Бумеранг
Шрифт:
Какие жертвы и лишения, связанные с беременностью и родами, приходится терпеть женщине Регина знала не понаслышке, а видела на примере матери, как тяжело она ходила в ожидании долгожданного сына, часто лежала на сохранении, а потом, когда ребенок умер, впала в депрессию. А все заботы по дому свалились на тринадцатилетнюю дочь, своенравная Есения помогать не спешила, всячески отлынивала, от восьмилетки Глории толку было мало, а самой маленькой Ирме всего четыре года, с ней было много хлопот. В это время в их тесной квартире собирались мужики в красных пиджаках, и они с отцом
Но все плохое когда-то заканчивается, и мама постепенно вышла из депрессии, снова занялась детьми. Мужики переоделись в деловые костюмы и сделались бизнесменами, не все, конечно, а те, которые выжили и не спились. Из тесной квартиры семья переехала в новую, просторную двухуровневую, и жизнь наладилась. Но те тяжелые времена Регина забыть не могла.
Всю ночь она проплакала, размышляя о своем незавидном положении. Чаша весов постоянно колебалась то в сторону ребенка, то в сторону работы и запланированной жизни. И к утру Регина приняла решение, не отступать от задуманного, сначала встать на ноги, а забеременеть снова — дурное дело не хитрое, успеет еще. А Руслану знать лишнюю информацию не нужно. И все будет так, как нужно.
Как говорится, хочешь насмешить бога, расскажи про свои планы.
Не откладывая дело в долгий ящик, Регина отправилась в платную клинику, где и избавилась от возникшей проблемы.
А вскоре произошла встреча с Русланом, он сам пришел к ней домой.
— Русик! Рассказывай, как защитился?
Регина попыталась его обнять, но он отстранился.
— А ты ничего не хочешь мне рассказать?
Она смутилась под его хмурым взглядом.
— Все нормально у меня. С понедельника на работу выхожу. Но почему ты такой? Что-то случилось?
— Это у тебя нужно спросить, что случилось? Правда, что ты аборт сделала?
Регина вспыхнула, растерялась, и даже если бы и хотела соврать, то все было на лице написано.
— Значит, правда — произнес он мрачно…
— Откуда ты узнал? — спросила она тихо, опустив глаза.
— Танька твоя сказала. А ты хотела это скрыть?
«Танька — сволочь, а не подруга. Гадюка ползучая, завистница» — злобно подумала Регина и вскинула взгляд своих красивых глаз на Руслана.
— Думаешь, это решение просто мне далось?! Но мы же все с тобой уже обговорили, что дети потом, не время сейчас ребенка рожать. Мы даже еще не женаты!
— А не ты ли говорила, что нужно доверять друг другу? А тут скрыла такую «мелочь», это как, Регина?
— Я не хотела грузить тебя своей проблемой! — возразила она.
— Твоей проблемой? А я тут ни при чем?
— Русик! Я же знаю, ты благородный, и не позволил бы мне избавиться от плода. Мы бы срочно поженились, и вскоре я села бы тебе на шею. Мы ведь договаривались, что вместе будем зарабатывать на наше будущее.
— Ты считаешь меня таким слабым? Моя шея не выдержит нагрузки? Тогда, зачем я тебе нужен? — спрашивал он, сверля её глазами.
— Русик, ты очень мне нужен! Я тебя люблю! Но я хочу работать, проявить себя. А ребенка я еще успею родить!
— Я понял. Не хочешь меня грузить. И сама не готова к жертвам. Так зачем нам заморочиваться? Зачем жениться? Живи, работай, смотри мир. Только без меня — сказал он — всё, Регина, на этом предлагаю расстаться. Прощай.
— Нет, Руслан! Не уходи!
Она вцепилась в него, прижалась крепко.
— Прости меня. Я так испугалась, растерялась. Мне плохо, Руслан.
Его не впечатлили её признания, он аккуратно освободился от опутывающих рук и направился к выходу.
— Вот ты и показал себя, Руслан! Просто, ты искал повод, чтобы бросить меня. А тут такой прекрасный случай подвернулся сделать меня во всем виноватой, и уйти красиво. Ты никогда не любил меня! — воскликнула она.
Он обернулся, посмотрел на нее грустно.
— Будь счастлива.
— Да! Я буду счастлива и без тебя! Уходи!
Он ушел, а Регина заплакала, всё напрасно.
36. Что нужно для счастья?
Регина не считала себя виноватой, разве только в том, что поделилась с подругой. Вот Танька, точно, во всем виновата. «Я еще поквитаюсь с этой предательницей». Она хотела было позвонить и высказать Таньке всё, что она о ней думает, но остановилась. «Месть — это блюдо, которое подается холодным. И я подумаю об этом потом» — решила она. «А Руслан еще одумается и вернется. Это не первая наша ссора. Злиться на меня вечно, он не будет. Мы обязательно помиримся» — тешила она себя надеждой.
Вошла в комнату мама с тревожным видом.
— Что у вас случилось? Вы поругались с Русланом? Что ты натворила, Регина?
Дочь смахнула слезу и воззрилась на мать недовольно.
— Ну, конечно, всегда и всем виновата Регина. Тебе наплевать на мои чувства и желания, только и ждешь, в чем бы меня обвинить!
— Что с тобой сегодня, Региночка? Как ты можешь такое говорить, ты моя помощница, моя опора и поддержка во всем. Ты думаешь, я не ценю это? Я волнуюсь за тебя.
— А не надо за меня волноваться, я же самостоятельная, и сама со своими проблемами разберусь. А ты займись своей жизнью. Отец тебя не любит, у него любовница. Ты в курсе? Рано или поздно он уйдет из нашей «дружной» семьи. Ему давно до нас фиолетово.
Мать поникла, сгорбилась, её лицо омрачилось.
— Зря ты так, дочка, — произнесла мать и вышла из комнаты.
Чувство жалости шевельнулось внутри. Но так уж устроен человек, когда ему плохо, очень хочется испортить настроение кому-то другому. Вот и сейчас Регина вывалила на мать правду-матку. А правильно ли это? Пусть бы женщина пребывала в неведении.
Тихо, как мышь, проникла в комнату сестра Глория, рыжие волосы закручены спиралями, на лице веснушки, глаза испуганно вытаращены, смотрит на старшую сестру с осуждением и непониманием.