Цена клятвы

Баринова Мария

— Видать, мне тебя сама судьба послала, Рианос. Бывают же совпадения…

Беглый раб недоумевающе моргнул и поморщился от неприятного аромата.

— О чем ты? — спросил он.

— Я же говорил тебе, что приехал по торговым делам. Мой хозяин сейчас имеет связи только с империей, но давно смотрит в сторону запада. Гацона, Хайлигланд… Пока что решено начать с вольных городов: там чаще бывают ярмарки, да и налоги пониже. Господин задумал открыть дело именно в Гивое, но, поскольку он продает крайне ценные товары, ему нужна надежная охрана из местных. Скажи мне,

Рианос, занимаются ли твои наемники охраной торговых караванов?

— Думаю, этот вопрос лучше задать командиру, — задумчиво ответил Рианос, высвобождаясь из объятий. — Артанна нар Толл у нас главная.

— Вагранийка, — кивнул Джерт. — Интересно. Насколько я знаю, вагранийцы редко покидают родные земли. Кажется, я что-то слышал об этой женщине. Не хочу показаться грубым, но меня удивляет, что во главе шайки наемников оказалась баба.

Рианос нахмурился:

— Эта баба стоит многих мужчин, которых я знал. Она хорошая женщина.

— Это еще не делает из нее достойного главаря, — пожал плечами Джерт и поболтал бутылку в руках.

— «Сотня» — не шайка, а сама Артанна — не главарь. Поживешь в Гивое подольше — сам поймешь.

— Ну так расскажи мне, пока мы с тобой ковыляем. Надо же как-то убить время.

Лекарь вздохнул. Ему не хотелось ввязываться в разговор, но, с другой стороны, он прекрасно помнил жалобы Артанны на скверное положение дел. Если удастся получить контракт…

— «Сотня» — профессиональное войско, костяк состоит из отставных солдат-хайлигландцев, — поведал Рианос. — Все бойцы прошли отличную подготовку и не раз участвовали в битвах с рундами. Командир сама служила в хайлигландском войске, поэтому муштра жесткая. У нас есть поместье к северу от Гивоя. Кого ни спроси, все укажут дорогу.

— Видать, работа у этой вашей «Сотни» спорится, раз вы отгрохали собственную крепость.

— По-разному, — уклончиво ответил Рианос. Незачем этому эннийцу знать истинное положение вещей. — Наместник не желает видеть такую толпу в городе, поэтому запретил крупным наемным отрядам селиться в его стенах. Когда начинаются ярмарки, в Гивое и так не протолкнуться.

— Значит, если я хочу успеть нанять «Сотню», то должен торопиться?

— Не знаю, — раздраженно ответил Рианос, больше озабоченный головной болью. — Говорю же, я не советчик в таких делах.

Джерт кивнул:

— Ладно, не настаиваю. Тогда просто расскажи, какая она.

— Артанна?

— Кто ж еще? В Эннии, конечно, есть женщины среди воинов, но здесь же все иначе, правда? Баба с мечом — диковинка. Вот я и хочу знать, чего ожидать от твоего командира, когда приду с предложением.

Рианос задумчиво посмотрел на лодки, пришвартованные к низенькой пристани. Легкие суденышки мерно покачивались на тихих волнах.

— Она хороший друг, — подумав, сказал он, — хотя и весьма резка. Ответственный командир, думает преимущественно головой. А еще я обязан ей жизнью.

Джерт удивленно вскинул бровь:

— И как это вышло?

Рианос взял бутылку и приложился к горлышку. Настойка обожгла рот и разлилась теплой волной по внутренностям.

—

Я тогда едва появился в городе. Ко мне пристали головорезы вроде тех, что схватили меня сегодня. Везет мне на такие встречи, видать. Артанна за меня вступилась, потом пожалела и взяла к себе, дала кров, еду, работу. Новую жизнь, словом. Я был никем, а стал лекарем, и теперь могу приносить людям пользу. Помогать тем, кто в этом нуждается, понимаешь? — Рианос перехватил рассеянный взгляд собеседника. — Я наконец-то чувствую, что моя жизнь хоть что-то значит. В Эннии ничего подобного не было.

Джерт многозначительно хмыкнул:

— Тогда это и правда стоило того, чтобы бежать.

— И хочется верить, что ты меня не сдашь.

Спаситель покачнулся и хлопнул лекаря по плечу.

— Не сдам, беглец. Начнем с того, что я понятия не имею, кто твой хозяин. К тому же ты можешь мне здорово помочь. В благодарность за спасение, так сказать.

— Каким образом?

— Я уже имел сомнительное удовольствие пообщаться с наемниками из «Братства» и не хочу, чтобы они занимались охраной товаров моего господина. Поэтому мне нужно сделать все возможное, чтобы уговорить твоего командира взяться за решение моего вопроса.

— Груз законный?

— Разумеется! — воскликнул Джерт. — Это тебе не какая-нибудь паштара. Мой господин торгует дорогими тканями. Шелк, парча, атлас… У него заказывают материю даже племянницы Серхата Рикенаарского!

— Один рулон, должно быть, стоит целое состояние, — предположил беглый раб.

— Так и есть, друг мой, — усмехнулся энниец, — так и есть. Хвала имперской моде на длинные шлейфы, благодаря которой каждая знатная дама спускает целое состояние на новое платье. Надеюсь, это веяние пройдет еще не скоро, и мой господин успеет набить мошну.

— И как же я, по-твоему, смогу уговорить Артанну?

— О, тебе не придется ее уговаривать. Для этого послали меня, — Джерт гордо выпятил грудь и задрал подбородок. — Однако мне нужно знать, как подступиться к этой женщине. Судя по тому, что я слышал в кабаках об Артанне нар Толл, к ней потребуется особый подход. Помоги мне, Рианос, и я не останусь в долгу.

— Не забывай, мастер Джерт, она остается наемницей. Просто предложи большую сумму.

— С помощью денег справится любой дурак, но это будет лишь купленная преданность. Если кто-то предложит больше, твоя госпожа просто откажется от меня — и все. Я останусь с носом и прогневаю господина.

Рианос возмутился.

— «Сотня» всегда выполняет договоренности! С каждым нанимателем заключается контракт, который заверяют в ратуше у наместника. Такой договор — залог того, что услуга будет оказана. Мы дорожим своей репутацией.

— Мне всегда казалось, что наемники — до крайности непорядочные сволочи, — рассмеялся Джерт. — И сегодня я внезапно узнаю, что, оказывается, существуют исключения. Ты, Рианос, перевернул мое представление о мире! За это надо выпить. — Энниец сделал несколько глотков и судорожно втянул воздух носом. — Ну и крепкую же дрянь делают в этом Хайлигланде!