Цена бессмертия

Бабкин Борис Николаевич

– Номера наши, – понял ее Турок.

– Зови и будьте внимательны, – проговорила она. – Араб? – недоумевала Рената. В дверь вошел среднего роста смуглый мужчина. Поклонился.

– Я приветствую вас, госпожа. Арфен Даген, – представился он. – Я сразу перейду к делу: у вас есть один из семи осколков бессмертия, который вы забрали у…

– Кто вам это сказал? – перебила его Рената. – Покажите, пожалуйста, ваши документы, – попросила она.

– Пожалуйста! – Дагаш вытащил паспорт, с поклоном протянул ей.

– Он один, – вошел Турок.

– Я не причиню

вам беспокойства, госпожа Ромова, – спокойно проговорил араб. – Я прислан, чтобы купить у вас осколок бессмертия. Алмаз, похищенный вами у господина Зудина. Вот деньги, – показал он небольшую сумку, – здесь триста тысяч долларов. Когда я получу алмаз и меня заберут мои люди, вы получите еще миллион. Если убьете меня, то все вы погибнете. Ахемениды не убивают из-за даров неба, но мстят за убитых братьев. Примите наше предложение, получите деньги и останетесь живыми. Мы сумеем вас вывезти…

– Он действительно араб, – возвращая документы Дагаша, подтвердил длинноволосый мужчина в очках. – Из Пакистана. Правда, имя у него скорее…

– Я хочу получить ваш ответ, госпожа, – поклонился араб. Сильный удар ноги Ренаты сбил его на пол.

– Кто тебя прислал? – Шагнув вперед, она наступила ему на горло. – Говори или сдохнешь!.. Мы уезжаем! – скомандовала Ромова.

– Слышь, Ренатка, – усмехнулся Турок, – едешь ты одна. А мы отваливаем. Бабки есть, так что твои гроши нам не нужны. И мы этого чудилу не трогали, – кивнул он на араба. – Так что пиши письма. Чао какао, Ренатка.

– Вы не можете уйти! – закричала она.

– А мы уже ушли, – рассмеялся Турок. Позади Ренаты трижды выстрелил пистолет. Турок и два парня грохнулись на пол. Четвертый, стоявший у двери, выхватил оружие. Два выстрела ударили одновременно. Стрелявший от двери получил пулю в лоб, худой и бледный, схватившись за грудь, качнулся назад и рухнул на пол. Пригнувшись при звуках выстрелов, Рената упала за кожаный диван и, выхватив из кармана джинсов браунинг, осторожно выглянула. Увидела валявшегося араба и перевела взгляд на худого. Сжимая в руке пистолет, подошла к нему.

– Я всегда был верен вам, Рената, – сумела расслышать она шепот. – Уходите и уезжайте из России. Вас найдут. Он, – худой повел глазами в сторону араба, – прислан сюда за алмазом и не вернется без него. Остановить его может только смерть… – Он застонал. – Но тогда убьют и тебя. Это пле… – Он хрипло простонал и потерял сознание. Изо рта пошла кровь.

– Виноват в его смерти будешь ты! – Повернувшись к висевшей на спинке кресла сумочке, Рената вытащила из нее резиновые медицинские перчатки.

– Арфен бен Даген не звонил, – негромко проговорила полная арабка.

– Мы возвращаемся.

– Да откроются Дагену врата рая, – певуче произнес мужской голос в спутниковом телефоне.

Россия, Красноярск

– У нее сейчас Колупаев, – доложил крепкий высокий мужчина в камуфляже. – Мы с Сапером хотели проверить металлоискателем, но народ сбежался. Правда, шуметь не стали и ушли. Площадь развалин большая. Разумеется,

металлоискатель будет реагировать на все железное, но по шкале можно определить примерную массу предмета. Поэтому я думаю, что сейф мы найдем быстро. Главное, чтобы эта Сиротина продала участок. А она ни в какую, – недовольно добавил он. – Уже и Дядина подключили, но он тоже не смог ее уговорить. В память о человеке, который первый раз в ее жизни отнесся к ней по-человечески, она хочет на этом месте построить новый медпункт. Судя по всему, деньги у нее имеются.

– Послушай, Беркут! – зло заговорил хриплый голос. – Не надо мне рассказов. Мне нужен результат. Понятно?

– Так точно, – кивнул мужчина. – Колупаев умеет убеждать, и думаю, он сможет уговорить эту сиротинушку продать участок. Ну а если нет, то нам можно использовать другой вариант?

– После переговоров пусть Колупаев позвонит, – помолчав, ответил Учитель.

– Есть.

– А больше покупателей нет? – спросил Учитель.

– Нет! – усмехнулся Беркут. – Убийство связали с долгами одного…

– Пусть Колупаев после переговоров позвонит, – прервал его Учитель и отключил свой телефон.

– Понял, – усмехнулся Беркут, – но я ходить с металлоискателем не буду. – Он выразительно посмотрел на коренастого молодого мужчину в тельняшке.

– А мне придется, – догадался тот. – Но тогда и оплата другая. А может, давай сами найдем и…

– Пока будем делать то, что надо ему, – оглянувшись, тихо проговорил Беркут. – А ты, Сапер, мысли вслух не высказывай. Здесь запросто стукнуть могут, и тогда, считай, мы свое отжили.

– Понял! – кивнул Сапер.

Россия, Волчье

– Я уже сто раз говорила, – сердито глядя на среднего роста мужчину в очках, вздохнула Сиротина. – Я не буду ничего никому продавать. Разговор закончен, Геннадий Иванович! – отрезала она.

– Ах, Евгения Евгеньевна! – вздохнул сидевший на стуле в медпункте Колупаев. – Напоите хотя бы чаем. Все-таки сибирское гостеприимство, надеюсь, не пустой звук для вас.

– Но вы больше не заведете разговор о продаже, – предупредила его Женя, включив чайник.

– К сожалению, обещать не могу, – виновато проговорил Геннадий. – Работа у меня такая. Но постараюсь, – поймав ее сердитый взгляд, торопливо добавил он.

– Я не понимаю, – недоумевала Женя, – ну почему люди такие бестолковые? Я же заявила, что продавать участок не буду, а они все лезут и лезут, как муравьи на сахар.

Колупаев весело рассмеялся.

– Собственно, объяснить это довольно-таки легко, – заговорил он. – У людей много денег, и им просто захотелось купить себе участок, о котором столько писали в газетах. К сожалению, в уголовной хронике. А вы отказываетесь. И посему появляется мысль: а почему бедная фельдшер Сиротина не продает пожарище, пепел и обломки ни за какие деньги? И тут невольно вспоминается разговор, который начал тот, кто доставил сюда дочь и сына Медведева. У отца якобы был какой-то алмаз… – Сказав это, Колупаев внимательно посмотрел на Женю.