Буря

Линч Карен

Вернувшись в пещеру, я поставила раму на место и сняла мокрое пальто. Я села на мех напротив Ронана и стянула мокрые ботинки, поставив их сушиться у огня. Я бы всё отдала за чистую сухую одежду. Когда мы вернемся в цивилизацию, я займу душ на целый час и не буду чувствовать себя ни капли виноватой.

Я посмотрела на Ронана через костёр. Это был первый раз с тех пор, как мы покинули наши камеры, когда мы были наедине и не спасались бегством. У меня не было времени оправиться от шока, вызванного появлением его в той камере, или разобраться со

всеми эмоциями, которые в данный момент переполняли мою грудь.

Мне хотелось поговорить с ним. Я так скучала по его голосу и выражению лица. В то же время я боялась того, что он мог сказать. То, что он заботился обо мне здесь, не означало, что между нами что-то изменилось.

Согретая и сытая, я зевнула. Усталость и страх последних нескольких дней дали о себе знать. Я расстелила оставшиеся шкуры, подбросила в огонь ещё одно полено и забралась в свою импровизированную постель.

— Я собираюсь немного отдохнуть, — сказала я, сворачивая шкуру, чтобы применить её в качестве подушки.

Он фыркнул и лёг лицом к входу, положив голову на передние лапы. Впервые с тех пор, как мы снова нашли друг друга, он выглядел умиротворенным и довольным.

Я зарылась под шкуры и закрыла глаза. Я уснула, слушая его дыхание и завывание ветра за стенами нашего маленького убежища.

* * *

Я проснулась, дрожа и чувствуя, что почти не спала. Сбросив с головы шкуры, я приготовилась к холоду пещеры и с удивлением увидела, что огонь весело потрескивает. Ронан, должно быть, подбрасывал дрова всю ночь. Я огляделась и увидела, что он сидит у проёма и выглядывает из-за рамы.

Я попыталась сесть и застонала. Каждый мускул моего тела ныл, а в голове начало стучать, как только я выпрямилась. Чего бы я только не отдала за толику мерзкой пасты гунна.

Ронан повернул голову ко мне, в его глазах было беспокойство.

— Доброе утро, — я улыбнулась и накинула на плечи большую шкуру. — Никогда не думала, что скажу это, но, кажется, дикая природа Юкона надрала мне задницу.

Я встала, но пол подо мной, был как лёд, поэтому я надела сухие ботинки, а затем подошла к нему. Я выглянула наружу, и потрясенно обнаружила, что по-прежнему было темно. Неудивительно, что я чувствовала, будто считай не спала. Буря прекратилась, что тоже меня удивило. Я была уверена, что она продлится до завтра.

Я окинула взглядом пол внешней пещеры и увидела, что зайцы исчезли. На их месте была лиса. Ронан, должно быть, был голоднее, чем показывал, раз съел обоих зайцев и снова отправился на охоту.

Я снова вздрогнула и подумала о сушёных травах в коробке. Немного горячего чая помогло бы прогнать этот озноб. Повернувшись к коробке, я остановилась, увидев, что в дровах осталось всего несколько поленьев. Мы никак не могли сжечь всё так быстро.

Ужасная мысль пришла мне в голову, и я посмотрела на Ронана.

— Неужели я проспала больше суток?

Он кивнул.

Встревожившись, я спросила:

—

Два дня?

Он покачал головой, и я спросила:

— Полтора дня?

Он кивнул опять.

Я покачнулась от этого откровения. Вчера, когда мы добрались до пещеры, я была измотана, но была ли я такой уставшей, чтобы проспать полтора дня? И почему у меня было ощущение, будто я спала не больше часа?

Ронан придвинулся ближе, чтобы поддержать меня, и я прислонилась к нему, охваченная безумной тоской. Больше всего на свете я хотела, чтобы он обратился и обнял меня. Эмоции захлестнули меня, и слёзы потекли из уголков моих глаз.

Я отвернулась и пошла надевать сухое пальто. Осторожно вытерев влагу с лица, я поставила котелок с водой на огонь, решив вскипятить чай. Когда я подняла глаза, он всё ещё смотрел на меня так, словно хотел помочь, но не знал как.

Чай был хорош, но он никак не помог унять дрожь. Мне стало ещё холоднее, и головная боль усилилась. Я снова закуталась в меха и свернулась калачиком, но ничего не помогло. Казалось, что мозг в моих костях превращается в лёд.

Ронан лёг рядом со мной, и я приподняла шкуры, чтобы прижаться к нему всем телом. Когда он был рядом, а за моей спиной горел огонь, мне должно было быть тепло, но я замерзла как никогда.

Я заснула от полного изнеможения, а когда проснулась, на улице было уже светло. Костёр всё ещё горел, и на том месте, где раньше были дрова, лежала груда сломанных веток. Ронан лежал по другую сторону костра, его мех был мокрым после недавней прогулки на свежем воздухе.

В горле у меня пересохло и першило, поэтому я неохотно сбросила покров, чтобы взять немного воды. Ронан поднял голову, и я жестом попросила его остаться лежать. Я взяла флягу, и вода заплескалась в ней. Она была почти полной.

Откупорив, я поднесла её к губам и наклонила, но ничего не вылилось. Я снова встряхнула её, и на этот раз вода не выплеснулась. Я поднесла её к огню и заглянула внутрь. Вода замёрзла.

Я крепко сжала флягу онемевшими пальцами. Я неосознанно заморозила воду, но как? Я даже не использовала свою магию.

Меня пронзил страх. Я подошла к котелку и коснулась воды пальцем. Ничего не произошло. Возможно, я слишком остро отреагировала. Я использовала много магии, снимая ошейники и спасая Ронана в реке, так что не удивлюсь, если вышло немного не так.

Положив руки по обе стороны фляги, я призвала свою магию, чтобы растопить воду. Всё ощущалось нормально, и я расслабилась, когда осторожно втолкнула её во флягу.

Фляга взорвалась. Моя магия среагировала автоматически и образовала вокруг меня пузырь, защищающий ещё и Ронана от летящих осколков льда и металла.

Он встал, и я подняла руку.

— Держись подальше. Что-то не так с моей магией. Она как будто усилилась, и я не могу её контролировать.

Как только слова слетели с моих губ, я поняла, что это было. Я отступала от Ронана, пока не оказалась прижатой к стене. Нет, нет, нет. Только не сейчас.