Царьград. Трилогия
Шрифт:
Понаблюдать? Алексей так и сделал, стараясь в точности запомнить рисунок. Красивый такой рисунок оказался, ежели хорошо присмотреться – лошадь, единорог, еще какие-то мифические звери.
Потом, в четверг, во время запланированной встречи с Епифаном в харчевне близ ворот Святого Романа, старший тавуллярий изобразил картинку на клочке бумаги и передал Епифану с наказом показать Мелезии – что-то она скажет?
Ответ стал известен Лешке уже через пару часов – сюда же, в харчевню, явились Епифановы криминальные мальчики.
«Это
Вот так! Модная, значится, вышивка! А не слишком ли завышенные претензии для скромной старухи?
Алексей специально потолкался по ближайшему – у Влахернской гавани – рынку, пообщался с купцами, походил по лавкам, даже прикупил бисеру самых разных оттенков. А вечером, после очередного сеанса лечения протянул Никомедису пару аспр, улыбнулся:
– Не успел сегодня поужинать, а в какую-нибудь таверну тащиться не хочется – сами видите, дождь!
Дождь и в самом деле хлестал сегодня почти целый день с завидным постоянством. Хорошо так хлестал, упорно, словно честно выполнял какую-то нелегкую работу. На улицах и площадях вспенились лужи, а многие тропинки у стены Константина превратились в непроходимые топи.
– Ужин? – Господин Никомедис с охотой взял аспры – мелочь, а приятно! Не берут ведь – дают. – Ну что ж, я пришлю экономку. Может, что-нибудь и осталось?
– Кстати, а как ее зовут, вашу работницу?
– Работницу-то? – Старик усмехнулся. – Иларией кличут.
Едва Никомедис ушел, молодой человек проворно рассыпал на столе бисер, отсортировал по размеру и оттенкам цвета и, услыхав за дверью быстро приближающиеся шаги, уставился на сияющие крошки туманно-задумчивым взглядом.
– Можно? – приоткрыв дверь, просипела старуха. – Хозяин приказал накормить вас ужином.
– Ужином? – Старший тавуллярий оторвал взгляд от стола. – Это хорошо.
– У нас одна похлебка осталась, – неприветливо буркнула экономка. – Ее и принесла.
– Так поставьте вот сюда, на стол, – небрежным взмахом руки, Алексей смахнул бисер в сторону.
Илария плюхнула на стол большую глубокую миску с не вызывающим никакого аппетита варевом и вдруг застыла.
– Вот, жена просила купить. – Лешка с улыбкой кивнул на бисер. – Сам не знаю – тот ли? Может, купцы подсунули что-то не то… Знаете, я сам в бисере не разбираюсь, и вовсе не легко найти знающего человека.
– Вот тут уж вы правы – совсем нелегко! – уже гораздо более любезно отозвалась Илария. – Впрочем, могу дать совет, если хотите…
– Конечно, конечно! Интересно узнать, что вы скажете?
Чуть наклонив голову, старуху внимательно оглядела рассыпанный по столу бисер, потом протянула руку:
– Вы разрешите?
– Да-да.
Взяв кучку бисера в пясть, Илария покатала бусины на ладони, потом подбросила
– Что ж, – усмехнулась экономка минут через пять после начала осмотра. – Могу сказать сразу, вот это… – резким движением она отделила часть бусин от остальных, – верните купцам – они вас обманули, этот бисер ни на что не годится! А вот с этим… – Илария прихлопнула ладонью по небольшой кучке. – С ним можно работать.
– А с этими как же? – Старший тавуллярий покосился на оставшиеся – довольно многочисленные бусины. – Что же – и их я тоже зря купил?
– Зря не зря… – экономка задумалась. – Так и быть – завтра сыщу вам рецепты, как их восстановить: молоко нужно, поташ, соду… да много чего. И смешать все в строгой последовательности!
– Я вижу, вы настоящий специалист в этом деле! – вполне искренне восхитился Алексей.
Старуха не стала отнекиваться:
– Еще бы! Ведь мой батюшка держал вышивальную мастерскую! Самому базилевсу оплечье бисером расшивали! Золотые были времена…
– Что ж сейчас-то? Разорились?
– Разорились? – Илария желчно усмехнулась. – Разорили – пожалуй, так вернее будет сказать! Поганые итальяшки!
– Понятно, – кратко кивнул гость. – Задавили, так сказать, более дешевым – и куда менее качественным – товаром массового производства. Знакомая ситуация. И все же, мне кажется, никакое мастерство в этой жизни лишним не будет, ведь так?
– Так-то оно так, – вздохнула старуха. – Да ведь для того, чтобы хоть что-то создать – деньги нужны, и немалые. Особенно – в нашем деле.
– Так спонсора надо искать!
– Кого-кого, господин мой?
– Постойте-ка! – Лешка хлопнул себя по коленкам. – Есть у меня один приятель, бывший владелец гончарных мастерских… Сейчас чем только не занимается, кстати, три корабля у него, у пройдохи рыжего… Так вот он, думаю, не отказался б и от вышивальщиц. Мастерскую б нашел, бисер и ткани купил. Думаю, даже рад был бы!
– О, господин мой, тут можно очень быстро прогореть. Правда, если Бог даст, то и заработать можно немало.
– Владос… Ну, приятель мой… Как раз из таких, что очень любят риск. Да-а, думаю, он бы поднял это дело. А вы знаете что… Кстати, вы, уважаемая Илария, буквы знаете?
– Знаю ли я буквы?! – Бабка неожиданно обиделась. – Да я в юности стихи сочиняла, не хуже, чем когда-то Кассия!
– Вот и отлично! – Вскочив на ноги, Алексей потер руки. – Тогда составьте-ка мне, скажем, к воскресенью, подробную роспись – чего надобно для создания мастерской, да какие будут предполагаемые расходы и – опять же предполагаемая – прибыль. Я ясно излагаю?