Булочка

Касперович Алла Леонидовна

22 ноября, среда

Юго-Запад, ст. м. Петровщина

Зря я вчера так долго гуляла. И сегодня утром термометр добросовестно показывал 38,9. Смешной такой термометр: с уточкой. В аптеке других не было. Ух ты! А у нее тонкий кончик гибкий! Это для детей, наверное. Ой! А почему это все шатается? Василевс, это ты диван раскачиваешь? Надо бы попить воды, да вот тело не слушается.

– Василевс, принеси водички, а?
– еле слышно

попросила я и сама не узнала свой голос.

Кот ответил откуда-то из кухни:

– Мяу?

На работе я предупредила, чтобы меня в ближайшие два-три дня точно не ждали, и вызвала врача.

Мне было очень одиноко, меня знобило, голова раскалывалась, и я не могла даже встать с дивана, чтобы заварить себе чай. Разве может быть еще хуже? Конечно, может!

– Алло, Булочка! Не спишь?

– Нет, мам...

– Это хорошо! Забери, пожалуйста, Леночку из садика в два, а то у нас...

– Мам!
– перебила я ее поток слов, от которого у меня голова разболелась еще больше.
– Я заболела, у меня температура почти тридцать девять...

– А... Ну, выздоравливай! Сама понимаешь, прийти я к тебе не могу - у нас тут дети. Еще их заразим... Пока, Булочка! Выздоравливай, дорогая!

– Пока, мам...

Отстой.

23 ноября, четверг

Юго-Запад, ст. м. Петровщина

Температура спала, но слабость осталась. Осталось и нежелание выбираться из-под теплого одеяла. Я плюс одеяло - любовь навеки.

А Влад пока так и не объявился.

24 ноября, пятница

Юго-Запад, ст. м. Петровщина

Температура снова поднялась, хоть я и делала все, что сказала мне добрая тетя-врач. Может, мой организм бунтует? Если честно, то я с ним полностью согласна. Только последние две недели я работала со своими студентами, а весь предыдущий месяц я была еще и на заменах. Работу я свою люблю, но отдыхать тоже иногда нужно.

Утром снова звонила мама. Сказала, что Леночка, моя племянница, заболела. Да уж. И ко мне мама теперь точно прийти не сможет. Я сделала вид, что поверила в то, что она хотя бы собиралась меня навестить.

Ладно! Где мой ноутбук? А не пересмотреть ли мне любимые моменты из любимых же корейских и японских сериалов? Пожалуй, именно этим я и займусь. Гон Ю, я Ваша навеки!

ГЛАВА 3

25 ноября, суббота

Юго-Запад, ст. м. Петровщина

Как же ломит все тело! И не потому, что у меня до сих пор была температура. Несколько дней не вылезать из-под одеяла - то еще удовольствие для тела. Ну и ладно, зато я наконец отдохнула. К тому же, можно записать на свой счет еще несколько просмотренных сериалов. Какая там все-таки романтика!

– Мяу! Мяу! Мя-а-а-а-а-а-аУ!!!

Василевс отказывался мириться с тем, что в эти дни он вынужден был недоедать. Жоржику тоже не всегда

доставалась положенная пайка, но он благородно молчал в отличие от этого неблагодарного вождя нагломордых.

– Иду я, иду...

Но прежде чем насыпать коту еды, я встала на весы. Что-о? Ура!!!

– Василес! Посмотри! Посмотри!

Как же здорово, что я заболела! Минус два килограмма! Еще три, и я дойду до этих треклятых пятидесяти пяти, которых я не видела аж с восьмого класса!

Василевсу было глубоко фиолетово, что там мне показывают весы. Он крутился возле шкафчика, где лежали коробочки с его кормом. То и дело он становился на задние лапы, передними опираясь о дверцу. Мол, хозяйка, ты что, не понимаешь, что я есть хочу? Я голодный!

– Сейчас-сейчас, мой хороший!
– пропела я. И кот наконец довольно захрустел кормом.

Пока он ел, я заварила себе кофе и принялась обдумывать план мести. Ну, Аполлон, погоди! Влад ведь так и не позвонил. Вот приду я на тренировку в среду... Почему в среду? Потому что в понедельник мне к врачу. И меня уже сейчас передергивало от мысли, что придется просидеть несколько часов в очереди.

– Мяу!
– Василевс потерся мордой об мою ногу и урча потопал к своей корзинке.

– Пожалуйста!

Жоржик тоже был доволен. Только поблагодарил он меня как всегда молчаливо.

– На здоровье!

Итак. Аполлон. Он говорил, что на тренировки он ходить не будет только неделю. Значит, на следующей уже придет. В понедельник я сама не смогу, а вот в среду... В среду мы должны встретиться. Я похудела, и мои домашние штаны стали великоваты. Ага. Решено! Покупаю новую спортивную одежду. И спортивный лифчик тоже новый куплю. Такой, с чашечками и поролоном. Вместо моего старого, который и так мою не очень большую грудь делал совсем плоской и незаметной. И больше никаких широких бесформенных маек!

И тут я вспомнила, что зарплата еще не скоро намечается.

– Василевс, Жоржик, отвернитесь!

– Мяу?

Не знаю, где остальные прячут свои заначки, а моя лежит в нижнем белье. И обязательно в красном конверте и на красной китайской тряпичной салфеточке - чтобы деньги преумножались. Видимо, для меня это не работает.

Стоп! Что-то ту не так. Чего-то не хватает. Эй! А почему мама не звонит? Что-то случилось? Да ладно! Еще только семь? Даже не помню, когда в последний раз так рано просыпалась сама.

Через полчаса мама позвонила.

– Доброе утро, Булочка! Не спишь?

– Нет, мама. Доброе утро!

– Как себя чувствуешь, дорогая?

– Почти здорова. А как Ленка?

– Леночка? Тоже почти здорова. А вот Стасик у нас совсем расхворался! Бедные детки!

Я немного послушала о горестях моего брата и его семейства, поохала вместе с мамой. А когда она завела свою обычную шарманку о моем возрасте и упущенных перспективных женихах, я отодвинула трубку подальше от уха.

– Ой, Булочка! Тут папа у тебя хотел что-то спросить.