Цель мафии

Финелли Мила

— Точно, — сказал Алессио, и я продолжил игнорировать их обоих.

Казалось, что мы шли вечность. На темной воде покачивались парусники и рыбацкие лодки. Мне стало интересно, какая из них ее.

Она направилась к длинному пирсу, уходящему вдаль. В конце стоял шикарный катер «cigarette». Такие используют для перевозки наркотиков. Мне это было знакомо. У многих колумбийцев, с которыми я работал, были такие лодки.

— Топлива в ней полный бак. Удачи, — остановившись, она протянула ключи Алессио.

— Не

волнуйся я верну ее, — сказал он, взяв ключи.

— Я не волнуюсь. Сделай все, что в твоих силах.

— Нам нужно попасть во Францию, — сказал я. — Быстро. Есть идеи, где мы можем остановиться, чтобы заправиться?

— Если вам нужно попасть во Францию, — сказала миссис Кэмпбелл. — Вам понадобится самолет.

— У тебя, случайно, нет такого? — сухо спросил Алессио.

— Нет, но у моего старого друга на Скае есть, — она достала свой мобильный. — Посмотрим, возьмет ли он трубку.

Алессио

Ницца, Франция

Пока Джулио связывался со своим другом, я отправился вглубь города, найти провизию. Ниццу переполняли полуголые веселящиеся туристы, из-за жаркого солнца Ривьеры. Я не стал отвлекаться и отправился на рынок. Мы были измотаны дорогой на перекладных на лодке и самолете.

Друг миссис Кэмпбелл был пилотом «Королевских ВВС». Управлял небольшим самолетом, который держал на острове Скай для экскурсий. К счастью, он с готовностью согласился на поездку на юг Франции за большую пачку евро.

Но, прежде чем отправиться за покупками, мне нужно было сделать звонок.

Разблокировав телефон, я нашел нужный мне контакт и позвонил.

— Pronto, — ответил Вито Д'Агостино.

— Мне нужно поговорить с твоим братом.

На заднем плане раздался голос. Включили громкую связь.

— Я тут, Алессандро. Чем я могу тебе помочь?

— Ты и Джианна Манчини. Это правда?

— Я не понимаю, какое это имеет отношение к тебе.

— Потому что ты связался со мной. Несколько месяцев назад. Сказал, чтобы я ехал в Малагу, помнишь?

Наступила пауза.

— У тебя ведь ничего не получилось?

Я не мог понять, надеется ли он или беспокоится о результате.

— Ты должен был сообщить мне, когда ситуация изменилась.

— Ты звонишь, чтобы отсчитать меня? Ma dai,(Завязывай,) Риччи. Надеюсь, что ты понимаешь что делать.

— Я тебе не принадлежу, Д'Агостино. И тебе не стоит меня злить. Иначе я расскажу Раваццани, и его жене, о том, кто заказал Джулио. Что это сделает с твоей маленькой счастливой домашней жизнью? — сквозь стиснутые зубы ответил я..

На линии стало очень тихо. Когда Д'Агостино заговорил, его голос звучал низко и глубоко.

— Если ты это сделаешь, coglione,(ублюдок) я расскажу,

кто был на той крыше в Сидерно четыре года назад. Не думаю, что тебе это простят.

Я не мог позволить Джулио узнать об этом. Он бы не остался. Возможно, он даже попытается убить меня снова.

— Итак, договорились, — сказал я, крепче сжимаю телефон. — Я буду хранить твой секрет, а ты мой.

— Я не люблю оказывать услуги другим.

— Очень жаль. У нас нет другого выбора.

Молчание затянулось. Вероятно, они с Вито отключили телефон, чтобы обсудить предложение. Я ждал, уворачиваясь от туристов, идущих на завтрак.

— Отлично, — сказал он. — Мы унесем это в могилу. И забудем этот номер.

Он отключился.

Dio santo, (Твою мать) видимо, он чертовски сильно любит Джианну Манчини.

На моем лице заиграла довольная улыбке, я свободен. Наконец-то навсегда избавился от Д'Агостино и Раваццани. Никто никогда не узнает о моем участии в их вражде.

И я мог добиваться Джулио как партнер... любовник... парень. Все, что он захочет. Ярлык не имел для меня значения, лишь бы мы были вместе.

В сердце поселилась боль. Я подозревал, что это чистое счастье.

Я купил на рынке столько сыра, мяса и хлеба, сколько мог унести, а затем направился обратно к докам. Джулио как раз пил кофе и ел круассан, когда я нашел его. Он жестом указал на свободное место напротив себя. Пакет с моим завтраком ждал на столе.

— Grazie, (спасибо) принц, — я открыл пакет и достал сначала круассан. — Что сказал твой друг?

— Они разворачиваются и подойдут ближе к берегу. Где-то минут через сорок пять или около того. Он пришлет кого-нибудь с лодкой, чтобы забрать нас.

В утреннем свете я не мог наглядеться на него. Небритый, в солнцезащитных очках, с беспорядочными волосами, Джулио был великолепен. Он вписывался сюда, в этот прекрасный город с самыми красивыми людьми. Но он хорошо выглядел, куда бы ни пошел.

Я ничего не мог с этим поделать. Сняв с его лица солнцезащитные очки и наклонился над столом, и услышал его вздох, перед тем как прильнуть к его губам в поцелуе. Я медленно целовал принца, нуждаясь в моменте уверенности в том, что он здесь. В безопасности, со мной.

Со мной.

Через несколько секунд я отстранился и вернулся на свое место. Щеки Джулио раскраснелись.

— Я не думал, что ты эксгибиционист.

— Я не могу целовать тебя на людях?

— Конечно, можешь. Я не думал, что ты захочешь. Ты довольно закрытый человек.

— Ты думаешь, я стеснительный?

— Нет, — он отпил из своей чашки. — Закрытый — не значит застенчивый. Закрытый — значит, что я ни черта не знаю о твоей жизни, кроме того, чем ты зарабатываешь на жизнь, что тебя воспитывала бабушка, и что у тебя есть помощница по имени Саша.