Бугай. Инфильтратор
Шрифт:
100% прогресса — Бугай ощутил резкое прекращение убийственной боли и отключился.
Спустя неопределённое время он пришёл в себя и открыл глаза.
« Поглощение » — перестройка организма для средней точности имитации поглощаемого существа.
Тело ощущалось как-то по-новому. И очень сильно хотелось есть, отчего он испытывал острую слабость по всему телу.
Он пришёл в себя первым, Юлия и Зеро лежали
Пройдя в морозильное помещение, Бугай мельком глянул в своё отражение на до зеркального блеска отшлифованной двери. Жорика больше не было, Бугай был в своём облике, но одежда разорвалась в лоскуты из-за несоответствия размеров.
Электроплита на кухне не работала, генератор они подключили только к морозильнику, поэтому пришлось есть сырое мясо. Соблюдая хоть какие-то приличия, он аккуратно нарезал промороженное мясо и разложил его по трём тарелкам.
Усевшись за стол в столовой, он начал есть.
Практически сразу стало легче. Жизнь зацвела новыми красками, а слабость начала отступать.
Теперь, когда появилось свободное время, без путающей мысли умопомрачительной боли, он решил подумать о Колосе и Татарине.
Наверху, в нынешней Москве, есть тысячи способов подохнуть. Многие из этих способов терпеливо ждут вас в тёмных подворотнях, в супермаркетах, в ямах посреди руин, в зевах оконных провалов многоэтажек, а иногда и прямо посреди улиц. Ничего удивительного, что смертность очень высокая. Но проблема в том, что Колос и Татарин сами относились к категории осуществителей целой серии способов подохнуть.
Либо они напоролись на крупную группу ранговых мертвецов, либо на большую группу постинфицированных. В обоих случаях с ними не могло случиться ничего хорошего.
В столовую приковылял морщащийся Зеро.
— Штаны смени, — попросил его Бугай.
Зеро опустил взгляд на спадающие штаны и кивнул.
— О, еда, — обрадовался он, посмотрев на стол.
Забыв про штаны, он уселся за стол и принялся есть, с соблюдением этикета, разумеется. Некоторые вещи врезались им в подкорку и будут с ними навсегда.
Юлия пришла спустя десяток минут, обмотанная пледом и со страдальческим взглядом на лице.
— Я не уверена, что хочу поднимать «Поглощение» ещё раз... — пробормотала она охрипшим голосом и уселась за стол.
Далее они молча ели. Бугай и сам не испытывал желания разговаривать, потому что воспоминания о пережитом всё ещё были свежи.
Убрав посуду в мойку, они пошли к вагончикам, чтобы найти себе подходящую одежду.
Бугай подобрал себе чёрный костюм с непрактичной в нынешние времена белой рубашкой, который был слегка не по размеру, но ходить можно.
Зеро нашёл подходящий ему бордовый костюм-тройку, ещё советских времён, в комплекте к нему шла белая рубашка
— Заседание Совета Народных Депутатов объявляется открытым? — с усмешкой спросил его Бугай.
— Нормальный костюм, — нахмурился Зеро. — Мне нравится. Всегда буду такие носить.
Он достал из кармана своё портмоне, с которым он никогда не расставался и извлёк из него пластиковый пакетик с какой-то знакомой Бугаю медалью.
— Это за Алжир, — прикрепил он медаль на левую сторону костюма.
— Что за медаль? — поинтересовался Бугай.
— Медаль за отвагу, — ответил Зеро с некоторой гордостью в голосе. — Есть ещё Суворов, за Нигерию, но я её дома хранил.
— А эту зачем с собой носишь? — спросила Юлия, облачившаяся в строгое серое платье.
— Удачу она приносит, — признался Зеро. — В следующую командировку после награждения так переть начало, вы не поверите. Пули буквально огибали! Но это я сильно потом понял. А один раз без неё полетел, так чуть не разбились на самолёте в самом начале, а в конце тяжёлое ранение получил. С тех пор с ней не расстаюсь...
Теперь Бугай понял, откуда у Зеро изначально высокая «Удача». Согласно давней теории Бугая, уровень характеристики «Удача» формировался из личного самосознания самого человека. Если абсолютно уверен, что ты везучий человек, то «интерфейс» задаст соответствующий уровень «Удачи». Если же считаешь себя неудачником, то...
Сергей Савченко, ставший в последствии им, считал, что достаточно успешный по жизни человек, состоявшийся и самодостаточный, поэтому «Удача» у него была чуть выше средней — семь единиц.
Юлия, например, в удачу не верила. Она считала и считает, что человек сам кузнец своего счастья, поэтому «Удача» у неё пять единиц. То есть никаких бонусов и штрафов, сугубо прямая зависимость от её действий. Это не хорошо и не плохо.
— Красавец! — похвалила Юлия позирующего Зеро. — Как ветеран Великой Отечественной в шестидесятые!
Тут Бугай вспомнил, где видел похожую медаль. Потёртую версию этой медали он видел дома у деда в своём очень раннем возрасте. Было ему тогда лет семь, он видел деда единственный раз в жизни, тот умер через пару месяцев после их встречи.
Хоронили его в Самаре, где он жил в одиночестве. Отец не шибко с ним общался, какие-то давние внутрисемейные конфликты...
— Собираемся, вооружаемся и идём к тайнику, — дал указание Бугай, поняв, что в принципе все пришли в норму.
Тайник находился недалеко от станции «Выхино», в здании Пенсионного Фонда России.
На улице кромешная тьма, фонари выхватывают силуэты машин, фонарных столбов, билбордов и рекламных вывесок.
— А вот и дом грабителей в дорогих костюмчиках, — хмыкнула Юлия, входя внутрь здания.