Bye-bye, baby!..
Шрифт:
моего почтового ящика больше не существовало!
Вернее, он существовал, но был абсолютно недосягаем. Сколько я ни вводила пароль, не менявшийся последние три года, в доступе мне раз за разом отказывали. Это было хуже, много хуже засбоившей намедни сети.
Это был умысел. Всемирный заговор.
Мистика. Козни. Происки врага или врагов, которых я даже не сподобилась завести. Но можно завести новый ящик, временно наплевав на старый, и отправить письмо Jay-Jay уже с него. Воспрять духом получилось ровно на две минуты. Третья же ознаменовалась скорбным фактом: я не помню адреса электронной почты Jay-Jay.
– Жопа полная! – заорала я. – Что происходит, в конце концов?
«May!» – откликнулся Домино, как мне показалось – в самом издевательском регистре. – Где-то в середине должна быть @, хоть я и не люблю собак. Да и зачем нам собаки, лапуля, нам и вдвоем неплохо, ты не находишь?
– Нет, – я все еще не теряла надежды переломить ситуацию, – нет, зверюга, так просто я не сдамся.
«Rеальные знакомства в Норвегии» – вот что мне поможет. Я зайду на сайт, как в дом родной, пороюсь в архиве и извлеку на свет божий адрес Jay-Jay. Он должен сохраниться, в Норвегии ничто не пропадает бесследно. Он должен сохраниться, и я найду его. Узнаю. И все станет на свои места.
Я не нашла не только координаты Jay-Jay, но и самого сайта. Нет, он не был закрыт на ремонт – все справки по адресу… и никуда не переехал – его как будто никогда не существовало. Я не обнаружила его следов ни в своем «Избранном», ни в журнале интернет-посещений.
– У меня крыша поехала, что ли? – обратилась я за консультацией к коту.
На этот раз мой четвероногий психоаналитик ответил мне молчанием.
Некоторое время я внимательно рассматривала его: душегрейка с шестью пуговицами, купленная мной в «Тридцати восьми попугаях», удивительно шла Домино. Из вязаного ворота торчала беззащитная морщинистая шея, венчавшаяся треугольной головой с огромными, широко расставленными ушами. В уголках пасти (лучше сказать – рта) тоже застыли морщинки, что придавало его морде (лучше сказать – лицу) выражение легкой грусти.
Домино сожалел о несовершенстве мира.
Домино жаждал любви.
Я растянулась на полу, закинула одну руку за голову, а второй постучала по паркету, подзывая кота к себе:
– Иди сюда, красавчик.
На этот раз Домино обошелся без разглагольствований. Он с готовностью прыгнул мне на грудь и уткнулся мордой в подбородок. От него исходил едва заметный и довольно необычный запах, впрочем, уже прочувствованный мной когда-то. Определенно я сталкивалась с этим запахом, и не единожды – иногда он приводил меня в восхищение, иногда казался жутко сексуальным, но чаще – раздражал. Перебрав в уме все возможные варианты, я остановилась на одном:
мой кот потел!
Как самый настоящий маленький мужичок!
И это оказалось самым трогательным в нем, самым потрясающим. Глаза мои увлажнились, и я неистово прижала кота к себе:
– Никому тебя не отдам, козлик мой, кролик мой, крошка-енот! Раз уж нам так хорошо вдвоем… И, в общем,
…Около одиннадцати утра я решилась.
И набрала номер, считанный с рыбьего тела.
– Автосервис! – гаркнули мне в ухо с того конца провода.
– Мне нужна э-э… фирма «Красные рыбки».
Сказав это, я почувствовала облегчение: даже в страшном сне нельзя было представить, чтобы какое-то галимое сообщество авторемонтных боксов сбилось в кучу под претенциозной хоругвью «Красные рыбки». Следовательно – эту версию можно считать отработанной, и я никогда больше не вернусь к ней, сколько бы Домино ни высиживал на альбоме Матисса.
Коты тоже ошибаются, как ни прискорбно это признать. И лучше бы им пересесть на какой-нибудь другой альбом – к примеру, «TRANSPARENTE» португальской певицы Маризы.
– «Красные рыбки»?
– Да. Именно красные. Такая вот нелепость. – Я подпустила в голос изрядную порцию иронии: на случай, если невидимый собеседник решит посмеяться над глупейшим – с коммерческой точки зрения – названием.
Посмеемся вместе.
– Значит, нелепость?
– Ну… Я не знаю…
– Вообще-то наш автосервис и есть фирма «Красные рыбки».
Н-да… Вот тебе и… Здрасьте – манду подкрасьте, как любил выражаться высокохудожественный поэт Ларик. Я и представить не могла, что эта подметная присказка окажется столь уместной. А пока раздумывала над ее многовариантностью (не забыть бы процитировать фразу потерявшемуся Jay-Jay), на другом конце раздались короткие гудки.
Ладно. В следующий раз я буду умнее.
Прокашлявшись, попив водички и пропев первый куплет бессмертного хита А.Б. Пугачевой «Старинные часы», перешедший в «ми-ма-мо-ооо», я снова взялась за телефон.
– Автосервис? – заорала я, как только в «Красных рыбках» сняли трубку.
– Автосервис.
– Вы до которого часа работаете?
– До восьми, но сегодня все мастера заняты.
– А завтра? Мне нужно машину продиагностировать…
Последний раз я употребляла слово «продиагностировать» больше года назад, в контексте вора Никиты: кажется, это звучало как «не мешало бы продиагностировать его на предмет клептомании».
– А что с ней?
– Э-э… э-э-лектрика…
Трубка молчала – неужели я ляпнула что-то не то? Но ведь и ребенок знает, что в любой машине существует электрика!
– Вы меня слышите?
– Не кричите, девушка. Просто думаю, куда бы вас запихнуть. Завтра в шестнадцать тридцать устроит?
– Вполне, – выдохнула я. – Как вас найти?
– А вы не знаете?
– Нет. Мне просто вас порекомендовали. Или вам нужны еще имя и координаты рекомендовавшего?
– Гы-гы-гы, а вы веселая…
Что же это за автосервис такой диковинный, если воткнуться в него сложнее, чем попасть на прием к не в меру демократичной английской королеве?
– …координаты не нужны, а наши мы вам оставим.
Пересечение Северного и улицы Софьи Ковалевской,
запоминала я; рядом с гаражным кооперативом «Альбатрос», запоминала я; спросить у местного охранника, и он вам объяснит, куда двигаться дальше, запоминала я.
– Всё ясно?
– Более-менее.
– Какая у вас марка машины?
Нет. Я не должна этого произносить, нет! Пусть лучше мой язык отсохнет и отвалится, но я не долж…