Бури
Шрифт:
Кристиан слушал воркование девушки и улыбался.
— Вам не нужны котята? — поинтересовался он.
Она подняла на него глаза.
— У меня всегда был полон дом животных, но месяц назад нам пришлось усыпить кота. Это тяжело — прощаться с любимыми. Мама говорит, что боится снова полюбить мурлыку. Кстати, этот очень на него похож.
— Его зовут Царапка, — сказал Кристиан. — Мой последний пёс умер от старости. Просто уснул. Кошек у нас дома всегда было с избытком, но моим любимцем был Повар. Его так назвал папа, потому что этот великий кулинар любил размешивать хвостом супы и прочие блюда. Сядет, опустит свои
Девушка расхохоталась.
— Такого креативного кота я ещё не встречала!
— Он был ласковым и постоянно мурчал. Ест — мурчит, спит — мурчит, умывается — мурчит.
— Замечательный! — широко улыбнулась девушка.
— Да. Он дожил до пятнадцати лет, а потом пропал. Что с ним стало, мы так и не выяснили.
Она вздохнула.
— Можно я позвоню маме? Снова почувствовать под пальцами тёплую мягкую шерстку дорогого стоит.
Кристиан кивнул. Девушка достала телефон и взволнованно прижала к уху темную трубку.
— Мам, привет! Слушай, тут такое дело…
Она улыбнулась Кристиану и отвернулась.
— Котята, мам. Нет, ты дослушай! Они не просто хорошие. Нет. Всё я понимаю. Один похож на нашего Мурыча. Очень похож. Всего двое. А что рыбки, мам… Рыбку не погладишь. Я всё равно их принесу. Да, вот так. Глупости! Почему сразу вредина? Как это не слушаюсь? Сама такая! В общем, всё решено. Ну пока, мам. Я тебя люблю.
Она поглядела на Кристиана.
— Возьмём их с радостью!..
…Ин Че знал, что Ката будет как всегда переживать за него, но Олан всё уладил.
— Отпусти брата размять крылья, — сказал он.
— Только обещай, что не будешь летать высоко, ладно? — жалостливо попросила она.
— Ката, я уже не маленький. Я буду летать, как нужно. К тому же ты хоть раз видела, чтобы птица разбивалась из-за собственной неуклюжести?
— А я не сказала, что ты неуклюжий, — ответил она. — Я волнуюсь и…
— Олан, убери мою сестру куда-нибудь подальше, — рассмеялся Ин Че.
Олан весело кивнул и, взвалив Кату на плечо, унёс в дом.
— Оденься потеплее! — успела вякнуть девушка, прежде чем закрылась дверь.
Ин Че покачал головой и незамедлительно шагнул в Промежуток.
Который день сердце его трепетало. Пробуя крылья, он учился летать внутри себя. Ин Че знал, что его жизнь началась в тот миг, когда он ощутил небо. Впервые он сел за штурвал самолёта мальчишкой. Это случилось на празднике, и добросердечный пилот позволил ему посидеть на своём месте. Когда пальцы его коснулись небесного руля, Ин Че понял, что станет лётчиком. А потом, спустя несколько лет, когда он уже учился в лётной школе, он и узнал, что болен. Сонную болезнь лечили, но таких денег в их семье отродясь не водилось. Мама работала в поте лица, откладывая каждый грошик, отец трудился на Торре. Ката училась в академии искусств, но вскоре вынуждена была бросить её из-за нехватки денег.
Впервые он уснул, когда ему было семнадцать. Для него такие отключки были мгновенными, он не видел снов и ничего не чувствовал. Он мог проспать неделю и, очнувшись, даже не захотеть есть. А потом умерла мама, и Ин Че принял единственное верное решение: купить самолёт. Он нуждался в нём, к тому же трюкачам неплохо платили. Он летал и днём, и ночью, и не уставал от этого. Однажды вечером они
Ради этой безумной мечты Ин Че готов был на всё. Ката работала в театре, он летал. Деньги понемногу накапливались, но много ли накопишь, когда за дом дерут в три шкуры? И они переехали к Солёному лесу. Теперь Ин Че понимал, какую глупость они тогда совершили. Стремясь поскорее отбыть восвояси, они потратили много денег и рискнули здоровьем. Ему было не страшно за себя, он боялся за Кату, но боялся издалека. Строить планы на будущее было приятно и радостно, даже несмотря на то, что иногда он засыпал. Время шло, и ему предложили контракт с одной из ведущих лётных команд. Он отказался, предпочтя выступать на том празднике независимо от других. В первый же день Ин Че заработал приличную сумму. Всё шло прекрасно, Ката радовалась, он тоже. А потом темнота застала его прямо в небе…
В каждом мире было своё небо. Оно пахло и чувствовалось по-разному. Ин Че нравилось смотреть на непохожие миры с высоты птичьего полёта. Прежде он не видел столько прекрасных мест! Он перемещался и летал, летал и перемещался, и только потом до него дошло, что теперь они с Катой могут с лёгкостью попасть на Торру и попытаться разыскать отца. Однако девушка была поглощена любовью, она была счастлива с Оланом, и Ин Че решил всё проделать самостоятельно и преподнести сестре сюрприз. Она любила сюрпризы.
Правда, ему пришлось-таки прийти к Кёртису и попросить его сделать побольше денег и прочей вещевой дребедени. С Кёртисом был и Анут — новообретённый друг с Атории. И именно в тот момент, когда Кёртис колдовал над удобным рюкзаком, некстати появились Олан и Ката. Ката не была скандалисткой, но она прямо заявила брату, что хочет пойти с ним. В конечном итоге они отправились на Торру впятером, но прежде этого Кёртис сделал для них самолёт.
Это была удивительный самолёт. Он мог садиться как на воду, так и на землю, работал бесшумно, летал быстро и выглядел превосходно. Ин Че, который поначалу расстроился, что не удастся предпринять это путешествие в одиночку, теперь был только рад большой компании. У них с Катой не было друзей, только они сами. Правда и друг на друга им не хватало времени. Работа, постоянная и безжалостная, хотя он с радостной готовностью летал до упомрачения. Теперь времени было столько, сколько вмещала счастливая душа свободного в своих мечтах человека.
Они приземлились в привычном Ин Че месте — на ровном поле близ Солёного леса.
— Отсюда отправимся на Торру, — сказал он товарищам. Он был рад, что среди них одна лишь Ката не умела летать — ни в прямом, ни в переносном смысле. Четыре мужчины, два из которых опытные пилоты, другой — и пилот и птица в одном лице, а третий — просто птица. А раз так, значит, Кату они общими усилиями сберегут. Правда, пока что Олану удавалось делать это в одиночку…
Ин Че успел привязаться к ним обоим. Олан был прямолинеен и строг, Кёртис — открыт и добродушен. Ин Че чувствовал их друзьями, а он всегда мечтал найти друзей… Мечты сбывались одна за другой, и он, счастливый, глотал их, принимал в себя.