Быстрее С.
Шрифт:
Воображаю – перед сном он наверняка складывает ровной стопкой носки и нижнее белье, завязывает провод от телефонной «зарядки» аккуратным бантиком, а футболку вешает на плечики. И ни разу, ни разу в жизни он не опоздал на встречу, и не лег спать, не почистив зубы. Скукота!
Появляется официант, забирает тарелку, кладет передо мной меню и делает вопросительное лицо. Я отрицательно качаю головой и демонстративно откладываю меню в сторону.
Знаем мы ваш ценник. Тысяча рублей за кофе с пирожным…
Наконец
– Добрый день! – улыбаюсь я. – Прошу прощения за опоздание.
– Ничего страшного, – отвечает он. – Кофе будете?
– Я только что из дома, так что нет.
– Свежевыжатый сок? Завтрак? Я угощаю, – улыбается Иван.
Мне, пожалуйста, красный «порш» и домик за городом.
– Ну… хорошо, давайте кофе. Американо со сливками и два сахара, – сдаюсь я.
Официант испаряется.
– Итак, по поводу интервью, – говорит Иван, доставая из сумки листки с моим текстом. Ого, да он подготовился!
Иван кладет листки перед собой – в нескольких местах распечатанный текст жирно подчеркнут желтым маркером. Читал, видимо, вдумчиво. Сейчас начнет придираться.
– А можно на «ты»? – спрашивает Иван.
– Разумеется!
– Отлично. Итак, смотри: давай вот эту фразу вычеркнем, вот здесь надо как-то помягче сформулировать, не «ушел со скандалом», а, к примеру, «решил двигаться своим путем». Ну, придумай сама, как красивее будет. И вот этот кусок давай сократим, к черту все эти сантименты про детство. Меньше про меня знают – больше будут фантазировать. А это нам на руку, – улыбается Иван. – И еще вводный абзац меня немного смутил. Я пока не получил музыкальную премию, я только на нее номинирован, а ты так пишешь, словно награда у меня уже в кармане. Переделай, ок?
Я киваю, записывая все нюансы в блокнот.
– Что-то еще?
– Ну… в общем все нормально. Ты только после правки перешли мне снова, хочу глянуть окончательный вариант.
Интересно, отчего он не завел себе пресс-атташе? Руки не дошли или тратиться не хочет?
– Да, разумеется.
Я забираю листки с текстом. У Ивана тренькает телефон. Он снова погружается в беседу. Отложив блокнот, я наблюдаю, как по Арбату едут автомобили. День, обещавший стать солнечным, неожиданно состроил всем пасмурную гримасу – вот-вот пойдет дождь, а зонта у меня с собой, разумеется, нет.
В последнее время погода в Москве – как в субтропиках. Полдня – дождь, полдня – жара. Скоро, видимо, и правда конец света.
Появляется официант, приносит мой кофе – и мне наконец есть чем заняться.
Разговор Ивана с каким-то Сэмом, который должен подвезти ему какие-то диски, но все никак не находит времени, заканчивается лишь тогда, когда у меня заканчиваются и кофе, и сливки. На часах – начало второго. Придется оправдываться в редакции, рассказывать, что правка интервью затянулась.
– Извини, – говорит
– Ничего, все нормально. Так по тексту все?
– Ну в принципе да.
«Да» звучит не совсем утвердительно.
– Или все-таки нет? – уточняю я.
Иван смотрит на меня, напряженно о чем-то размышляя. Лишь бы он уже сказал «да». Дедлайн в четверг, сегодня вторник, времени на переделку практически не остается. Не люблю интервью с медиаперсонами. Сначала какая-нибудь певичка или актрисуля говорит одно, через пять минут она говорит другое, а в день верстки звонит ее пиар-директор и просит написать третье. В итоге звезда, разумеется, все равно остается недовольной и при первом удобном случае жалуется главреду.
Хорошо колумнистам в журналах. Сиди, анализируй реальность, пиши «от себя». Никто не заставляет тебя ходить по разным тухлым презентациям и совать микрофон под нос известным или не очень личностям, до которых тебе, откровенно говоря, нет никакого дела.
Так, кажется, еще пару месяцев такой работы, и я окончательно разлюблю людей.
– Слушай, а ты давно пишешь? – спрашивает Иван вдруг совершенно другим, не официальным тоном.
«С шести лет», хочу съязвить я, но не решаюсь.
– В смысле?
– В смысле – статьи. Интервью разные. Давно?
– Ну… вообще-то у меня журналистское образование. А пишу со школы, наверное. Там, стенгазеты, сочинения, все дела.
– Круто. Мне нравится.
– Что?
– То, как ты излагаешь материал.
Интересно, он издевается или действительно понравилось? И что вообще может понравиться в стандартном интервью на шесть тысяч знаков?
– Э… спасибо, – говорю я.
Иван опять делает паузу.
– А ты в Москве давно? – интересуется он.
Интересно, у меня на лбу написано: «приезжая»? Или меня выдала дыра на любимых кедах?
– Пятый месяц, – отвечаю с вызовом.
– Звучит как срок беременности! – хмыкает он. – А чего приехала?
– Э… А какая разница? – пытаюсь я быть тактичной.
– Ясно. За перспективами, – оценивающе смотрит он на меня. – Ладно, ладно, не обижайся. Мне нужен такой человек, как ты.
– Интересно, зачем.
– Хороший вопрос, – говорит он, доставая из пачки сигарету. – Можно?
– Да, пожалуйста, – отвечаю я.
Он кивает, щелкает зажигалкой и затягивается. Вместе с дымом над столом повисает пауза.
– Мне нужен человек, который может писать, – произносит наконец Иван. – Более или менее художественно. Человек не из тусовки. Желательно вообще не из Москвы. В общем, ищу свежий взгляд. Я хочу выпустить книгу – это хороший пиар-ход для поддержки сольного проекта. Выпустить ее одновременно с первым диском будет круто, я советовался с людьми…
Я молча жду продолжения.
– Вот только сам я ее не потяну.