Целители не лечат

Ловиз Мия

— Моргана… кхм… — ректор даже на мгновение растерялся.

— Господин ректор, — рыжая выразительно посмотрела на отца и бросилась к Илару. — Ты только посмотри, что эта ненормальная сделала с моим…

— Достаточно! — прервал её золотой и перехватил руку девушки, которая уже тянулась к его щеке.

Странные у них отношения какие-то.

Я моргнула, глядя, как рыжая вся из себя заботливая киса снова потянула ручки к Илару. Хоть бы да за рукав вцепится своего Золотого и показать всем, что он её.

Серьёзно?

Она

ещё и играет роль спасительницы, будто только что не пыталась выплавить меня взглядом из чистого огня ревности.

— О, боги, — выдохнула я себе под нос, закатывая глаза. — Вот только театра мне не хватало.

Илар, конечно, выглядел невозмутимым, но я успела заметить, как у него дёрнулся уголок губ, когда он перехватил её руку. Да, да… держи, герой, не обожгись на этой кукле.

Кейл стоял рядом — холодный, как всегда, но глаза его едва заметно потемнели. И если бы взгляды могли убивать, то бедная Моргана уже валялась бы на полу в дымке магического перегруза.

А я? Я просто стояла посреди всего этого балагана, чувствуя, как раздражение тихо поднимается до самого темени.

— Мисс Ратт, — наконец подал голос ректор, сдержанно, но с опасным тоном, от которого хотелось юркнуть под ближайший стол. — Благодарю за заботу, но, полагаю, в следующий раз вы будете входить в кабинет менее эффектно.

Рыжая чуть нахмурилась, бросив на меня взгляд, полный яда и лишь хмыкнула. А я в ответ мило улыбнулась. Ну, так, чисто из принципа.

— А теперь к делу, — продолжил ректор, снимая очки и устало потирая переносицу. — Раз уж все участники спектакля в сборе… вынужден сообщить: за драку, разрушения башни и нарушение устава академии вы, — он ткнул пальцем в сторону Илара и Кейла, — получаете недельное взыскание.

Он сделал паузу, перевёл взгляд на меня, и я уже заранее внутренне застонала.

— А вы, адептка Снежина, как активная участница и, по вашим же словам, «миротворец»… отправляетесь вместе с ними.

— Что? — вырвалось у меня от такой несправедливости.

Ректор только поднял бровь.

— Каждый вечер, начиная с завтрашнего дня, — отчеканил он, — будете помогать в загонах магических зверей. Чистка, кормление, уход. Смена формы на рабочую — обязательна.

Я поперхнулась воздухом.

— То есть… дрались они, а страдать будем все?

— Прекрасно подмечено, адептка Снежина, — сухо ответил ректор. — Ваши кураторы уже будут оповещены.

Он поставил печать на каком-то документе, словно ставил крест на нашей свободной жизни.

— Свободны. И да… постарайтесь хотя бы сегодня не разрушить академию.

Я развернулась к парням. Илар выглядел так, будто вот-вот рассмеётся. Кейл — будто готов исчезнуть в воздухе, лишь бы не слышать и не видеть всех.

— Ну что, — фыркнула я, скрещивая руки на груди, — поздравляю, мальчики. Завтра мы с вами официально

станем конюхами.

— Ты хотела сказать — дрессировщиками, — поправил Илар с невинной улыбкой.

— Нет, именно конюхами, — отрезала я. — И если хоть один из вас попытается переложить лопату на меня, я этой лопатой и огрею.

Кажется, ректор тяжело вздохнул нам вслед, когда мы покидали его кабинет. И знаете, я его понимала.

Оказавшись в коридоре, я едва не застонала вслух.

Чудесно. Просто чудесно. Можно сказать, это официальное признание: мой талант влипать в неприятности достиг нового уровня. И теперь вместо тренировок или спокойных вечеров с книгой — магзвери, грязь и вонючие вёдра.

Шла к общежитию с прямой спиной, как будто гордо несла орден «За героизм». Хотя внутри хотелось завыть. Кейл шёл впереди молча, его шаги гулко отдавались в коридоре. Илар — позади, с тем самым самодовольным видом, будто ему только что вручили медаль за вклад в хаос.

Вот уж действительно, золотой, но мозгов — с гулькин нос.

А Моргану ректор задержал у себя, что очень радовало. У меня вообще в планах было сменить обстановку и хорошо провести время в городе. Влияет ли наказание на возможность покидать территорию академии?

— Снежинка, — донеслось сзади, — надеюсь, у тебя есть рабочая одежда.

— Надеюсь, у тебя есть совесть, — буркнула я, не оборачиваясь.

— Потерял лет в семь, — весело ответил Гримнир.

Я просто ускорила шаг. Если сейчас не уйду, кто-то точно окажется с фингалом — и это буду не я.

На своём этаже наконец позволила себе выдохнуть. Плечи опустились, шаг стал легче, а сердце успокаивалось после утреннего цирка. Внутренний настрой — «Меньше драконов в выходной!» Эта раса свой лимит уже исчерпала.

Стоило открыть дверь в свою комнату, как из-за угла вылетела Брина, за ней — Лори. Обе сияли, как две лампочки на фестивале.

— Лекс! — воскликнула Брина, подбежав, сграбастала меня за руки. — Что случилось?! Говорят, ты устроила драку на башне с двумя самыми красивыми парнями академии!

— Это неправда, — вздохнула я. — Драку устроили они. Я просто… немного вмешалась.

— Вмешалась? — Лори театрально прижала руку к груди. — То есть ты стояла между ними, когда они махали кулаками и крыльями?

— Ну да, — ответила машинально, но всё же добавила: — Или почти «да»…

— О, великое небо, — простонала Брина. — Это же чистая сцена из романтического романа! Они дерутся из-за тебя, ты — в слезах, магия, вспышки, признание в любви!

— Единственная вспышка, которая была, — это от заклинания, которое чуть не спалило башню, — сухо ответила я.

Лорелей прыснула со смеху, Брина ахнула и схватила меня за плечи:

— И что теперь? Что сказал ректор?

— Уборка загонов магзверей. Каждый вечер.