Цель мафии
Шрифт:
— Твой, — сказала она, как я и знал.
Я встал из-за стола и трусцой побежал в сторону замка, где был спрятан ее подарок. Схватив пульт, я нажал на кнопку, запустил свой подарок и маневрировал им за углом.
Фрэнки вздрогнула, а Раф крикнул:
— Che figata! (Как круто!) — да, я знал, что мой подарок крутой.
Глаза Ноэми стали размером с блюдца. Она спустилась на землю и подошла ближе, чтобы посмотреть на мой подарок.
— Что ты думаешь, Мими? — я направил детский розовый электрический
— Джулио, какого черта? Ты пытаешься ее убить? — резко сказала Фрэнки, хлопнув ладонью по столу. — Фаусто, сделай что-нибудь, пока я не задушила твоего старшего сына.
Я подозвал Мими.
— Это совершенно безопасно. Lamborghini сделали специально для нее. У нее есть ремни безопасности, и она не может ехать со скоростью более десяти миль в час, — дверь скользнула вверх к небу, как у настоящего Lamborghini. — И у машины иметься родительский контроль, который в любой момент может отменить действия водителя.
— Я тоже хочу такую! Папа, можно мне машину? — когда я помогал сестренке забраться внутрь, появился Раф.
— Ни в коем случае, — ответила Фрэнки. — И эту мы себе не оставим.
— Dolcezza, (Милая) — сказал Фаусто, поднимаясь, чтобы осмотреть машину. — Ты не можешь лишить девочку подарка. Дай мне посмотреть, — он взял пульт из моей руки и изучил его, затем осмотрел саму машину.
— Они заверили меня, что это безопасно для нее, — ответил я специально для него. — Я сказал им, для кого подарок.
— И ты прошел через моего связного там?
— Si, certo.
Наклонившись, он спросил Ноэми:
— Не хочешь ли ты прокатиться совсем немного, чтобы проверить, понравится ли тебе?
— Per favore, Papa! — она кивнула головой и схватилась за маленький руль.
— Фаусто, клянусь Богом, — сказала Фрэнки. — Если с ребенком что-то случится, тебе, ох, как не поздоровиться.
Фаусто закрыл дверь крошечного автомобиля. Ноэми помахала ему рукой, и он показал ей большой палец вверх. Затем он начал движение вперед. Она засмеялась, ее улыбка была самой широкой, какую я когда-либо видел. Через несколько секунд отец остановился, и Ноэми запротестовала.
— Еще раз, папа!
— Позже, polpetta,(фрикаделька) — сказал он и помог ей выйти из игрушечной машины. — Что нужно сказать брату за подарок?
— Grazie, Lio! — она обняла меня, и мы все вернулись к столу, чтобы сесть.
— Есть еще один подарок, — сказал я младшей сестре. — Алессио принес тебе кое-что.
С милой улыбочкой мой мужчина передал Ноэми завернутую коробку. Когда она приняла ее, Фрэнки пробормотала:
— По крайней мере, у одного из вас есть мозги.
Я подмигнул ей, и она пнула меня под столом.
— Хватит портить моих детей.
— Ничего не могу с собой поделать, — в ответ я пожал плечами.
Ноэми открыла коробку Алессио
— О, Боже мой, — сказала Фрэнки. — Это?..
— О, черт, — пробормотал Марко себе под нос.
Алессио уже встал со стула и шел внутрь замка, где мы оставили подарок Ноэми.
— Мама, что это? Браслет? — моя сестра трясла ошейник в руке.
Фрэнки стреляла в меня кинжалами.
— Какого черта? — пробормотала она.
Вернулся Алессио с извивающимся щенком на руках. Вокруг стола раздались вздохи. Раф подбежал первым, протягивая руки вверх.
— Собака! Дай мне! Я хочу ее подержать.
— Раффаэле, — огрызнулся Фаусто. — Успокойся. Она принадлежит твоей сестре.
— Мы подумали, что дети могут поделиться собакой, дон Раваццани, — сказал Алессио, поднося животное ближе к Ноэми. — Это если Ноэми не возражает.
— Щенок, — прошептала моя младшая сестра. Она протянула маленькую руку, а затем отдернула ее, выражение ее лица было испуганным.
— Вот, — сказал Алессио, опускаясь на колени возле кресла Ноэми. — Я возьму ее на руки, а ты можешь погладить. Почувствуй, какая мягкая у нее шерстка.
Ноэми погладила шерсть собаки.
— Она мягкая. Как ее зовут?
— Сама назови ее, принцесса, — сказал я.
— Она хорошая? — Ноэми спросила Алессио.
— Очень, — пообещал он.
Он был нежен, помогая ей и Рафу привыкнуть к щенку, и у меня мелькнула мысль, что когда-нибудь мы будем делать это с нашими собственными детьми. Алессио был бы отличным отцом. Хотел ли он вообще иметь детей? Мы еще не затрагивали эту тему.
К слову, о разговорах, мне нужно было прояснить ситуацию с моим отцом.
— Папа, можно поговорить наедине?
— Не удивляйся, если тебя закроют, когда ты вернешься, — сказала мне Фрэнки.
— Тогда ты не увидишь, что я тебе привез из Испании, — я усмехнулся и поцеловал ее в макушку.
— Я тебя ненавижу.
— Нет, это не так, — я подошел и встал рядом с отцом. Он направился к ферме.
Когда мы отошли от остальных, я сказал:
— Ты должен простить его, ведь я простил.
— Преимущество быть доном в том, что я никому ничего не должен.
— Ты должен, если хочешь, чтобы твой старший сын остался в твоей жизни.
Папа сцепил руки за спиной
— Ты выбираешь его вместо своей семьи?
— Однажды я сделал это с Паоло, и сделаю это снова, — ответил я без колебаний.
— Ma dai, этот человек-убийца так много для тебя значит? Человек, пытавшийся убить меня, нанятый, чтобы убить тебя, и солгавший тебе?
— Ты и раньше нанимал убийц. Ты знаешь, что это не личное. Д'Агостино виноват в обоих этих контрактах, а не Алессио, — я выдохнул. — И да, он много значит для меня. Я люблю его.