Бутик модной мадам

Ветрова Ольга

Исповедь, как и холод в даче, пробрала меня до костей. Однако я не собиралась сочувствовать убийце. У каждого преступника есть мотив, но я не одна из двенадцати наивных присяжных. Я в эту сказочку не поверю.

Бросила жена – найди другую. Выгнали с работы – переквалифицируйся. Но не гадь людям, не убивай, не лишай их близких и родных. И уж точно не заставляй нюхать газ красотку вроде меня. Боюсь, от моего макияжа уже ничего не осталось, а у меня сегодня еще свидание с женихом. Вместо того чтобы

слушать психа с топором, я должна рыбу готовить. Этот субъект взял и испортил мне всю малину! Так что пусть не рассчитывает на понимание. Черным шарфом выборы уж точно не обелить.

Кстати, я так и не поняла, кто же он такой. Бывший начальник штаба, которого сменил Шустров. У меня была такая версия. Так что я все-таки докопалась до истины. Но шофер сказал, мол, тот по здоровью устранился.

– Так вы Егорыч? – уточнила я. – Бывший начальник штаба Табуреткина? Но я слышала, у вас был инфаркт, и поэтому теперь всем заправляет Шустров.

– Нет, сначала меня бросила жена и подвинул этот выскочка, а потом я уже слег с сердечным приступом. Но Афанасий Иванович у нас за народ радеет, никого не обижает, прямо святой с нимбом. Поэтому его версия – забота о моем здоровье. Надеюсь, он однажды подавится какой-нибудь очередной ложью. Захлебнется ею, она встанет у него поперек глотки, и он не сможет дышать. И подохнет. Совсем…

Что ж, похоже, убивая тезок Табуреткина и Костина, несчастную дворничиху, болтливого инструктора и продажного журналиста, наш маньяк представлял, что душит совсем другого человека. Афанасий Иванович – вот кого он мечтает, но не решается прикончить. Вот кто стал для него воплощением всех бед, олицетворением политики, предвыборной грязи, подлости и обмана.

Все-таки мне интересно, кто этот Егорыч. Человек из штаба, но кто именно? Я не знаю их по именам и отчествам. Но я, наверное, видела его много раз в «Табуреткин-хаус». Там околачивался какой-то седой господин, и тип с усами, и лысый, и тетя Маруся. Хотя вряд ли это она…

– Что это такое?! – неожиданно заволновался шептун. – Самолет?

Я не сразу поняла, о чем это он. А потом услышала. Какой-то рокот. Будто бы с неба. Да, действительно, похоже на шум двигателей.

– Надеюсь, он не рухнет прямо нам на голову, – озаботилась я.

Перед глазами сразу встали картинки из новостных программ. Самолеты таранят небоскребы и падают на маленькие деревенские домики. Чего только не бывает… Но я старалась не думать о плохом, не представлять свои похороны.

– Спасибо за откровенность, – сказала я убийце. – Только трудно воспринимать собеседника, когда не видишь его. Трудно сочувствовать, когда не смотришь в глаза.

– Вас разбирает любопытство, – шепот стал насмешливым. – Но правила здесь устанавливаю я…

Однако в следующую секунду комната внезапно осветилась. Вряд ли убийца это планировал. Я вздрогнула. И смогла, наконец, разглядеть лицо душителя.

21

Седовласый

любитель костюмов. Значит, он – бывшая правая рука Табуреткина. Он берет его машину и звонит с его мобильника. Он знает про Ритку. Он знает про меня. Он все время был рядом…

Но что это такое? Что за свет бьет в окно? Посадочные огни?

Егорыч метнулся к двери. Свет погас так же внезапно, как и включился. Но гул превратился в шум, крики и топот. Боже, что происходит?!

Дверь с грохотом отлетела, и я снова увидела свет, на этот раз свет лазерных прицелов. Огоньки плясали у меня на лбу и шарили по комнате.

– Чисто! – услышала я резкий голос.

А потом – голос знакомый:

– Дайте одеяло девушке. Тут собачий холод, а ей еще детей рожать…

Я бросилась на шею Стасу, так как это был он.

– Если беспокоишься о моем здоровье, мог бы быстрее меня спасти! – пробурчала я, хотя меня переполняла благодарность.

Меня укутали и вывели из домика. Он оказался садовым. У калитки стояло несколько машин. Грядки вытаптывали люди в камуфляже.

– Садоводческое товарищество «Энергетик»? – спросила я у Стаса, когда он усадил меня в свой «жигуленок».

– Так точно, – хмыкнул он. – Давно надо было проверить этот адресок. Но в тот раз мы подумали, что дачу выбрали случайно, первую попавшуюся.

– А на самом деле?

– На самом деле она принадлежит Евгению Тимофеевичу Смирнову. Знаешь такого?

– Вроде нет.

– В штабе Табуреткина его Джеком кличут.

– Личный шофер кандидата?

– Он самый.

Да, озадачил меня начальник убойного отдела.

– А он здесь при чем? Ничего не понимаю! – воскликнула я.

– Мы тоже не сразу сообразили, – Стас завел мотор. – Слушай все по порядку. Сегодня вечером мне сообщили, кто хозяин дачи. И мы с ним опять очень душевно поговорили.

– Но он же за наших, – напомнила я. – Он же помог тебе найти Регину. А плохой – Егорыч. Именно он похитил меня. Именно его скрутили ребята с винтовками с оптическим прицелом, если только он не ушел огородами.

– Тот, кто на тебя напал и привез сюда, задержан, – успокоил меня страж порядка. – Но он лишь исполнитель.

– Как же это? У него же и мотив, и возможность. Он же сам рассказал… – изумилась я.

– Виктория, всему, что говорят, верят лишь зомби. Впрочем, наш предвыборный маньяк и был зомби…

– Стоп! – У меня сейчас мозги закипят, можно будет забрасывать в них креветки и доводить до готовности. – В нашей программе произошла серьезная ошибка. Просто сбой в сети какой-то.

– Что ты имеешь в виду?

– Не бывает никаких зомби, – нервно хихикнула я. – Всему есть разумное объяснение. И у Егорыча оно есть. Его жена бросила, и Табуреткин подвел.

– Именно такие люди легко поддаются влиянию, – кивнул Стас.

– И как же на него влиял шофер?

– Не шофер, а чекист.