Бумеранг
Шрифт:
После танцев Яна увлекла Ксению за собой в дамскую комнату.
— Я спецом утащила Картошкина, вижу надоел он тебе, как горька редька. А на тебя Игорёк смотрит, глаз не сводит, такой хорошенький. Тебе, как? Нравится?
— Ну, ничего, симпатичный — ответила Ксюша, поправляя макияж.
— Так и не теряйся. Ты сегодня просто прелесть!
— Так уж и прелесть. Это ты красавица.
— Ой! Да ладно тебе, я всего лишь бледная ксерокопия невесты — рассмеялась Яна, подкрашивая губы ярко-красной помадой.
— Ничего себе бледная! Очень даже яркая.
—
Весело болтая, делясь впечатлениями, подруги вышли из дамской комнаты, а тут и Марик, он же Марат подоспел.
— Яна! Идем, там конкурсы начались — сказал он.
Ксения пошла было за ними, но путь ей преградил Арнольд, молодой мужчина с длинными русыми волосами ниже плеч, аккуратно подстриженными усиками и бородкой. Светлая свободная рубашка навыпуск, узкие темные брюки.
— Позвольте, Ксения, на пару слов.
— Да, слушаю Вас внимательно — приостановилась с ним Ксения.
— Я Арнольд — художник. И у меня к Вам предложение.
— Предложение? — удивилась она.
— Да. Простите, а можно перейти на ты?
— Разумеется.
— Прекрасно. Сегодня я наблюдал за тобой. Твоё лицо такое фактурное, выразительное, оно так и просится на холст. Короче, я должен написать твой портрет.
— Должен? Какой еще портрет? Моё лицо — самое обычное, просто макияж сегодня удачный, а так ничего особенного — ответила Ксюша и недоуменно пожала плечами.
— Нет, нет. Макияж тут ни при чем! Я художник и видел множество лиц. Твоё, оно светится изнутри, глаза, улыбка — это мейкапом не замажешь — заявил Арнольд, гордо вскинув голову, поправляя рассыпавшиеся по плечам волосы.
— Ну, хорошо, меня сегодня фотографировали. Можно же с фотографии срисовать, если так нужно — сказала она.
— Нет, фотография — это не то — возразил он — Согласись, позировать мне.
В голове у Ксении разные мысли промелькнули, в том числе и неприличные. «Кто их знает, этих художников, вдруг, имеется ввиду обнаженка. А спросить-то неудобно».
— Ксюша! Идем, Аня и Слава нас ждут! А ты тут застряла — услышала она голос Антошки, и даже обрадовалась ему.
— Да, я иду! Извини, Арнольд — кивнула она художнику и поспешила в зал, где Варвара проводила очередной конкурс…
64. Старый альбом
Руслан вернулся из командировки, в квартире было чисто, видимо, Агата к его приезду протерла пыль и полила цветок, что сиротливо расположился на широком подоконнике. Даже в холодильнике обнаружилась еда. Руслан принял душ, облачился в чистую одежду и поехал проведать Агату, подарок из столицы вручить. Подумал, что кроме тети, никого близких у него нет.
Агата обрадовалась, сразу на стол накрывать начала.
— Да, не суетись ты, пожалуйста. Лучше достань старый фотоальбом моей… мамы.
— Альбом? Соскучился? — посмотрела на него Агата внимательно.
— Нет. Просто, кое-что посмотреть нужно.
Агата принесла старый потертый альбом, где хранились детские и юношеские
Агата села напротив, наблюдая, как племянник торопливо листает страницы. Наконец, нужная фотография нашлась — черно-белый любительский снимок. Три девушки и парень стриженный налысо. Парень по центру сидит, две девушки по обе стороны от него, а третья — Злата стоит позади парня и обнимает его за плечи. Все они вроде бы смеются, а у Златы глаза и улыбка грустные, светлые локоны рассыпались по плечам.
— Этот парень, он кто? — спросил Руслан, хотя ответ уже знал.
— Это Леша… друг Златы. Здесь она его в армию провожает — ответила Агата — я его помню. Когда он из армии пришел, красивый такой, в форме, был у нас, разговаривал с твоей мамой. Да, его зовут Леша, не помню фамилию.
— Майский его фамилия.
— Точно! Майский. Я слышала, как родители про него говорили — Агата слегка призадумалась и начала рассказ о прошлом — Ты маленький был, года три или четыре тебе. Я играла с тобой в гостиной на ковре, собирали конструктор, а родители смотрели телевизор. И мама сказала: «Алеша Майский снова звал нашу Злату замуж. Он готов даже Русика усыновить. А она отказалась». А отец: «Это её дело, не вмешивайся, Катя». Но мама не унималась: «Но ребенку отец нужен», на что папа возразил: «Еще чего не хватало, чтобы Руса усыновили, он наш — Туманов, продолжатель нашего рода». И мама замолчала, а я мысленно согласилась с отцом. Русик — наш. Но почему ты спрашиваешь про него?
— Майский Алексей Иванович — мой шеф. Генеральный директор «САД».
— Выходит, он не зря тебя к себе зазывал. Знал, чей ты сын. И что? Сказал тебе об этом? Что любил нашу Злату.
— Сказал. Только во сне. Что я мог стать ему сыном. И я вспомнил эту фотку. Он, конечно, очень изменился, но похож. Значит, сон в руку.
— Интересно. Думаю, это подсознание выдало тебе информацию, которую ты слышал в детстве. А может, родители и в другой раз про это говорили — Агата быстро нашла объяснение странному сновидению.
— Выходит, так. Возможно.
Что даёт эта информация, что меняет, Руслан не знал… Только то, что у него мог быть отчим, если бы Злата согласилась выйти за Майского.
— А если бы не было меня, мама вышла за Алексея Ивановича, наверное. И твоя судьба сложилась бы по-другому. Я же мешал твоей личной жизни — сделал неожиданный вывод Руслан.
— Ты о чем? Кому ты помешал? Моя жизнь — это институт, кафедра, мои бестолковые студенты, друзья и подруги, ну и ты, конечно. Если я так и не встретила своего человека, то ты тут не при чем. Что за странные мысли? Откуда? — заволновалась Агата, нервно сцепив свои руки и нахмурилась.