Царица Тамара
Шрифт:
Царица. То-есть как?
Священник. Это имеет не малое значение; долго ли она там пробыла?
Князь Георгий. Его надо поймать. Если бы не было тумана, мы бы его сейчас нашли. Зачем Фатима при тебе?
Царица. Фатима? Не знаю. Я об этом не думала.
Князь Георгий. У тебя в замке есть двое турок, царица. У них есть шелковый шнурок.
Князь Георгий
Фатима опускает покрывало.
Георгий и Русудан входят через второй вход; друг за другом говорят: „доброго утра“ — обнимают и целуют мать, затем идут к Фатиме и обнимают ее.
Царица. Нет, ее не надо. Фатиму не надо. Вы должны целовать только меня!
Дети друг за другом. И Фатиму тоже. Целуют ее.
Фатима. Да благословит вас Аллах!
Царица. Зачем вы это делаете, дети? Вам разве хорошо с Фатимой?
Дети. Да.
Царица, подумав, встает. Ради детей моих я тебя прощаю, Фатима. Уходит.
Фатима. Благодарю, царица. Спешит за ней.
Князь Георгий. Сегодня мы будем играть. Ищи меня. прячется.
Русудан, повернувшись, начинает искать. Вот ты!
Оба появляются снова. Георгий снова прячется. Товинский хан появляется из глубины сцены, осторожно осматривается и кланяется, поднося пальцы к груди, рту и лбу.
Хан. Не бойтесь, дети. Где ваша мать? Пойдите и скажите ей… нет, не ходите. Будем играть. Может быть, она сама придет. Как мы вчера играли… Не бойтесь, дети! Скажите вашей матери, что хан вернулся. Теперь я спрячусь, только вы меня не находите. Милые дети, теперь вы не должны меня находить. Скажите царице… Прячется.
В глубине сцены появляются много солдат с копьями. Они останавливаются у входа, входят только двое и смотрят во все стороны.
Первый солдат. Сюда не вошел человек? Дети молчат с таинственным видом.
Первый солдат. Человек, одетый в черное? Дети молчать.
Второй солдат. Здесь нам нельзя искать. Оба солдата отступают.
Георгий в сопровождении Русуцан показывается. Плохо же вы ищите. Вот он! Уходить.
Несколько солдат входят и смотрят, потом все врываются, слышен звон оружия и потом одиночный крик.
Дети кричат и бегут ко второй двери. Мама!
Первый солдат. Он уж не дышит.
Второй солдат. Как же ему дышать, если в него всадили десять копий.
Первый
Голос. Многие. Посмотри!
Отходят в глубину, у многих копья в крови.
Царица и Фатима входят поспешно, солдаты отдают честь копьями.
Царица. Что я слышу! Вы тут убиваете людей!
Первый солдат подходит и падает на колени. Нам приказал князь Георгий.
Царица подходит, смотрит, вскрикивает. Да это хан!
Фатима тоже вскрикивает. Хан!
Царица. Откуда он? Господи Иисусе!
Первый солдат. Мы не знаем, откуда он пришел. Мы видели, как он вошел, и пошли за ним.
Царица. Куда же он шел?.. Фатима, это хан!
Фатима, пораженная. Я вижу.
Царица. Может быть, он еще дышит? Попробуйте принести его в чувство.
Первый солдат. Он уж не дышит. В него всадили десять копий.
Царица. Что вы наделали, солдаты? Что вы наделали?
Первый солдат. Нам приказал князь Георгий.
Царица. Идите, идите! Пойдите к князю Георгию и скажите ему, что хан убит.
Солдаты уходят.
Царица. Не того я хотела, когда вчера я ему обещала жизнь. Как ты думаешь, зачем он вернулся?
Фатима опускает покрывало, молчит.
Царица. Не на мне эта вина… Ты молчишь, Фатима?
Фатима. Да, молчу.
Царица. У него открыты глаза, я их закрою.
Фатима живо. Дай я! Закрывает глаза хану.
Царица. Я уберу всю его темницу цветами и велю пока отнести его туда. Так можно? О, какое несчастие, Фатима!
Фатима. Ты больше горевала, когда хан бежал, чем теперь, когда он умер. Отчего это?
Царица. Молчи. Я горюю об его смерти.
Фатима. Прости мне, но нет ли в тебе при этом и немного радости?
Царица. Немного радости?
Фатима. Потому что, может быть, хан вернулся из-за тебя, так как ты связала его.
Царица. Да, — а почему он вернулся? Может быть, из-за меня. Уж верно не из-за тебя.
Фатима. Да, в тысячу раз скорей из-за меня! Хан был правоверный! И ты не могла увлечь его своей лаской.
Царица живо. Ты не можешь этого знать, Фатима. Не из-за тебя он вернулся. Ведь ты же не любила его.