Бюро-13
Шрифт:
Бесценный эликсир! Такого не купишь ни за какие деньги, его приходится приготовлять, капля за каплей, — из крови, пота и слез, почти как в стихотворении русского поэта:
Из крови, пролитой в боях. Из праха обращенных в прах, Из мук казненных поколений… [65]Подготовка к сегодняшней битве истощила наш десятилетний запас. Если переживем эту ночь — придется многие месяцы, а то и годы обходиться без этого чудодейственного
65
Из стихотворения M. Волошина «Заклинание».
66
Из поэмы М. Волошина «Путями Каина».
Из лаборатории вышла Тина; что-то неважно она выглядит — под глазами тени… Зато ее деревянный жезл вновь наготове — полон сил. Секундой позже появился Рауль — с тонким, но прочным жезлом из стали, длиной в каких-нибудь полтора фута.
— Второй раз за такое короткое время укорачиваю жезл! — пробурчал он, выливая себе на голову эликсир и, как обычную грязь, смывая следы ран и ожогов. — Бюро у меня в долгу.
— Гораций Гордон лично украсит тебя золотой звездой.
— Да ну? А где мой путеводитель?
И вдруг лицо его исказила гримаса боли. Тина, рядом с ним, тоже, кажется, на грани обморока… Джордж поспешил предложить ей шоколадку. Бедняги! Магия страшно изматывает…
Освободить и разнуздать нетрудно Неведомые дремлющие воли: Трудней заставить их себе повиноваться. [67]Теперь я воочию вижу, что это именно так… Джессика не глядя открыла на нужной странице том с буквой «Н». Найдя Нью-Йорк, наш маг уставился на изображение боевого корабля, ставшего приманкой для туристов.
67
Из поэмы М. Волошина «Путями Каина» (ч. 3, «Магия»)
— Изумительная четкость! — и начал произносить заклинание.
Тревожная мысль мелькнула у меня… От души надеюсь — снимок сделан с берега, не с борта вертолета…
…И вот мы ступили на бульвар Генри Гудзона в Манхэттене. Перед нами на фоне ночного неба вырисовывался величественный силуэт «Неустрашимого». Позади осталась залитая неоновым светом Сорок вторая улица. По сравнению с мощным авианосцем, не менее двух городских кварталов длиной и с небоскреб высотой, все окрестные административные здания и отели выглядели жалкими недомерками. С берега он напоминал перевернутую гору из металла, с маленькой пристройкой наверху — своего рода проходной для таких, как мы, простых смертных, допускавшихся либо не допускавшихся на борт. Корабль внушал благоговейное чувство. Эта громадина, этот плавучий аэродром, светился тысячью огней: освещены и проходная, и автостоянка на берегу. На взлетной палубе — сотни разнообразных самолетов. Зато на стоянке ни одной машины… И на том спасибо.
— Что там за оружие? — полюбопытствовал Джордж, взирая на корабль
Кен, прищурившись, начал свой доклад, оказавшийся весьма пространным и каким-то… слишком официальным, что ли:
— Во время второй мировой войны «Неустрашимый» служил аэродромом для истребителей класса «эссекс». Каждый такой истребитель был оснащен четырьмя двуствольными пятидюймовыми пушками: две на носу, две в кормовой части. Плюс двадцать четыре мини-пушки сорокового калибра и несколько сот пулеметных гнезд.
Я присвистнул — не удивительно, что мы выиграли войну! Сандерс монотонно продолжал:
— Современные авианосцы оснащены также зенитными орудиями, атомными бомбардировщиками, ракетами типа «томагавк», универсальными ракетами «амстердам», а также ракетами противоспутниковыми, противоторпедными, противосубмаринными, противоракетными и противопротиворакетными. — Он перевел дыхание и зачастил дальше: — Как правило, на борту «Неустрашимого» находилась сотня различных самолетов-бомбардировщиков, истребителей и разведчиков плюс несколько десятков геликоптеров-спасателей. В последнее время музей обогатился еще сорока самолетами разных лет выпуска: «корсарами», «ведьмами», «дельта-дэггерами», «белл-энд-ховелл», «харриерами» и так далее.
— Как насчет брони? — задал вопрос Донахью.
— Взлетная палуба — из тикового дерева толщиной двенадцать дюймов, со специальным покрытием против буксования колес; пропитана особым огнестойким составом. Разрушена может быть путем интенсивной термической обработки либо напалмом.
— Здорово! — Минди выбросила вверх кулак.
— Под взлетной палубой расположен ангар со стальным полом толщиной восемнадцать дюймов. Корпус состоит из нескольких слоев армейской брони разных сортов, ее общая толщина тридцать шесть дюймов, неразъемного остова и скоб весом две тонны.
— Три пуда сверхпрочной брони?
— Да. Это старая посудина.
— Сколько же там этажей? — пробормотала Джессика, напряженно вглядываясь в гигантское судно и прикидывая в уме.
— Пятнадцать, — ответил Сандерс. — Восемь под взлетной палубой и семь — выше ее уровня. Наверху расположен центр управления боевой техникой: от аварийных систем до так называемого вороньего гнезда — наблюдательного поста на мачте, за радарными антеннами. Длина «Неустрашимого» восемьсот двадцать футов; он может одновременно принять команду численностью триста пятьдесят человек.
— Достойный соперник Советского флота! — с патриотическими нотками в голосе воскликнула Тина.
Пусть чародейку и выдворили с родины за ее магию, родная земля по-прежнему у нее в сердце.
— Откуда ты все это знаешь так подробно? — удивился я. — Служил во флоте?
Лейтенант-полковник Сандерс вытянул вперед указательный палец:
— Все это написано на двери будки, где продают билеты.
На этот раз я постарался не выказать удивления: он способен читать в темноте на расстоянии двухсот футов?!
— Как бы то ни было, — задумчиво произнесла Джессика, — сегодня там дежурят тридцать человек.
— Живых людей?
— Не уверена. Чувствую жизнь, но в незнакомой форме.
— Заключены в кокон? — допытывался Донахью. — Оборотни? Маньяки? Зомби? Протестанты?
— Да… Нет… Не знаю… — Джесс явно встревожилась. — Могу лишь сказать: охрана наделена разумом и настроена враждебно.
Я проверил свой М-16.
— Значит, будем считать членов экипажа мертвецами, оживленными Ларю, и убивать без предупреждения.