Цена короны
Шрифт:
Постоялый двор возвышался на деревенской площади во весь свой двухэтажный рост. Мощные бревна, из которых он был сложен, почернели от непогоды и, похоже, сумели пережить Катаклизм, а каменный фундамент казался прочнее гномьих крепостей. Флайри не удалось разглядеть вывеску, но Тэм, похоже, заметила там что-то забавное, потому что фыркнула и покачала головой. Зато надпись «Страж и мантикора», сделанная светящейся краской, была видна издалека. А если подойти чуть поближе – то и приписка «Обслуживаем всех!», чуть ниже и более мелким шрифтом.
Последнее было разумно. Возможно, корчмарь не желал лишиться половины посетителей. А может, опасался, что отвергнутые
Поэтому посетители предпочитали следовать политике «бдительного мира» – проще говоря, держаться друг от друга подальше и не нарываться на драку. За столиком у дальней стены собралось несколько сурового вида гномов. Люди сидели за столами кто по двое, расселись кто где, но стараясь держаться подальше от представителей Подгорного племени, а посередине восседал могучий циклоп в безрукавке из драконьей кожи, проклепанной медными бляхами, и громко чавкал жареной бараньей ногой.
Появление Тэм произвело примерно то же впечатление, что и в «Чаше шипокрыла». Наемница пропустила свою спутницу вперед, однако Флайри спиной чувствовала, куда устремлены все взгляды. Даже циклоп на миг оторвался от баранины и пробурчал что-то невразумительное.
Договориться о комнате не составило труда. Помня, насколько воительнице удаются подобные вещи, Флайри благоразумно помалкивала и только следила за тем, как та болтает с трактирщиком. Румяный кучерявый хозяин «Стража и мантикоры» не носил знак Хаалы ни на одежде, ни на груди в виде подвески, но всем своим видом словно говорил: «Да, я эрладиец, почтеннейшие! И что с этим поделать?» Однако одно дело, когда какой-нибудь подвыпивший деревенщина таращится на тебя, точно на таракана в тарелке. И совсем другое – когда твое происхождение позволяет завязать беседу с прекрасной воительницей, возжелавшей освежить познания в чужом языке. Флайри не смогла бы с такой же легкостью поддерживать разговор, даже если бы время от времени переспрашивала, подобно Тэм: «Хом тува эрли до? [26] »
26
Как это правильно сказать по-эрладийски? (эрл.)
Так или иначе, но комнату им дали если не самую лучшую, то по самой лучшей цене… то есть не требуя за ржавый гвоздь золотой содар. В комнате находилось две кровати, в меру мягких, пол застлан ковриком отнюдь не с тем, чтобы скрыть грязные пятна. Пучки лаванды и мелиссы под потолком источали аромат, легкий, точно полунамек, от которого хотелось погрузиться в грезы. На стене, помимо вязаных ажурных салфеток, красовалась гравюра, но к великому облегчению Флайри, на этот раз обошлось без «лорда Адрелиана». На гравюре – судя по всему, недавно купленной, – герой в сияющих латах небрежным движением вонзал в подножье гранитного утеса пику толщиной с молодое деревце, и из камня весело летели брызги. Картина именовалась «Сайгур, добывающий воду из скалы».
Еще один человек, ставший легендой…
А был ли он на самом деле – Сайгур, великий герой Лаара, возжелавший вернуть воду в Лаар? Было ли Копье Демонов, добытое в сражении с силами Тьмы и способное пробивать земную твердь, достигая глубочайших водоносных пластов? Наверно, этого никто
Как гласит легенда, ему удалось создать лишь три источника.
«На другой же день проснулся Сайгур и понял, что не сможет подняться с постели. Силы покинули его. Попросил он воды, испил ее и помолился пресветлому Сеггеру об исцелении, но облегчение не пришло. Бледность покрыла его чело, и кровь начала сочиться из носа и ушей. И позвали к нему целителей и магов, но никто не смог распознать недуга. И прежде, чем село солнце, дух его отошел к пресветлому Сеггеру в день десятый Месяца Познания, в год одиннадцатый от Катаклизма»…
Расследование гибели героя проводила Инквизиция. Согласно записи в особом отчете – Флайри ее не видела, но склонялась к тому, что это и в самом деле так, – причиной стало само копье, которое сразу после смерти Сайгура исчезло без следа. Сайгур не был магом, хотя и обучался в монастыре Вольных. Обращаться с магическими предметами не так просто, как может показаться. Некоторые маги полагают, что многие из этих предметов обладают чем-то вроде разума, более мощного и изощренного, чем у скаковой лошади. Возможно, Сайгур не знал каких-нибудь тонкостей обращения с Копьем, и оно обратило свою силу против нового хозяина. В конце концов, создавалось оно отнюдь не для добрых дел.
Будет ли когда-нибудь упомянуто в легенде, что маги Серого Ордена предложили герою передать Копье для изучения? Неизвестно. Но вряд ли кто-нибудь из певцов и сказителей осмелится передать те слова, в коих Сайгур выразил отказ… Разве что будет этот певец выступать в трактире поплоше, чем «Страж и мантикора», где хозяева не брезгуют разбавлять вино питейным зельем.
Тут в дверь постучали, и долговязый парень втащил деревянную бадью с горячей водой. Вслед за ней появилась вторая и третья, пустая.
– Замечательно, – промурлыкала Тэм, вытаскивая из сумки кожаный мешочек.
В мешочке оказалось мыло, завернутое в пергамент, бутылочка с маслом, флаконы с какими-то притираниями, мочалка…
Флайри заметила, что и флаконы, и бутылочка украшены одной и той же эмблемой: стилизованным алым сердцем, заключенным в алхимическую реторту. И кое-что ей стало понятно…
Наемница тем временем посмотрела на бадейки, убедившись, что их оставили достаточно далеко от окна, и добавила:
– Думаю, тебе стоит купаться первой. Я подожду в коридоре. Если что-нибудь понадобится – зови.
– А почему я первая?
– У тебя волосы длиннее.
И, не дожидаясь ответа, вышла за дверь.
Флайри так и не позвала ее, даже когда пришлось мыть спину и ополаскивать волосы. Почему? Она спросила себя об этом лишь позже, глядя в темное окно и слушая, как наемница плещется в бадье, напевая что-то себе под нос.
Возможно, Тэм и вправду не обладала даром мага. Но почему она вошла в комнату ровно в тот миг, когда Флайри, натеревшись по ее совету косточковым маслом, переоделась в чистое исподнее и закутала волосы полотенцем? Как будто сквозь дверь видела…
Воительница присела на стул и стянула один сапог, затем другой. Флайри размотала сняла полотенце и шагнула было к двери, но Тэм остановила ее.
– Я не стесняюсь. Но если тебе неловко, можешь отвернуться. А ходить с мокрой головой по коридору не стоит – простудишься.
Скорее всего, она действительно не стеснялась. Однако Флайри почему-то не могла заставить себя обернуться. Чтобы как-то занять время, она некоторое время разглядывала «Сайгура, добывающего воду», потом стала считать лепестки на цветочках, вышитых на шторе…