать миллионов свечей, что превращало ночь в день. О' Рурк, Ныомэн и Мессельер перебрались в заросли, откуда повели огонь по вертолету. Спенсер попал в корпус, и одно из мини-орудий умолкло.
Но больше всех повезло Мессельеру.
– Запущенная им граната влетела в открытые дверцы вертолета, ударилась о крышу и разорвалась в кабине. Боевая машина пустила черный след, ушла в сторону и неожиданно упала камнем на землю и взорвалась.
–
– закричал Мессельер, подняв руку, как победивший боксер.
– Мы еготаки доконали!
И он пустился в пляс.
Карлос подогнал грузовик к джипу и остановился.
– Доложить обстановку!
– приказал Вэлин, выскакивая из кабины трехтонки.
– О'Рурк!
Келлер! Потери есть?
– Мы потеряли микроавтобус, - доложил О'Рурк.
– Эйнджел! Ныомэн! Разыщите машину!
Американец и бывший десантник выпрыгнули из грузовика и побежали назад, где помятый кустарник указывал на след пропавшего в зарослях микроавтобуса. Они обнаружили Хезуса, сжимавшего в объятиях мертвую супругу, и их двух дочерей, бледных и насмерть перепуганных.
– Только не это...
– простонал Эйнджел, распахивая дверцу.
– Неужели она...
– Ее убили, - тихо обронил Хезус.
– Моя семья распадается.
"Солдаты удачи" молча стояли у машины.
Им нечего было сказать, потому что никакие слова не могли вернуть к жизни Марию.
– Нет, я не могу так жить!
– рыдал Хезус.
– Я больше этого не вынесу!
– Я очень сожалею, что так случилось, господин Дельгадо, - промямлил Эйнджел и прикоснулся к плечу убитого горем колумбийца, но тот сердито стряхнул его руку.
– Оставьте меня!
– закричал он.
– Оставьте всех нас в покое!
– Простите, сэр, это невозможно, - возразил Ныомэн.
– Противник знает, где мы находимся. Значит, как только рассветет, они поднимут в воздух боевые самолеты, а от них нам не уйти. И даже если у них нет под рукой самолетов, нам все равно несдобровать. Пилот вертолета наверняка сообщил по рации, что обнаружил нас, и за ним теперь последуют его коллеги либо придут наземные войска. Нам нужно двигаться, и чем скорее, тем лучше.
– Нет, оставьте нас в покое, - стоял на своем Хезус.
– Или вы считаете, что мало причинили нам зла? Вначале погибла моя девочка, а теперь и жена. Мне нужно было послушаться вашего полковника и еще вчера вернуться домой, пока была такая возможность.
– Но вы же вовремя не прислушались к его совету, сэр, - напомнил Ныомэн, - а сейчас, боюсь, слишком поздно давать задний ход.
У вас машина на ходу?
– Не знаю.
– Тогда позвольте мне, - попросил Эйнджел, занял место водителя, которое освободил Хезус, и включил стартер. Двигатель сразу заработал. Если хотите, я могу повести машину, - предложил американец.
Колумбиец в ответ молча кивнул.
Эйнджел вывел машину задним ходом из зарослей и присоединился к поджидавшим его товарищам. Ныомэн выскочил из микроавтобуса и пошел доложиться Вэлину.
–
– выругался полковник.
– Я же уговаривал его, чтобы он не лез в чужую драку.
– Теперь он горько раскаивается, что не последовал вашему совету, сэр.
– Теперь уже поздно сожалеть или раскаиваться.
Ныомэн дипломатично промолчал.
Вэлин пошел к микроавтобусу. За ним по пятам следовали Спенсер и Карлос. Когда последний увидел мертвую мать, он упал на колени и разрыдался.
"Господи, только этого нам не хватало!
– подумал Вэлин.
– Водитель закатил истерику.
Что будет дальше?"
Спенсер сунул голову в окно, чтобы разглядеть Кармен. Она окинула его пустым взглядом и не сказала ни слова. Он тоже промолчал, повернулся и вернулся к грузовику, где попросил У Резника сигарету.
– Сурово, - заметил русский.
– Дальше еще круче будет, - ответил Спенсер.
Тем временем Вэлин распорядился, чтобы Карлос сел в микроавтобус, и попросил Эйндхела остаться за рулем.
– Слушаюсь, сэр!
– откликнулся тот.
Затем полковник провел небольшую реорганизацию.
– Ньюмэн, ты с грузовиком совладаешь?
– Нет проблем, сэр. У меня права на вождение любых машин.
– Это хорошо, хотя сомневаюсь, чтобы здесь кто-то стал проверять твои права.
Вэлин посмотрел на часы. Они показывали пять, и оставался ровно час до встречи с самолетом. На востоке уже слегка забрезжил свет.
– По коням!
– скомандовал полковник.
– Но мне кажется, что мы-таки оказались в глубокой...
23
Сидя за рулем микроавтобуса, следовавшего вторым в колонне, Эйнджел впервые за последнее время всерьез задумался над происходящим. Он оказался буквально перепачкан в крови, и вокруг было навалено слишком много трупов. Среди них были и невинные жертвы.
Эйнджел никак не ожидал, что все сложится именно так, когда подписывал контракт с Вэлином. "Господи!
– мысленно взывал он.
– Господи, помоги!"
Всю жизнь он мечтал о военной карьере, хотел быть членом регулярной армии Соединенных Штатов, по примеру своего отца и деда.
Сонни Анджело участвовал в битве за Гуадалканал, а его сын Бобби, отец Эйнджела, воевал во Вьетнаме. Но к тому моменту, когда Эйнджел вступил в армию, боевых действий нигде не предвиделось. Остались в прошлом высадка на Гренаде и операция "Буря в пустыне" у Персидского залива. Исчез "железный занавес", и за границей можно было побывать только в составе американских войск, дислоцированных в Германии. Если не считать, конечно, решения президента Билла Клинтона ввязаться в какоенибудь дерьмовое мероприятие под эгидой ООН вроде операций в Боснии и Сомали. Но последней соломинкой, сломавшей хребет верблюда, был приказ о переводе Эйнджела в батальон связи, а он всегда видел себя в самой гуще сражения с винтовкой в руке, в камуфляже и жвачкой в зубах, как выглядел на фотографиях образца 1970 года его отец.