Цена любви
Шрифт:
Музыка и текст песни были совершенно новыми. Их написал специально для девушек знакомый Кри-Кри. Другие песни были проверенными английскими и французскими шлягерами.
Когда концерт закончился, Адриан Кранн подошел к сцене и пожал девушкам руки.
— Отлично, дети мои! — сказал он. — Поздравляю вас обеих. Надеюсь, дуэт «Кэра и Кри-Кри» станет очень популярным. Теперь вы в моем шоу. Можете ни о чем не беспокоиться.
Кэра встала из-за рояля. Сердце отчаянно колотилось. Платиновые волосы рассыпались по плечам, а лоб покрылся испариной. В
— Браво, Кэра! — пропел Крис Кэмбелл.
— Браво, — подхватила Филиппа Спайрз.
Кранн пожевал сигару.
— Наше шоу будет что надо! — сказал он. — Вы готовы к тому, чтобы уже в конце месяца выступить в Манчестере? — обратился он к девушкам.
Кэра и Кри-Кри обменялись взглядами и улыбнулись. О да, конечно, они были готовы. Кэра подумала: «Уехать из Лондона, подальше от Ричарда — это мне как раз подходит! Уехать хотя бы на две недели… Если шоу в Манчестере пройдет успешно, то Кранн запустит его сразу на сцене «Уэст-энда».
Некоторое время все стояли на сцене и обсуждали будущее шоу. Знаменитый продюсер сделал несколько ценных замечаний. Затем перешли к самому важному вопросу — о гонораре. Интересы девушек перед Адрианом Кранном отстаивал Крис Кэмбелл. Сговорились на сумме, которая была немного ниже обычных гонораров Кэры, но выше той, что обычно получала Кри-Кри. Словом, это были очень хорошие деньги. Особенно если учесть, что шла война и гонорары сильно упали.
Когда вышли из театра, то обнаружили, что на улице хлещет проливной дождь. Филиппа усадила Кэру в свое такси (Кэра собиралась заехать домой и перекусить, а затем снова наброситься с Кри-Кри на работу).
Сидя в машине рядом с невестой Ричарда, Кэра чувствовала себя ужасно: ее мучила совесть. Интересно, что сказала бы Филиппа, если бы узнала, что завтра вечером «ее Дик» отправится на свидание с ней, с Кэрой?… Муки совести усилились, когда Филиппа дружески похлопала Кэру по руке и поздравила с удачным началом.
— Вы были превосходны! — сказала она. — Как жаль, что вы еще не можете танцевать. Это было бы самое грандиозное шоу, какое себе только можно представить. Дуэт с Кри-Кри намного ярче, чем с Клодом…
Кэра вздохнула.
— Еще неизвестно, как нас примет публика. А это ведь самое главное!
— Я уверена, что вас ждет оглушительный успех. Об этом и беспокоиться нечего. Вы снова будете на коне.
Кэра промолчала, но с горечью подумала, что Филиппе даже невдомек, как равнодушна она к успеху на сцене, если гибнет ее любовь… Теперь Кэра в неоплатном долгу перед невестой Ричарда. Именно Филиппе она обязана тем, что ее имя снова засияет на афишах лучших театров. Ей не нужно съезжать с квартиры, не нужно продавать вещи. Она сможет позаботиться о престарелых дядюшке Томе и тете Агате.
«Даже если бы я решилась отказаться от всего этого, — печально думала она, — я бы все
На следующий день до полудня Кэра репетировала с Кри-Кри. Партнерша была в ударе. Она получила письмо от своего Робина. Он парил в составе эскадрильи союзников над холмами Франции и, кажется, обожал это занятие. Он не ведал страха, и Кри-Кри тоже приходилось крепиться. Кэра даже позавидовала ее сегодняшней страстности. Тем не менее Кри-Кри заметила, что Кэра не в духе.
— Что с тобой, дорогая? Ты сама не своя…
— Просто немного не в настроении, — улыбнулась Кэра.
— Ты недовольна нашим дуэтом?
— Что ты, очень довольна!.. Это личное…
— Понятно, — сочувственно кивнула француженка. Ей, как и многим другим, было известно, что Клод ужасно обошелся с Кэрой. Кри-Кри предполагала, что ее подруга все еще влюблена в него. За недели репетиций она успела привязаться к ней и искренне желала ей счастья. — Любовные неприятности, да? — спросила она.
Кэра вспыхнула, но заставила себя рассмеяться.
— Не совсем так, Кри-Кри, — сказала она. — У вас с Робином, наверное, все было по-другому… Любовь с первого взгляда… Свадьба и все такое… Несчастливая любовь — это опасная штука…
— Но она не повредит твоей красоте и не лишит тебя таланта! — весело воскликнула Кри-Кри.
Она как могла ободрила подругу, расцеловала Кэру в обе щеки и уехала.
Оставшись одна, Кэра стала размышлять о сегодняшнем вечере. Чем больше она думала об этом, тем большая ее охватывала паника. Она даже хотела позвонить Ричарду в министерство обороны и попросить его не приезжать. Ей очень хотелось его увидеть, но она страшилась последствий.
Он обещал быть в половине восьмого. Кэра собиралась накормить его ужином, ведь он предупредил мать, что сегодня не приедет домой. Чем ближе к вечеру, тем сильнее Кэру охватывало чувство вины. Она чувствовала, что всем, что было вокруг нее, она обязана Филиппе… И вот теперь Кэра ждала в гости ее жениха… Это было несправедливо, бесчестно… Но ведь Ричард любил ее! Он полюбил ее раньше, чем Филиппу. Только по иронии судьбы они оказались разлучены.
Кэра сняла слаксы, в которых репетировала, и надела синее вечернее платье. Потом снова переоделась в слаксы… Зачем ей наряжаться для Ричарда? Почему не встретить его в домашней одежде? Что толку демонстрировать ему свои прелести?
Словно неприкаянная, Кэра бродила по квартире, а затем все-таки сменила слаксы на строгое платье из черного бархата с белым воротничком и белыми манжетами, а волосы собрала в хвост и перевязала черной бархатной лентой. Косметики она решила употребить самый минимум. На ее щеках и так алел румянец, а глаза сияли. Взглянув на себя в зеркало, Кэра подумала, что, наверное, никогда в жизни не выглядела лучше, чем сейчас. Казалось, она вся светится. Еще бы! Она ждала его… Как бы там ни было, час или два она проведет с тем, кого любила всем сердцем.