Carte blanche
Шрифт:
— Мы сдавали с тобой вторую карту! — вдруг, просияв, закивал головой Димка. — Ты — Артём, да?
— Артём, Артём, — отмахнулся он и вернулся к волнующему его вопросу: — Так ты кому карту рисовал? Себе?
— Себе, — хмыкнул Димка. — Зачем мне карта? Она у меня была.
— Как это? Ведь ты же её… Я же видел, как ты её…
— Нет, — замотал косматой головой Димка, — Она всегда была со мной…
— Карта?
— Даша.
Артём вздрогнул и на миг прикрыл глаза.
Даша. Яркая, как солнечный зайчик, ясная, как погожий летний день.
Очень хотелось спросить, где она и что с ней стало, но Артём промолчал. Он был
Актовый зал городского комитета картографии уже не давил своей торжественностью так, как в первый раз.
Да и выпускников сейчас было меньше. Кто-то задержался в пути — слишком много времени провел на каком-то острове или выбрал долгий маршрут; кто-то и вовсе не смог добраться до порта назначения. Последним приходилось хуже всего. В то время, как все остальные получали новые карты, недоплывшие должны были смириться с тем, что в их жизни больше не будет вояжей. Не сделавшие всех обозначенных на карте открытий в срок не имели права получать следующую. Картографы снимали ответственность за маршрут их жизни и оставляли дрейфовать в одиночестве — без целей и без ориентиров.
На первом выпускном Артём был слишком занят рассматриванием новой карты, чтобы обращать внимание на тех, чьи вояжи закончены. В этот раз вышло по-другому.
Получив из рук председателя городского комитета картографии плотный конверт, Артём нетерпеливо его разорвал. Третья карта, новенькая, глянцевая, как и предыдущие две, вкусно пахла типографией.
Артём жадно разглядывал незнакомые линии. Отплывал он из последнего порта второго вояжа — Получить профессию. Впереди — густой архипелаг островов, не вытянутый в ряд по одному, как на первых двух картах, а расплывшийся густой кляксой — не понять, с которого начинать и каким маршрутом следовать. Названия земель, которые ему предстояло открыть, нанесены тонким, изящным шрифтом: Инженер-эколог, Жилье, Волонтёрство в союзе охраны водных ресурсов, Семья, Поездка на Енисей, Ребенок, Гребля на байдарках…
Артём повернулся к Димке, собираясь поинтересоваться, что же приготовили картографы его приятелю — и слова застряли в горле.
Бледный, как зимнее утро, Димка медленно рвал свою карту.
Только что полученную третью карту!
Плотная глянцевая бумага скрипела, не поддавалась дрожащим пальцам, но он упорно терзал края до тех пор, пока не появилась бахрома, за которую уже можно было поудобнее ухватиться.
Даша же, всегда такая яркая и ясная, отвернулась от Димки и, кажется, беззвучно плакала, сжимая в руке конверт с новой картой.
Артём бросился к приятелю, схватил его за руки:
— Ты что делаешь!
Димка медленно сфокусировал взгляд на лице Артёма. С трудом разжал стиснутые зубы:
— Она мне не нужна.
От неожиданности Артём даже отступил на шаг.
— Как не нужна? Ты что!
— Не нужна, — ровно, без эмоций повторил Димка и добавил: — Не такая.
— Дим, — попытался уговорить Артём приятеля: — Дим, планы картографов — планы народа. Пока еще не случилось ничего непоправимого; ты разгладишь карту, успокоишься, подумаешь… Помнишь, на первом выпускном ты и в училище искусств не хотел, а посмотри, как у тебя прошёл вояж — лучше всех на курсе! Ну, что ты там такого страшного увидел? Тебя отправили на остров Уличный художник или к материку Учитель
Артём осторожно вытащил смятую, надорванную карту из рук приятеля, расправил, пригляделся к названиям запланированных открытий.
— Э, Дим, да ты что! Ты названия-то читал? Семья, Дети, Коллекции, Вернисажи, Выставки, Музеи, Аукционы… Ты дурак — такую карту рвать? — едва не закричал он. — Даш, ну скажи ты ему!
Даша медленно обернулась, и Артём, посмотрев на её бледное лицо, как-то сразу всё понял. И больше уже ничего не говорил — просто вытащил кусок бумаги из ее пальцев, бросил всего один взгляд — и у него перехватило дыхание.
Дашина карта белела нетронутой глянцевой пустотой.
…А Димка, тем временем, рвал свою карту.
Димка, с отсутствующим видом бродивший по квартире, извлек из глубин своего затуманенного сознания какие-то обрывки воспоминаний о том, как надлежит вести себя с гостями, и пригласил Артёма на кухню. Там обнаружились электрочайник, ароматная заварка и красующейся посреди пустого стола замок из кусочков комового рафинада.
— Со стен бери, — строго предупредил хозяин и подал пример, осторожно сняв кусок сахара возле угловой башни. — Иначе им оборону не удержать.
Артём аккуратно внёс свою лепту в разрушение стен крепости и рассеянно наблюдал за тем, как Димка достал из закромов дешевого шкафа-пенала коробку с комовым рафинадом и принялся осторожно восстанавливать пострадавшую фортификацию.
"Неужели меня ждёт то же самое?" — со страхом думал он, наблюдая за невнятно бормочущим Димкой. — "Неужели это из-за того, что нет карты?"
— А ты почему не в вояже? — не отрываясь от сахарно-восстановительных работ, спросил вдруг Димка.
— Так получилось, — пожал плечами Артём.
— Как получилось?
Вспоминать Артём не любил. Плакаться и жаловаться на несправедливую судьбу не хотелось…
— Неужели третью не проплыл? — Димка оторвался от строительства и смотрел на давнего приятеля совершенно здравым, осмысленным взглядом.
Резкие качания маятника Димкиной вменяемости выбивали Артёма из колеи.
— Да нет, — нехотя отозвался он. Понадеялся, что Димка вернется к сахарному замку и забудет о нем, но тот не отводил внимательного взгляда, и Артём нехотя продолжил: — Помнишь, как были расположены на третьей карте острова? — Бросил опасливый взгляд на приятеля, сообразив, что снова упомянул больную тему. Димка был спокоен, и он продолжил: — На первых двух картах они ведь шли рядком, Первый класс, Второй, Третий, Первый курс, Второй… А на третьей — не пойми куда плыть, всё вперемешку, одной большой кляксой.
— Но ты проплыл? — перебил его Димка.
— Проплыл. И очень хорошо проплыл. Получил четвёртую, а там… Там — как на третьей, только еще хуже. Очень, просто очень много островов, только это уже не клякса-архипелаг, а клякса на всю карту. Проложить маршрут просто невозможно.
— И ты испугался, — Димка не спрашивал, он утверждал.
— Да, я испугался. Наверное, я бы посидел и разобрался; в конце концов, многие люди совершают четвёртый вояж и как-то справляются… Да только вскоре после третьего выпускного я наткнулся на рекламный плакат. Может, помнишь, были такие, зелёно-оранжевые. "Определение масштаба, движение по азимуту, измерение расстояний — не прокладывай маршрут сам, найми себе"…