Бункер
Шрифт:
Через пару минут он бросил газету на стол, поднял свой бокал и сделал маленький глоток.
– Меня мало занимает большая политика, и к тому же побаливают глаза. Расскажите о сути в двух словах.
Хозяин дома имел чин генерал-майора СС, но полноватый гость держался довольно уверенно, вероятно, добившись в Третьем рейхе еще более высокого положения.
– В двух словах этого не изложишь. Но я постараюсь, – скривился он и указал узловатым пальцем на газету – Там написано об очередном заседании Бильдербергского клуба.
– Опять
– Опять, Кристиан, опять. Само по себе заседание нам безынтересно– заурядное сборище с извечной болтовней о сохранении элитаризма, о путях выхода из глобального кризиса, в который они сами же вогнали весь мир, о ценах на углеводороды, об экологии… Апараллельно с общими заседаниями клуба, как водится, происходили тайные совещания высшего руководства– так называемого Комитета. Иодним из пунктов на тайных совещаниях был вопрос финансирования очередных революций на Ближнем Востоке.
Рауфф внимательно смотрел на пухлые губы собеседников. Вего преклонные годы слух все чаще подводил, и, наблюдая за артикуляцией, ему было проще понимать собеседника.
Он нахмурился:
– Я догадываюсь, о чем совещались эти люди. Им снова понадобились наши деньги. Верно?
– Вы правы, – кивнул Людвиг Руст. – Масоны хотят отыскать и присвоить наше золото.
– Сволочи! – выругался Рауфф. – Мало им награбленного по всему миру!.. Кстати, о каком из тайников шла речь?
– О секретном бункере в Кёнигсберге.
Рауфф глотнул из бокала вина и помассировал выступающий подбородок.
– В названном тайнике спрятано немало сокровищ, – выдавил он. – Итам не только изделия из золота и драгоценных камней…
– А что еще?
– Редчайшие образцы живописи, скульптуры, коллекции очень дорогой посуды, старинного оружия. Вобщем, будет скверно, если они до него доберутся.
– Примерно о какой сумме идет речь?
– В августе сорок четвертого сокровища Королевского замка оценивались в полтора миллиарда рейхсмарок.
Гости изумленно переглянулись. Проглотив вставший в горле ком, Руст выдохнул:
– Если не ошибаюсь, с тех пор их цена выросла в несколько раз?
– Именно так. Иучтите, что речь идет исключительно о денежном эквиваленте сокровищ. Без учета, так сказать, культурной и исторической ценности собранного там материала.
Успокоив дыхание, Руст перешел к делу:
– Вы готовы сообщить подробности, связанные с тайником?
– Разумеется. Только у меня одна просьба, Людвиг.
– Слушаю вас, Кристиан.
– Избавьте меня от участия в поисках этого клада. Яслишком стар, чтобы летать на самолетах через океан, участвовать в погонях и перестрелках и лазать по подземельям.
– Вы все еще не отошли от недавних впечатлений?
– Представьте, да. Мне до сих пор снятся подробности операции по возвращению золота фельдмаршала Роммеля. Витоге мы
– Хорошо, мы попробуем обойтись без вас, – вздохнул Руст. Иподозрительно прищурился – Надеюсь, накануне нашего приезда к вам не наведывались под видом грабителей агенты Комитета, как это случилось в Байя-Бланке?
– Бог миловал. Полагаю, на некоторое время я оторвался от слежки после чехарды переездов по Южной Америке.
– Ну и славненько. Когда я могу получить материалы по бункеру?
Посидев несколько минут неподвижно, словно что-то припоминая, Рауфф разлил по бокалам остатки вина, тяжело поднялся с кресла и удалился из гостиной.
Гости ждали хозяина и неспешно потягивали великолепный «Карменер» пятилетней выдержки…
Оба они были немцами и, как выражались во времена Второй мировой войны, чистокровными арийцами.
Людвиг Руст в начале сороковых сделал стремительную карьеру и в неполные тридцать лет в чине генерал-лейтенанта занимал должность заместителя самого Альфреда Йодля– начальника Штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта.
Здоровяк Вальтер был на шестьдесят лет моложе и имел скромное звание капитан бундесвера. Вгородке Эккернфёрд он возглавлял разведывательное подразделение, входившее в структуру «SEK M»– сил особого назначения ВМС. Несколько лет назад его уволили из бундесвера за ультраправые взгляды и откровенно нацистские высказывания. Стех пор он полностью посвятил себя развитию и объединению неонацистского движения, искорки которого вспыхивали то в одной части света, то в другой.
Кристиан Рауфф, как и Людвиг Руст, тоже успел поносить генеральские погоны. Вконце весны 1943 года по окончании операции «Золото Роммеля» Генрих Гиммлер лично вручил ему петлицы бригадефюрера и генерал-майора войск СС, а также Рыцарский крест Железного креста с Дубовыми листьями.
– Ну наконец-то! – радостно всплеснул руками толстяк, завидев появившегося в дверях Кристиана.
– Я решил угостить вас настоящим коллекционным вином, – показал тот запылившуюся бутылку. – Выдержка более тридцати лет.
– Предположу, что вы привезли его с собой из Аргентины, – улыбнулся Руст.
– Угадали. Прихватил десяток бутылочек…
В левой руке Рауфф нес вино, под мышкой торчала папка из серого картона с тиснением в виде германского орла. Отдышавшись у входа в гостиную, он подошел к столу, передал соратникам «трофеи» и принялся откупоривать бутылку.
– А у этого, – уважительно похлопал Руст по серой папке, – выдержка будет посолиднее. Не так ли, господа?
Молодой Вальтер благоговейно провел пальцами по тисненому картону и прошептал: