Бутлегеры

Злотников Олег

– Вернее, сотрудники милиции бармена Ашота вяжут!

Пахомов, резко поднялся с кресла и поднял жалюзи с окна. Тут же выяснилось, что это весьма необычное окно. Оно выходило не на улицу, а в зал ресторана и имело только одностороннюю пропускную способность по типу стекол в комнатах для опознания преступников в американских управлениях полиции. Через него отлично просматривалось все, что происходило в ресторане, зато было непроницаемо для глаз посетителей.

Виталий присоединился к Колчедану и взглянул вниз. Отсюда хорошо было видно, как Зуев возле бара держит за шиворот молодого парня и что-то говорит, размахивая

пистолетом, а младший опер в это время застегивает сзади наручники бармену в белой рубашке, лежащему лицом на стойке. Рядом с ними суетилась Ольга с видеокамерой, запечатлевая хронику милицейских будней.

– Что там происходит?
– спросил Пахомов, хмуро покосившись на Вязова.

– Операция захвата преступников, - отозвался тот.
– Похоже, Тимофей Васильевич, что в вашем ресторане процветала торговля наркотиками. Вы знали об этом?

– Понятия не имел!

– Очень плохо. Неважно у вас организована кадровая политика. То ваши люди женщин похищают, то поддельную водку выпускают, то наркотиками торгуют. А вы меня убеждаете - мы за порядок, мы честные бизнесмены! Конечно, вы скажете, что к их противоправным делам отношения не имеете, но надеюсь, выводы для себя сделаете. Ладно, пойду, помогу коллегам. Интересно было с вами познакомиться и побеседовать, Тимофей Васильевич. Думаю, нам еще придется встретиться.

Покинув кабинет, Вязов спустился вниз к "уголкам". Те попросили приглядеть его за барменом и посредником, пока они производят обыск бара. Задержанные, взглянув на массивную фигуру Вязова, беспрекословно встали к стене и смирно наблюдали за работой оперов из ОУР. А те, прошерстив стойку бара, вскоре обнаружили в ней тайник откуда извлекли полиэтиленовый мешок с таблетками "Экстази". Зуев достал из мешка гость разноцветных "колес" с вдавленными рисунками серпа и молота, торгового знака "Мерседес" и плейбоевского зайчика, поднес их к носу бармена и угрожающе спросил:

– Ашот, твое добро?!

Тот промолчал, но быстро, быстро замотал головой в знак отрицания. Серега, зажав таблетки в кулаке, размахнулся. Бармен не мог защититься, поскольку руки его были прочно скованы за спиной, поэтому просто зажмурился. Но удара не последовало. Когда Ашот открыл глаза, то увидел перед собой довольно ухмыляющегося Зуева. Тот похлопал бармена по плечу и тихо произнес:

– Не ссы, тут я тебя бить не буду. Но если ты и в райотделе станешь запираться, так морду лица разукрашу, что мама родная не узнает! А теперь пшел на выход!

Из-за задержанных мест в служебной машине "уголков" для Виталия и Ольги не хватило. Впрочем, ни он, ни она не расстроились по этому поводу. Время было еще не позднее, общественный транспорт функционировал нормально.

– Виталий Иванович, а вы не могли бы меня проводить?
– спросила девушка.

– Мог бы, - кивнул он.

– Понимаете, сейчас на улицах так неспокойно, а у меня при себе видеокамера, которую я с большим трудом выпросила в редакции. Не дай Бог с ней что-нибудь случиться, мне во век не рассчитаться.

– Нет проблем, - улыбнулся Вязов.
– Святой долг и первейшая обязанность всякого милиционера заботиться о безопасности граждан. Особенно таких молодых и симпатичных. Сейчас я поймаю машину и доставлю вас, куда скажете.

– Виталий Иванович, а давайте прогуляемся пешком. Такая погода замечательная стоит.

– Давайте прогуляемся.

–

Раз мы гуляем, то я возьму вас под руку. Спасибо, Виталий Иванович, что вы организовали мне участие в такой интересной операции. Я первый раз, в жизни, а не в кино видела, как милиция задерживает преступников. Ужасно интересно! А главное, я еще все это засняла. Материал должен получиться высший класс. Сегодня ночью я еще поработаю над ним, подготовлю текст, а завтра утром представлю на суд редактору. А куда вы потерялись, когда мы наркодельцов брали?

– Проверял одну версию.

– Какую? Ой, извините, Виталий Иванович, может быть, вам не положено рассказывать про свои дела, но я ужасно любопытна. Знаете, говорят, что все женщины любопытны по натуре, а все журналисты - в силу профессии. Получается, что я любопытна в квадрате.

Вязов рассмеялся и произнес:

– Похоже, это правда. Ладно, чтобы вы спокойно спали, а не терзались муками любопытства, расскажу, чем я занимался, пока вы боролись с преступностью. Помните "Портрет Дориана Грея" Оскара Уайлда? По версии писателя или внешность человека, или его портрет должны запечатлевать пороки и грехи, стать зеркалом души. А сегодня я убедился, что ерунда это на постном масле. Недавно мне удалось ознакомиться с парадным портретом одного крупного криминального авторитета. На полотне он получился таким представительным, важным, словно академик. Ну, думаю, значит в жизни он точно страшный урод с каиновой печатью на лбу. А сегодня посмотрел на него - обычный дядька с заурядной внешностью, никогда не подумаешь, что полгорода в страхе держит. Так что версия Уайлда оказалась ошибочной.

– Как журналист, вам заявляю: не верьте всему, что пишут, улыбнулась Ольга.
– Кстати, когда я училась классе в седьмом, прочитала "Балладу Редингтонской тюрьмы" Уайлда, помню, она произвела на меня такое душещипательное впечатление, что плакала над ней навзрыд. И очень мне было жалко тех, кто сидит у нас в тюрьмах. А сейчас, будь на то моя воля, отменила бы у нас в стране мораторий на смертную казнь. Столько всяких подонков развелось, что порой жить страшно, кругом маньяки мерещатся.

– Оленька, да выбросьте вы такие черные мысли из головы, и жизнь сразу покажется лучше. Зачем вам сдались эти маньяки? Думайте лучше о развлечениях, о мальчиках.

– Меня к мальчикам не влечет.

Вязов закашлялся, не зная, что сказать на такое заявление, но Ольга тут же уточнила:

– Меня привлекают взрослые мужчины. Знаете, такие крепкие, уверенные в себе. Как вы, Виталий Иванович.

Вязов закашлялся еще сильнее. Девушка постучала его по спине, а потом сказала:

– Мы уже почти пришли. Может быть, зайдете в гости. Я вас с папой познакомлю.

– Как-нибудь в другой раз, ладно, - улыбнулся Виталий.

Потом чмокнул на прощание Ольгу в щечку и отправился домой.

Репортаж о милицейском захвате бармена-наркоторговца вышел на следующий день. По телевизионным меркам для него отвели довольно много эфирного времени в вечернем криминальном выпуске. По крайней мере Зуев с пистолетом в руках успел засветиться в самых разных ракурсах. На один день он стал самой настоящей "звездой" телеэкрана и ощутил бремя популярности. Каждый коллега считал своим долгом подойти, похлопать его по плечу и сказать что-нибудь такое: " Зуич, видел тебя по ящику. Ну, блин, ты даешь!".