Быть лучшей
Шрифт:
– Везунчик, – кисловато заметил Барри. – Помяните мое слово, он еще полетит вверх тормашками. – Барри открыл одну из папок и быстро заговорил: – У меня тут собрана информация, которая вам нужна, о газетном концерне в Квинсленде. Их самый главный, вроде бы, готов продавать. У меня есть все цифры и наиболее важные подробности. Да, вчера вечером, едва вы ушли, звонил Грегори Кордовиан. Он хотел бы встретиться с вами.
– Ах вот как! – с оттенком удивления произнес Филип – Он что, хочет идти на мировую?
– Трудно сказать. Это
– Согласен. И насчет этих станций – может, вы правы.
Барри кивнул и постучал ногтем по другой папке.
– Тут отчеты о деятельности наших газовых и нефтяных компаний, о недвижимости в Сиднее и горнорудных разработках. Вам придется просмотреть их до четверга будущей недели, на который у нас намечена встреча с руководителями этих подразделений.
– Хорошо. Оставьте все это здесь, Барри. Что там у вас еще, Мэгги?
Секретарша перелистнула страницу в блокноте.
– Вчера под конец дня звонил Йен Макдональд. У него есть что предложить вам из парусов. Он спрашивал, когда вы сможете с ним встретиться. Например, пообедать у него.
– Завтра или в пятницу… У меня ведь ничего нет на эти дни?
– Завтра – нет. А вот в пятницу не получится. У вас назначена встреча с вашей матушкой и советом попечителей «Фонда Дэзи Макгилл-Эмори». Рабочий обед здесь, в вашей столовой.
– Да-да, конечно, совсем вылетело из головы. – Филип на минуту задумался. – Знаете, назначьте-ка лучше встречу с Йеном на будущую неделю. Так будет удобнее.
– Хорошо. – Мэгги поднялась. – Если это все, оставляю вас наедине. Позвоните, если захочется кофе, Филип.
– Спасибо.
Барри подошел к столу.
– У меня, собственно, тоже больше ничего нет. Если не возражаете, пойду к себе и займусь отчетом о зарубежных инвестициях вашей матушки. Я и так уж опаздываю к сроку, который вы мне дали.
– Ладно, Барри, вам виднее. У меня дел тоже хватает, – Филип кивнул на кипу бумаг, которые Барри только что положил на стол. – Увидимся, когда Том подойдет. Как только появится, сразу дайте мне знать.
– Ладно.
Оставшись один, Филип погрузился в изучение двух отчетов о деятельности железнорудных компаний, принадлежащих корпорации. Он начал с того, в котором было пятнадцать машинописных страниц. Час спустя, когда Мэгги принесла ему кофе, он читал второй отчет, делая время от времени развернутые пометки на полях. До сиднейской недвижимости Филип добрался только в десять. Не успел он дочитать материал и до середины, как на столе зажглась лампочка селектора и послышался голос Мэгги.
– Филип…
– Да, Мэгги?
– Извините, что отрываю, но звонит ваша экономка. Говорит, что срочно.
– Соедините.
Слева раздался
– Да, миссис Орденс?
– С миссис Эмори что-то не так, – без предисловий заявила экономка. В голосе ее звучала растерянность.
– Что вы хотите сказать? – резко произнес Филип, выпрямляясь и изо всех сил сжимая в руке трубку.
– Я никак не могу разбудить ее. Как вы велели, я зашла к миссис Эмори в половине десятого, но она спала так крепко, что я не решилась будить ее. Просто оставила в спальне поднос с завтраком. Но потом я зашла снова и вот уже десять минут не могу ее добудиться. Мне кажется, она без сознания.
– Боже мой! – Филип в сильнейшем волнении вскочил из-за стола. – Выезжаю! – крикнул он. – Нет-нет, это не поможет. Надо отправить Мэдди в больницу. Я сейчас позвоню туда, пусть высылают «скорую». Поезжайте с ней. Встретимся там в кабинете доктора Хардкасла. Но я еще перезвоню. Вы сейчас где, в спальне?
– Да.
– Ну и оставайтесь там, пока не появится «скорая». Не отходите от жены ни на минуту.
– Разумеется, сэр. Но, пожалуйста, мистер Эмори, поторопитесь. По-моему, дело плохо.
Глава 35
Частная машина «скорой помощи» доставила Маделину в больницу святого Винсента в Дарлингхорсте через пятнадцать минут. Больница эта была ближайшая к восточному предместью Сиднея и единственная, в которой оказывали экстренную медицинскую помощь.
Миссис Орденс устроилась на сиденье рядом с Маделиной. Держа ее за обмякшую руку она, как и обещала Филипу, глаз с нее не сводила. Бледное лицо Маделины было совершенно безжизненным, глаза плотно закрыты, но дыхание, слава Богу, было ровным.
Сразу же по прибытии в больницу Маделину перенесли в бокс экстренной помощи, а миссис Орденс, по указанию врача, провели в отдельный кабинет.
Розита Орденс ожидала Филипа Эмори. И тот мчался в больницу вместе с Малкольмом Хардкаслом, известным сиднейским гинекологом и многолетним своим другом.
Сжав пальцы, Розита Орденс не сводила глаз с двери. Скорее бы появился хозяин. Он бы сразу разобрался, что к чему. Розите было ясно одно, что взгляд, которым обменялись врачи скорой, едва увидели Маделину, обнадеживающим не назовешь.
Розита склонила голову. Все ее мысли были устремлены к очаровательной молодой американке, которую она так полюбила за последние восемь месяцев. Хоть бы с ней все было хорошо, хоть бы она открыла глаза и сказала словечко врачам, которые ее осматривали.
Розита, как и Маделина, была католичкой. Она принялась беззвучно молиться. «Пресвятая Дева Богородица, благослови Тебя Небо и пусть благословен будет плод чрева Твоего, Господь наш Иисус Христос… Пресвятая Дева Богородица, благослови Тебя Небо…» Вновь и вновь повторяла она слова молитвы, которая всегда выручала ее в трудные минуты. Она истово верила, что ее всеблагой и милостивый Бог услышит эти слова.