Целительница будущего короля
Шрифт:
Игнорируя его укоризненный взгляд, я намешивала алхимическую краску, не напитывая её магией, чтобы к лечению могла присоединиться Рея.
– Я могла бы сама справиться, – принимая от меня плошку с краской, надменно заявила она.
– Но вдвоём будет быстрее, – примирительно заметила я. – И вам не придётся слишком сильно с ним обниматься при всех.
Чигару хмыкнул, а Рея глянула на меня исподлобья и с таким видом, словно собиралась выплеснуть алхимическую краску мне в лицо. Но вместо этого она тоже хмыкнула и развернулась
Стиснув зубы, он повернулся к ней спиной. Так мне досталась передняя часть.
И только когда мы с Реей нанесли на тело Чигару рунические заклинания и влили в них силу, стало понятно, что среди усиливающих болт рун было что-то, отталкивающее магические потоки. То есть воздействовать мы могли лишь на ткани в сантиметре от болта, не ближе, а это – сложности с остановкой крови, обезболиванием, выталкиванием инородного тела. Вынимать его следовало быстрее: рядом с болтом не собрать осколки костей и не соединить сосуды, а чем больше крови скапливалось в ране, тем труднее её лечить.
Так что пришлось звать на помощь. Откликнулись не придворные целители, а сопровождающие кого-то из аристократов, возможно, из герцогства Кайдена, они резво спешились и взяли Чигару за руки.
Пронзительно глядя мне в глаза, словно в них ища спасение и отвлечение от боли, он стискивал зубы, но даже не охнул, когда мышцы под действием магии стали вибрировать и сокращаться, выталкивая кусок стали.
Все вокруг наблюдали за лечением и шептались, шептались о происшествии, строили догадки.
Вливая силу и корректируя свою часть магического потока, я невольно думала о том, что этот болт, скорее всего, предназначался мне. Эту боль сейчас могла испытывать я. Если бы не умерла от потери крови или этой боли раньше, чем успела себе помочь и дождаться действий других целителей.
Смерть или чудовищная боль из-за болта, вокруг которого не действует целительская магия, – вот что ждало меня, если бы не мой орёл. И Чигару не пострадал бы, не пытайся он меня защитить.
В какой-то момент Чигару не выдержал и уткнулся лбом мне в плечо. Он тяжело дышал, скрипел зубами, а я чувствовала, как сдвигались осколки лопатки, и старалась скорее окутать освобождающиеся от действия враждебных рун мышцы обезболиванием.
Вдруг привычные интонации разговоров изменились на более встревоженные, я невольно прислушалась.
– Принцессу пытались убить!
– В принцессу стреляли.
– Её высочество в опасности!
Я вскинула голову и увидела в толпе Кайдена. Чуть натянув поводья, он смотрел на меня. Так пронзительно, что у меня быстрее заколотилось сердце, перехватило дыхание.
Толпа отхлынула от нас, завибрировал и уходил из-под контроля мой поток магии, и поток Реи стал отступать, выскальзывать из общей вязи.
Все спешили к принцессе. Но Кайден держал перебирающего копытами белого жеребца и смотрел мне в глаза, словно не мог оторваться.
Мне резко захотелось, чтобы Чигару не лежал
Всё больше людей припускали лошадей куда-то туда, где находилась Венанция, а Кайден оставался на месте и смотрел на меня. И мир будто отступал, растворялся, в нём остались только Кайден, я и моё безумно колотящееся сердце.
Казалось, это мгновение длилось вечность, но на самом деле даже половина из окружавших нас гостей и слуг не успела полностью скрыться за кустами, а Рея ещё взбиралась на лошадь, когда Кайден с каким-то усилием (или мне так показалось?) отвернулся и приказал:
– Борво, отвечаешь за неё головой!
– Головой, так головой, – вздохнул Борво, направляя к нам коня, а Кайден дёрнул поводья.
Так резко, что его белоснежный жеребец приподнял передние копыта и, эффектно ударив ими по воздуху, развернулся и припустил прочь, на ходу наливаясь золотым светом.
А Борво уже отдавал распоряжения другим воинам из свиты Кайдена, и нас с Чигару брали в охранное кольцо.
Он заскрипел зубами. Только теперь я вновь осознала буйство целительской магии в себе и поспешила усилить и перенаправить поток, пытаясь унять его боль. Согласившиеся помочь целители косились в ту сторону, куда сейчас устремились все, но, к их чести, продолжали лечение.
***
Пока где-то там разбирались, что и как, пока просачивались слухи, что принцессу спас кто-то из апрумцев, с раной Чигару было покончено. Рея не возвращалась, и, собственно, его не от кого было спасать, но всё равно Чигару ухватил меня за запястье и посмотрел в глаза:
– Побудь со мной…
Я оглянулась по сторонам: воины Кайдена, несмотря на сообщение, что все собираются вернуться в столицу, охраняли нас, поэтому смотрели по сторонам и даже в небо.
– Пожалуйста, – выдохнул Чигару и наклонился ближе, пощекотал дыханием щёку. – У меня до сих пор кружится голова, а ехать одному в фургоне… не могу из-за репутации.
Чуть отстранившись, посмотрела ему в глаза, но так и не поняла, он шутил или говорил серьёзно. Опять огляделась: убитого грузили на повозку слуги, несколько его спутников остались здесь же и больше смотрели на нас, чем высматривали вдали принцессу.
А мне вдруг подумалось, что сейчас ехать на лошади – не лучшая затея.
– Хорошо, – согласилась я. – Давай поедем в фургоне.
Он закрыт от посторонних взглядов, можно не бояться «случайного» выстрела.
Чигару коснулся моей щеки, я вздрогнула и вновь уставилась на него. Несколько мгновений мы оставались в таком положении, пока он, наконец, не отодвинулся от меня, чтобы потянуться за плащом и накинуть его на обнажённые плечи.
– Спасибо, что подлатала. – Он помедлил, собираясь с силами, и поднялся, предложил мне руку, но я встала сама и отряхнула красные шаровары.