Целитель и сид
Шрифт:
— В принципе, это несущественно. Преступник мертв, так или иначе. Но вы бы могли помочь мне и Герцогству несколько иначе.
— О чем вы?
Суэрте прикрыл дверь и опустил засов, отрезав нас от снующих в коридоре людей.
— Пообещайте, что все сказанное мной в этой комнате не выйдет за ее пределы.
— Хорошо… обещаю.
— Вы владеете «базовым восстановлением». Есть подозрение, что одного важного человека подменили, заменив двойником. Сходство настолько велико, что даже его жена обманулась. Некоторые скрытые приметы могли подделать.
— Предположим, я это сделаю. И что дальше?
— Не все так просто. Нужно будет подобраться к нему поближе. Вы неизвестны при дворе. А он весьма охоч до женщин. Любое новое лицо при дворе вызывает его интерес.
— Как вы смеете! — я готова была взорваться от ярости.
За кого он меня принимает? Я не невинная дева, но и не шлюха, тем более на жалованье у государства. Темные волны вздымались внутри, отбрасывая тени по углам. Я готова была высосать до дна его Жизнь… это отрезвило меня.
— Нет-нет, вы все не так поняли…
Впервые на его невозмутимом лице мелькнули эмоции.
— А как вас понимать, господин Суэрте? Вы выбрали не тот способ и предмет, чтобы вести переговоры. Тут два варианта. Я получаю картину и делаю то, что вы сказали, а потом ничто не мешает мне «отблагодарить» вас по-своему. И другой. Можете оставить картину себе, а я бросаю ремесло целителя и учусь на некроманта. Пожалуй, я выберу второй вариант, но шлюхой никогда не стану.
— Не надо горячиться, госпожа Твигги. Ваши учителя тоже во многом зависят от меня.
— Кажется, мы так и не придем к общему знаменателю, — сказала я и поднялась с намерением выйти из комнаты.
— А если я отдам вам картину безо всяких условий? — донеслись мне вслед слова Суэрте.
При этих словах я остановилась.
— И в чем подвох? — обернувшись, спросила я.
— Ни в чем. Картина ваша, я оставлю ее в мастерской. Тем более, что она еще должна просохнуть. А вы обдумайте возможность поучаствовать в интересующем меня проекте, за отдельную плату, разумеется. Ни о каком разврате и речи не идет. Возможно, я даже доставлю подозреваемого для беседы в наше Управление, а вы сделаете то, о чем я просил.
Я так и не сомкнула глаз этой ночью, а на небе розовой полосой уже занимался новый день. Поддержать себя силой Жизни я тоже не могла. Взбодрившись кофе и настойкой горного корня, я поплелась на занятия.
На уроке по травоведению я забилась на заднюю парту и клевала носом, изредка записывая за учителем. Пару раз он поймал меня за этим, но ответы на вопросы были мне давно известны, так что врасплох меня застать не удалось. Девушки-медикусы, которым досталось на опросе, недовольно косились на меня.
Наконец я «расходилась», а окончательно проснулась на уроке по расоведению, когда мои уши уловили нечто интересное.
— …мы покажем уникальное зрелище, снятое на Тета на архаичный носитель. Как вы знаете, а, может, и не знаете, — улыбнулась госпожа Минериа, — но сиды создают вокруг себя пространственно-временные
Пожилой гном-механик богатырского сложения и совсем не богатырского роста установил на подставку проектор, вложил внутрь пластину с обмоткой из тончайшей проволочки, а затем начал исступленно вращать ручкой машины. Что-то загремело в недрах проектора, и на натянутом белом экране появилось плоскостное изображение. Один из студентов по знаку госпожи Минериа приглушил светильники.
На экране беззвучно разворачивалось действие. Это было то самое выступление с Арены, которое я пропустила.
Глава 14
Гном что-то подрегулировал, и появился звук.
— Начинаем решающий поединок за титул чемпиона-а-а!!! — начал заводить толпу ведущий, пестро наряженный человек с крашеными во все цвета радуги волосами. Его глаза были неестественно большими, а нос и рот кукольно-маленькими в результате хирургического вмешательства. — Сегодня решится, кому достанется легендарный кристалл Дорки!! А теперь поддержим нашего любимца!!!
Камера крупным планом показала сначала приз, стоящий на подставке рядом с ведущим, а затем Золотого Лиса и его соперника. Хинец был по-прежнему без брони, с черном ифу с фениксами. Смуглое лицо с раскосыми глазами было невозмутимо. Он обнажил клинки и картинно сделал несколько махов, а потом поклонился перед публикой. Люди на трибунах ревели как сумасшедшие.
— А вот и соперник Золотого Лиса!! Кто дерзнул соперничать с ним за при-и-из??? — в экстазе провыл ведущий.
Наезд и крупный план на сида. Рейвен не счел нужным кланяться перед «людишками» или устраивать шоу. Он стоял спокойно и неподвижно, словно выпав из реальности, и только опустившиеся вдруг веки, когда он моргнул, выдали, что он жив.
Он, в отличие от противника, облачился в неприметную тунику из небеленого полотна и широкие брюки. Волосы он заплел от макушки в длинную косу и навязал в пряди каких-то ленточек. Интересно… в статье о сидах упоминалось, что это клановые знаки. Тип плетения и цвета… жаль, не разглядеть поближе.
— А теперь реклама!! Наш спонсор, производитель спортивных товаров «Хуго Исин» желает вам чистой победы!!!
На экране появились идеально-счастливые загорелые люди, под бодрую музыку занимающиеся «спортом». При виде девушек в шортах наши студенты подозрительно оживились, а студентки зашушукались между собой.
Реклама сменилась изображением Арены. Круглая площадка из искусственного камня, окруженная трибунами, могла вместить не двоих, а несколько десятков соревнующихся.
С одной стороны Арены стоял хинец, а по другую — сид. Все это отдавало какой-то дешевой театральщиной. Кто бы ни ставил спектакль, он не отличался хорошим вкусом. Но — толпе виднее, — это явно работало!