Буря

Дьюал Эшли

— Со мной поедет Догмар. А впрочем… Вольфман посмотрел на дикаря, на его руки в какой-то пыли, растрепанные волосы, и кивнул. Отправимся завтра на рассвете.

— Как скажете.

— Поход может занять несколько недель. Король взглянул на жену, а она растеряно заморгала, будто перед ее глазами закружились черные точки. Я доверяю тебе, Эльба. И я надеюсь, что я не ошибаюсь на твой счет.

— Разумеется. Девушка подошла к мужу, протянув к нему руку. Я больше… я вас не разочарую. Обещаю, Вольфман.

Аргон посмотрел на их переплетенные пальцы, на то, как больной мальчишка

жадно наслаждался красотой своей супруги, и отвернулся. Эльба говорила не своим голосом. Что он, конечно, мог знать о ее голосе? Но почему-то Аргону показалось, что это не Эльба так послушно и покорно глядела в хитрые глаза великого короля Станхенга.

Малый зал опустел, и Ксеон подошел к другу, нацепив на лицо привычную маску. В его взгляде полыхнуло недовольство, скука, а еще странная обида.

— И зачем на этот раз мы отправляемся в путешествие?

— Мы? Аргон взглянул на юношу и скривил губы. Ты никуда не едешь.

— Что?

— Я сам отправлюсь в огненные земли. Может быть, возьму с собой Элиаса.

— Предлагаешь мне здесь отсиживаться? Не поверил Ксеон, ринувшись вперед, как будто Аргон плюнул ему в лицо. Я не отпущу тебя одного. Этот Догмар мечтает лишить тебя головы!

— Думаешь, я не поставлю старика на место?

— Ты явно наломаешь дров.

— Постараюсь делать это тихо. У меня к тебе есть просьба.

Ксеон недовольно скрестил перед собой руки.

— Что еще за просьба?

— Эльба. Аргон понятия не имел, почему ему так нравилось произносить это имя. Я хочу, чтобы ты проследил за ней, пока меня не будет. В этом месте она вряд ли найдет себе друзей. Не сомневаюсь, что кто-то попытается насолить ей в отсутствии короля.

— А я что… Юноша взволнованно повел плечами. Я сиделка?

— Побудешь ею пару недель. Это важнее, чем следить за Догмаром.

— Зачем тебе вообще в Фер? Лучше исследуем тут все, пока не вернулся король и его сторожевой пес.

— Нам нужны стальные цепи, помнишь? Аргон размял плечи и, встряхнув руками, сошел с места. Это хорошая возможность пробраться в Фер, и я должен ее использовать.

— Стальные цепи, протянул Ксеон, идя рядом, точно.

— Вольфман не поверил нам. Он все-таки дурак.

— Я же говорил.

— Значит, переходим к запасному плану.

— А у нас есть запасной план? Какие мы предусмотрительные.

Аргон остановился перед лестничным пролетом и серьезно посмотрел на друга.

— Вольфман король, да. Но надолго? Скоро Эльба станет королевой Станхенга, и нам важно знать, что она на нашей стороне.

— Думаешь, ей придется по вкусу разговор о скорейшей кончине ее мужа?

— Думаю, она достаточно умная, чтобы понимать, к чему ведет болезнь Вольфмана. Предводитель ударил друга по плечу и побрел вниз по лестнице. Поговори с ней.

Аргон скрылся из виду, а Ксеон опустил взгляд на свои руки и внезапно улыбнулся. Впервые ему нравилось дело, которое ему поручил веснушчатый друг.

РИА

Томми снял металлический замок с поржавевшей дверной ручки, нервно огляделся и перевел взгляд на свою спутницу.

Риа выжидающе вскинула брови:

— В-все?

— Аргон прибьет меня, пожаловался мальчишка, поджав губы. Если он узнает, что я пробрался в главный архив станхенгской библиотеки…

— Он н-н-ничего не узн-нает.

— Тогда узнает твоя сестра! А она королева! Нам обоим голову снесут.

— Не в-выдумыв-вай.

Девочка потянула массивную, серебряную дверь на себя и уверенно прошмыгнула в маленькое помещение, заставленное книжными стеллажами. На полках лежали старинные летописи визирей Станхенга, их дневники, записи. Пожелтевший, скрученный в трубочки, пергамент отливал зеленым цветом плесенью. Риа неожиданно подумала, что в эту часть библиотеки никто не заходил целыми десятилетиями! Все знания, описанные в архаичных документах, пылились в сумраке вудстоунского солнца. Она услышала, как Томми закрыл за ними дверь, и сосредоточенно изучила объем работы: книг было не так уж и много.

— Что ты ищешь? Возмущенно поинтересовался парнишка, придавив дверь спиной. Ему не нравилось, что он действовал втайне от Аргона, когда тот приказал не ввязываться в неприятности. Нам нельзя здесь находиться. Ксеон уши мне надерет!

— Ксеона з-з… здесь н-нет.

Риа схватила в охапку стопку пыльных записей и уселась за стол. Н а самом деле, она не понимала, что ищет. Рассказы о Друидах? Легенды о первых людях? Почему у сыновей Барлотомеев не проявлялись силы земли? Когда вудстоунцы перестали верить в магию? У Рии появилась прекрасная возможность познакомиться с культурой Вудстоуна и побывать в самом сердце Станхенга! Но сердце у него оказалось старым и заплесневевшим.

Девочка с трепетом вспомнила о библиотеке в Дор-Валхерене. К книгам дома всегда относились бережно, ведь в них описывалась история их народа, традиции и обычаи. Там Риа вычитала о своем деде — Мальстреме Полуночном и о Лейстере Полуночном, который принимал участие в первых переговорах трех стран и сражался в битве с Лаохесаном. Она зачитывалась историями о предках, о возведении горного замка Эридана, о первом вожде Полуночных и о превращении женщин королевских кровей в Змеиных Жриц. Каждый день ложился на бумагу, словно эриданская песня, чтобы будущие поколения знали, кому они обязаны своей жизнью и куда течет река их судеб.

Но в Станхенге люди жили иначе. Они не оглядывались назад, они смотрели вперед. Они не верили в духов, в силу исповедания, им не нравилось говорить о своем прошлом и о том, что существуют незримые вещи, контролирующие их жизнь. О ни верили лишь в то, что могли потрогать или же увидеть. Возможно, потому магия стихий покинула их страну. Каменные сердца перестали чувствовать, они лишь разгоняли кровь по венам.

Девочка пробежалась глазами по блеклым буквам и неожиданно заметила знакомое имя, выведенное твердой рукой: Лаохесан. Она наклонилась над записью, а Томми робко откашлялся и с любопытством подошел к столу, стараясь не выдать свой жуткий страх от нахождения в темном месте. Возможно, всем летающим людям из Дамнума становилось не по себе от закрытых пространств. У Томми сразу же запершило в горле.