Цена любви
Шрифт:
Тогда миссис Хэрриот срочно послала за Филиппой Спайрз, которая была влюблена в Ричарда с тех пор, как тот приезжал на побывку из Египта, когда она праздновала свое совершеннолетие. У нее было предостаточно ухажеров, но она сходила с ума лишь по Ричарду.
Миссис Хэрриот поведала Филиппе о неизвестной девушке и сказала:
— Теперь все в твоих руках, дорогая. Если поведешь себя по-умному, он твой!
Филиппа была совсем не глупа и сумела добиться того, о чем мечтала миссис Хэрриот.
Обе женщины устроили так, что Филиппа неотлучно
И вот желанный день настал. Миссис Хэрриот не могла нарадоваться, глядя, как танцуют молодые. Теперь они были помолвлены и условились, что в следующий приезд Ричарда обвенчаются.
Миссис Хэрриот не сомневалась, что пошла на эти маленькие хитрости исключительно во благо сына. Последние угрызения совести исчезли, когда она увидела, что он снова счастлив.
Ричард действительно чувствовал себя счастливым в этот вечер. После того злополучного дня, когда Кэра попала в аварию, он успел изрядно измучиться. Ему все мерещились нежные руки Кэры. Он снова и снова повторял себе, что она принадлежит другому мужчине, и старался выбросить ее из своего сердца. Словом, помолвка стала для него своеобразной отдушиной. Теперь ему придется забыть Кэру и погрузиться в мысли о будущей семейной жизни.
Он и сам не понял, как все это случилось. Просто в один прекрасный день обнаружил, что жарко целует Филиппу и просит ее руки.
Филиппа ничем не напоминала ему Кэру. Она была на голову выше нее, к тому же брюнетка. В ее жилах текла горячая испанская кровь. Отсюда и огромные черные глаза и смуглый цвет кожи. Она была прекрасным товарищем. Особенно мужчине, увлеченному спортом. Одно время ему даже казалось, что ей недостает женственности… Но в вечер помолвки Филиппа словно расцвела. В ее волосах красовались белые орхидеи, а на пальце сверкало новое кольцо.
Вечеринка удалась на славу. Подобного веселья Ричард давно не помнил.
Но на другой день ему предстояло ехать в Лондон. Отпуск заканчивался, и нужно было возвращаться во Францию. Вообще-то они собирались ехать вместе, но из-за болезни матери Филиппа не смогла составить жениху компанию. Леди Спайрз ложилась на операцию по поводу аппендицита, и Филиппа должна была остаться при матери.
Наконец гости разошлись, праздничные огни были погашены, и в гостиной у старинного камина остались лишь молодые. Филиппа устремила на жениха сияющий взгляд. Он всегда казался ей красавцем. Синяя военная форма была ему необычайно к лицу. Его отличали особенная стать и лучистые голубые глаза… Впрочем, иногда ей казалось, что с ним немного скучно. Слишком уж он был серьезен и сдержан. Например, в отношении выпивки, скачек и тому подобного. Не то что Джеймс Киллик, который тоже ухаживал за ней. Как бы там ни было, Филиппа надеялась, что, женив на себе Ричарда, она сумеет его переделать. Что же касается внешности, то Джеймсу до Ричарда было как до небес.
Она опустила
— Ты счастлив?
Ричард привлек ее к себе и нежно поцеловал в лоб.
— Конечно, — кивнул он. — Я увезу с собой во Францию самые замечательные воспоминания, дорогая.
Она не выдержала и мысленно обругала его ослом. Он был из тех мужчин, которые просили на память цветы, которые она вплетала в свои волосы, а ей хотелось совсем другого…
Ричард и в самом деле вытащил из ее волос одну орхидею.
— Она будет лежать у меня в нагрудном кармане, и мне не страшны будут пули, — сказал он.
При этом его сердце болезненно сжалось. Почти те же слова он говорил Кэре, когда просил подарить ему шелковый чулок — в качестве амулета. Он и теперь хранил их в походном сундучке…
До чего же удивительно: он никак не мог забыть маленькую Кэру!
Филиппа инстинктивно поняла, что его тревожит.
— Ты, правда, рад нашей помолвке? — проговорила она, подняв руку и любуясь новым кольцом с крупным бриллиантом.
Ричард решил, что лучше не вспоминать о Кэре, и поцеловал Филиппе руку.
День спустя все происшедшее дома уже казалось ему сказочным сном. Даже помолвка с Филиппой представлялась чем-то нереальным. Он был словно в тумане. Ощущение счастья испарилось, хотя он всячески старался его удержать.
Ричард дважды звонил Филиппе и справлялся о здоровье леди Спайрз. Операция будущей тещи прошла успешно, и он отправился покупать подарки, чтобы потом отослать их домой в Сассекс. К подаркам он приложил любовное письмецо.
Вечером его пригласили выпить приятели, с которыми он служил в Египте, но Ричард отказался. Ему хотелось побыть одному. Прогуливаясь в одиночестве, он набрел на афишу кабаре, которая гласила:
КЛОД И ХЛОЯ.
Ричард удивился. Клод был партнером Кэры… Кто же такая тогда эта Хлоя? Наверное, Кэра еще не поправилась и не может выступать на сцене…
Он отправился на представление и удивился еще больше. Клод был по-прежнему великолепен за роялем, но высокая брюнетка Хлоя, отбивающая чечетку, не шла с Кэрой ни в какое сравнение.
После представления Ричард прошел за кулисы.
Клод встретил его заученной обаятельной улыбкой, которой всегда встречал «представителей публики». Ему польстило внимание блестящего военного. Но, услышав имя Ричарда, Клод нахмурился и проворчал:
— Так вы тот танкист, который опрокинул Кэру в канаву!
Ричард вспыхнул и сразу возненавидел Клода. Он понял, что это за фрукт.
— Да, к сожалению, я тот самый танкист, — холодно кивнул он. — Никогда я не чувствовал себя таким виноватым… Я хотел узнать, как себя чувствует Кэра.
Клод взглянул на себя в зеркало и принялся торопливо стирать с лица грим.
— Боюсь, что мои новости устарели, — сказал он. — Я давно с ней не виделся…
— Давно не виделись? — удивился Ричард. — Но я думал, что вы и она…